Страница 43 из 77
— Ты садись, Танюша, садись, – Саша старательно запихал меня в потертое креслице. – Чаю, может быть, хочешь, так я сейчас распоряжусь.
Н-да, если эта суета будет продолжаться, не скоро мы доберемся до проблемы, которая так тревожит господина директора. Придется применить строгость в сочетании с запрещенным приемом.
— Ша, Цыпочка, – вспомнила я счастливое детство. – Я уже села. А чай я в это время не пью. Поговорим о деле.
— Ты что, Танька, обалдела, – нервно оглянулся он. – Тише ори, не дай бог, кто услышит!
— А ты перестань дергаться. Чего позвал, случилось что-нибудь?
— В том-то и дело, что случилось.. Дирижера у нас убили, Танечка.
— Какого дирижера?
— Дирижера нашего камерного оркестра. Мы его вчера похоронили.
Интересно, оказывается, убивают и дирижеров камерных филармонических оркестров. Новое явление в нашем непредсказуемом криминальном мире. Но этих-то за что? Из профессионального любопытства я спросила:
— Занимался политикой, бизнесом?
— Ничем он не занимался, только дирижировал.
— Большой карточный долг?
— Да не играл он в карты!
— Чей-то ревнивый муж?
— Что ты! Мужику под шестьдесят.. С женой он давным-давно развелся, но никаких таких связей у него не было.
Стандартные поводы для убийства я перечислила, так что оставались только случаи непредсказуемые, в которых любая фантазия бессильна. И я перестала гадать.
— За что же его тогда?
— Не знаю. Просто так. Убили прямо в кабинете.
— Саша, просто так людей не убивают, – просветила я этого наивного деятеля от культуры. – Если человека убили, значит, он кому-нибудь мешал. Так кому не нравился ваш дирижер?
— Откровенно говоря, – Саша грустно посмотрел на меня, – он не нравился почти всем. Даже мне. Но из-за этого ведь не убивают. А оркестр теперь остался без руководителя.
— Э-э.. Сочувствую.. прими мои соболезнования.. – честно, я просто не знала, что еще ему сказать. – Саш, а меня-то ты зачем позвал? Хочешь, чтобы я отправила венок на его могилу?
— Что ты, – встрепенулся он, – зачем венок, не надо.. Таня, ты найди того, кто его убил, а? Понимаешь, самое кошмарное, что это, похоже, кто-то из наших, из оркестра. Представляешь, какая там сейчас обстановка, они все смотрят друг на друга и думают.. Таня, найди убийцу! Ты же умеешь!
Честно говоря, от такой наивности я онемела. Как, интересно, он вообще представляет себе нашу работу? Сейчас он даст мне список оркестрантов, и я должна буду ткнуть пальцем в убийцу?
— Сердце мое, – я взяла себя в руки и решила не говорить Сашке все, что я о нем в данный момент думаю. – Боюсь, ты упускаешь из виду пару очень важных моментов. Во-первых, не думаю, что ошибусь, если предположу, что дело об убийстве вашего дирижера уже некоторым образом расследует милиция, так?
— Таня, я поэтому тебя и отыскал! Ты знаешь, что они говорят? Они говорят, что это «стопроцентный висяк»! Что если убийцу и найдут, то только случайно, лет через двадцать. Я не могу ждать так долго, Таня!
— А что, это очень срочно? – То, что в милиции посчитали дело «висяком», не прибавило мне желания браться за дело дирижера.
— Но это же оркестр! Это творческий коллектив! Музыканты знают, что среди них, возможно, есть убийца. Как ты думаешь, они способны творить в такой обстановке? И потом, оркестр без дирижера работать не может. Ну собираются они, пиликают потихоньку каждый свою партию. Но это профанация, оркестр теряет форму!
— Так ты другого дирижера пригласи.
— Да кто ж пойдет? Дирижеры – товар штучный, капризный. И как ты себе это представляешь? Приеду я к какой-нибудь знаменитости и скажу: «Маэстро, у нас тут оркестранты дирижера убили, не встанете ли вместо него за пульт?» А он мне: «С радостью, давно об этом мечтал!» Так, что ли?
— А может, вовсе и не оркестранты?
— Танечка, если найдешь убийцу, да еще и не из оркестра, я.. Ну, не знаю.. Все, что хочешь, для тебя сделаю!
— Что плавно подводит нас ко второму сложному моменту. Сколько, ты думаешь, стоят мои услуги?
— Так откуда мне знать?
— А стою я, радость моя, двести долларов в день, и скажи спасибо, что я еще не перешла на евро.
— Сколько, сколько?! – полузадушенно пискнул директор филармонии. – Да у меня.. да у меня ведущие солисты столько за месяц не получают. Танька, побойся бога!
— Саша, я не ведущий солист филармонического оркестра, я – частный сыщик, – ласково напомнила я ему. – Это немного другая профессия. И еще учти, я – вольный стрелок. А это, кроме отсутствия начальства, означает и то, что больничный в случае необходимости мне никто не оплатит. И отпуск у меня бывает только за свой счет. Одним словом, я не собираюсь тебя уговаривать или, упаси боже, торговаться. У меня есть расценки на работу, вполне разумные, кстати, и если тебя этот вариант не устраивает, то это уже твои проблемы. А даром работать я не могу себе позволить даже для друзей детства.
— Я все понимаю, – согласился он. – Но войди в мое положение, мы же культурная организация, мы же нищие! Где я столько долларов наберу?!
Кажется, Сашка взялся всерьез меня обрабатывать. Фиг я поддамся, кое-чему научилась. А он продолжал:
— При твоих-то заработках, что для тебя сотня-другая долларов? Зачем тебе этот презренный металл, осужденный классиками мировой литературы? А я заплачу величайшей из ценностей – музыкой! – Саша встал из-за стола и по-актерски, широким жестом указал рукой на цветные афиши. Голова его была гордо вскинута, глаза блестели: он был просто великолепен в эту минуту, наш славный Цыпленок. – Я тебе устрою постоянный абонемент в филармонию, пожизненно. На лучшие концерты даром ходить будешь всю оставшуюся жизнь. Представляешь себе: Чайковский, Бетховен, Бах, Мусоргский.. Возле филармонии толпы народа, у касс громадные очереди. А ты, ни на кого не обращая внимания, гордо проходишь в зал, садишься на лучшее место и погружаешься в мир волшебной музыки..
— Саша, Саша, – опустила я его на грешную землю. – Когда это ты видел толпы народа и громадные очереди у касс филармонии?
— Будут очереди! Танька, я верю в это. Главное – не терять оптимизма. Все меняется, одна только музыка бессмертна. Так что очереди непременно будут!
Люблю я все-таки энтузиастов. До чего они хороши своей бескорыстной верой.. Только вот бартер, который предлагал Сашка, у меня лично энтузиазма не вызывал.
— Душа моя, если клиенты будут со мной билетами на концерт расплачиваться, то долго я не проживу, – я решила стоять на своем до последнего. – Просто ноги с голоду протяну.