Страница 7 из 8
Два рюкзака (спереди и сзади), цветная шапочка характерных зелено-оранжево-синих цветов, он трусит и пританцовывает, на ходу что-то говорит или жужжит – учится читать речи, перекрикивая море, как Демосфен? И что-то мурлычет, и я уже слышу… Регги, конечно. Он же его слушает через наушники, понял я.
Они, значит, существуют. Давно ходили слухи, что растаманы никуда не исчезли, их тайный орден правит миром из-за кулис. И тут возникает глубокая философская мысль: растаманы – это особая порода ретроманов? И вообще, как уходят эпохи, и как они отказываются уходить? Был же великий восемнадцатый век, зацикленный на менуэтах и прочих радостях, и вдруг – шмяк, менуэтов больше нет, а есть невиданные миллионные армии, марширующие по Европе. Зато возник вальс для офицеров этих армий и их дам. Как это происходит?
Если же говорить о моих более непосредственных делах, то вот этот, танцующий и жужжащий – типичный здешний бам.
А потом, в горячей зыби над песком, возникло волшебство. Женщина, настоящая – это именно такой силуэт, с раскачивающимися бед-рами, с молодой и подпрыгивающей грудью. И она не идет, она плывет в дрожащем воздухе над линией прибоя.
Дальше – она уже здесь – шок: юное крепкое тело – и довольно зрелое лицо. Да ей же лет сорок, не меньше. Но она хороша, и… и я не враг женщин с обнаженной грудью на пляже. Я не возражаю против них.
Но – вот она совсем близко – нет, купальник или остатки такового на ней есть. Просто он сливается с ее кожей, смуглой, упругой и – чуть-чуть серой.