Страница 46 из 86
Глава 43. Проверка на прочность в небесах
До официального званого ужина и подписания контракта оставалось два дня. Злата уже уверенно ходила, и Халид настоял на том, чтобы они увидели «Дубайскую Рамку» — архитектурное чудо, разделяющее старый и новый город.
Поднявшись на высоту 150 метров, Злата бодро вышла на панорамную площадку, но как только они достигли центральной части, где пол под ногами внезапно стал абсолютно прозрачным, она замерла. Под стеклом была бездна. Город казался макетом, а машины — крошечными точками где-то в ином измерении.
— О… нет, — выдохнула она, вцепляясь в поручень. — Кирилл, это не по протоколу. Мой контракт не предусматривал левитацию.
Она попыталась сделать шаг назад, но Кирилл, заметив её замешательство, преградил путь.
— Что такое, Злата Олеговна? Неужели бесстрашный тайфун боится высоты? — в его голосе промелькнула редкая, мальчишеская насмешка.
— Это жестоко! — она попыталась отшутиться, хотя её пальцы заметно дрожали. — Ты специально притащил меня сюда, чтобы испытать страхом? Решил отомстить за то, что твою жену все увидели в том злосчастном купальнике? Решил, что если я выжила после ежа, то высота меня добьёт?
Кирилл не выдержал и рассмеялся — открыто и громко.
— Наконец-то я нашел то, чего ты боишься. Оказывается, твой криптонит — это просто закаленное стекло.
— Смейся-смейся, — буркнула она, не отрывая взгляда от непрозрачного участка пола.
— Но назад я не пойду. Я останусь здесь жить.
— Назад дороги нет, Злата, — он шагнул на стекло и протянул ей обе руки. — Посмотри на меня. Не смотри под ноги, не смотри вниз. Только на меня.
Злата подняла голову. Его серые глаза сейчас были удивительно спокойными и надежными. Она нерешительно вложила свои ладони в его. Кирилл шел задом наперед, медленно увлекая её за собой на прозрачный участок.
— Смотри на меня, — повторял он тихо. — Я тебя держу. Твой калькулятор точно знает: я не дам тебе упасть. Это математически невозможно.
И Злата смотрела. Она видела его уверенную полуулыбку, видела, как он сосредоточен на ней. Постепенно страх в её глазах начал таять, сменяясь абсолютным, почти пугающим доверием. Со стороны это смотрелось невероятно мило: высокий, статный мужчина ведет за руки хрупкую женщину по стеклянному мосту в небесах, и они неотрывно смотрят друг на друга, словно во всем мире не осталось ничего, кроме этого взгляда.
В самом конце стеклянного участка Кирилл внезапно притянул её к себе, сокращая дистанцию до нуля. Злата уткнулась лбом в его плечо и замерла, переводя дух. Её сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках, и она понимала, что это уже не только от пережитого страха высоты. Это было ощущение его рук на своей талии и осознание того, что на этой безумной высоте он — её единственная точка опоры.
— Ты как? — прошептал он, не спеша отпускать её.
— Кажется… система перезагружена, — ответила она, не поднимая головы. — Но больше никаких рамок, Кирилл. В следующий раз — только подземелья.
Когда они наконец спустились на твёрдую землю, Злата демонстративно выдохнула, поправляя растрепавшиеся на ветру волосы.
— Всё, Кирилл Андреевич, — заявила она, прищурившись от яркого солнца. — За пережитый стресс и за то, что мой пульс едва не пробил купол этой «Рамки», я требую немедленной компенсации. И не в виде квартальной премии, а в виде самого калорийного мороженого в этом городе и чашки крепкого кофе.
Кирилл лишь усмехнулся. После пережитого на высоте 150 метров он был готов согласиться даже на то, чтобы она скупила весь кондитерский отдел Дубая.
Они устроились в небольшом уютном кафе неподалеку. Злата с искренним, почти детским наслаждением уплетала фисташковое мороженое, пачкая уголок губ и совершенно не заботясь о «протокольном» имидже. Кирилл сидел напротив, медленно потягивая свой эспрессо. Он смотрел на неё и чувствовал, что эта женщина остается для него величайшей загадкой, которую невозможно решить простым уравнением. Она была стихией, хаосом, но он ловил себя на мысли, что хочет смаковать этот процесс разгадывания медленно, шаг за шагом, слой за слоем.
До виллы они возвращались, держась за руки. И это уже не было игрой для камер или Саида — их пальцы переплелись сами собой, естественно и крепко, как будто по-другому и быть не могло.
Когда Злата скрылась в ванной, Кирилл вышел на террасу. Он стоял, глядя на огни ночного города, и на его губах блуждала непривычная улыбка. Он снова и снова прокручивал в голове тот момент на высоте: её испуганные глаза, её ладони в его руках и то безграничное доверие, с которым она сделала шаг в пустоту, глядя только на него.
Злата вышла из ванной в своей неизменной шёлковой пижаме жемчужного цвета. Ткань мягко облегала её тело, и Кирилл невольно задержал на ней взгляд дольше, чем позволяли приличия. Чтобы окончательно не признать поражение и не выдать бурю, бушующую внутри, он коротко кивнул и быстро ушел в душ.
Когда он вернулся в комнату, в ней царил полумрак. Злата уже крепко спала, свернувшись калачиком на своей половине огромной кровати и трогательно подложив руку под щеку. В свете ночника она казалась такой беззащитной, что у Кирилла снова кольнуло в груди. Ему нестерпимо хотелось подойти, коснуться губами её лба и прошептать «спокойной ночи», но он с трудом подавил в себе этот порыв.
«Рано, Кирилл. Слишком рано», — приказал он себе, ложась на свою сторону. Он закрыл глаза, но еще долго слушал её ровное дыхание, понимая, что его жизнь уже никогда не вернется в прежнее, выверенное русло.