Страница 22 из 34
Глава 11
Маг оказался очень смышлёным. Не прошло и пары секунд, а мы уже остались с ним и пациентом наедине. Я подбежала к Одрину: «Исцеление», – маг заинтересованно стоял рядом и ждал указаний. – Заглуши комнату. Он щелкнул пальцами – слабая голубая волна от его рук разлилась по всей комнате и исчезла. Я посмотрела на мага и достала с пояса свой бессменный мешочек.
– На нем проклятие Иммендиуса, полностью поражающее всю нервную систему. Моего слова хватит на минуту. В мешке есть почти все необходимое. Для приготовления противоядия понадобится больше ста ингредиентов и три часа варки, чтобы оно сработало. «Исцеление», – прервалась я на подпитку больного.
«Итак, мне нужен котел, все виды засохшей купины, три капли слез невинной девы, три четверти хвоста гибаумуса и листки пирмелы, остальное у меня есть. Да, и ещё пару магически подпитывающих камней силы для вас. Этот ритуал сработает только, если его сварит и скажет последнее закрепляющее заклятие сильный маг». «Исцеление», – снова прервалась я.
Я молча показала магу на дверь, он вышел и на очень быстрой для него скорости вернулся обратно. Отвар, несмотря на сложность, расторопный маг приготовил довольно быстро. Проблемой стали следующие три часа. Каждую минуту, говоря слова «Исцеление», я сорвала голос, и последние полчаса могла лишь хрипеть нужные слова. Оставалась последняя часть. Я сжала кулон в руке и шепнула: «Стань изначальной». Услышала рядом с собой тихий вздох, взяла положенный заранее рядом с собой ритуальный нож, отрезала одну из длинных прядей ярко-золотистых волос и протянула руку магу: «Дергай ноготь!» – приказала я. Громкий неслышимый никому кроме нас крик оглушил комнату. Ноготь последовал за прядью волос в огромный чан зелья. Баюкая, изрядно потрепанную встречей с когтями инстрейца и щипцами врача руку, передо мной как наяву всплывали строки из книги Эндириона: «И последний завершающий этап – это последний ингредиент – настоящие ногти, волосы и кровь человека, не обладающего магией. Кровь человека смешать непосредственно с кровью зараженного...
– Исцеление, – измученно прошептала я уже ставшие ненавистными мне слова и повернулась к магу. Теперь самое главное.
– Тебе необходимо: ножом сделать надрез на руке больного, произнеся закрепляющее заклятие вылить зелье в открытую рану зараженного, а потом сверху капать кровью с моей порезанной этим же ножом руки. Делать это до тех пор, пока больной не придет в себя, а паутина заклинания полностью не исчезнет. Тогда ты залечишь магией рану главы королевской гвардии, потом закроешь рану мне, и забудешь о том, что я хоть как-то помогла в исцелении. Запомни, ты сам вспомнил это заклинание и зелье из какой-то старой книги. Начинай! – скороговоркой произнесла я и подставила руку для надреза.
Последний раз шепнула: «Исцеление», – и опустилась на колени рядом с больничной койкой Одрина, подняв свою руку над его рукой. Холод металла, порез, боль, которую я уже не почувствовала, и попытка не отключиться, пока моя кровь, медленно капая на рану больного, отгоняет черную паутину все дальше и дальше от сердца. Перед глазами то и дело появлялись черные точки, но я упорно держала руку на кулоне. Когда сознание почти покинуло меня, я прошептала: «Стань другой». Короткие серые волосы снова украшали мою макушку, и я услышала голос Одрина, полный удивления рядом: «Как?!»
«Спасибо, учитель», – подумала я, прежде чем проваливаться в спасительную темноту.
Открывала глаза я вяло и неохотно, мои веки будто были погружены в слои песка, и поднять такую тяжелую ношу было выше моих сил. Но веселый голос неподалеку резко улучшил мое состояние, заставив распахнуть глаза.
– Слава Эльдоре, ты, наконец, проснулась! – проговорил Одрин, подходя к большой кровати на которой я находилась.
Мой взгляд против воли метнулся к тому порезу, что помог спасти главу дворцовой гвардии, от него не осталось ни следа. Одрин проследил за моим взглядом и, благодарно улыбнувшись, приложил свой лоб к моему: «Спасибо, что спасла меня, Изабелла. Я уже почти попал в объятия Всемилостивой богине, когда услышал твои слова «Исцеление». Я часто падал в темноту, но раз за разом твой голос выводил меня обратно к свету».
Мой друг аккуратно взял мои ладони в свои. При движении рук рана, оставленная на плече королем инстрейцев, кольнула болью, я с обидой посмотрела на три глубокие борозды на моем плече. Ну почему такие царапины на самих инстрейцах заживают мгновенно, а на людях долгие месяцы.
– Эй, Изабелла, – чуть сильнее сжав мои ладони, неуверенно начал Одрин. – Когда мы встретились, ты говорила что-то про долг. Сейчас я с уверенностью могу сказать, что ты спасла мою жизнь, и этим отплатила всё сполна. Ты теперь уйдешь?
Подумать над ответом мне не дали. В дверь без стука вошел Его Величество.
– Простите, что прерываю, голубки, – начал он и щелкнул пальцами. Тут же на меня полился ледяной дождь, прямо над тем местом, где я сидела на кровати. Я естественно попыталась завизжать, но голоса не было, лишь пара шипящих звуков вылетело из моего рта, а потом и пара непечатных выражений, которые так же не получилось озвучить вслух, и я стала просто буравить Кэллиана взглядом полным ненависти.
– Какого черта, Кэл???!! – наконец пришел в себя Одрин.
Его Величество лишь разочарованно усмехнулся и ещё раз щелкнул пальцами, я была мгновенно высушена.
– Одрин, оставь нас на пару минут одних, – приказал король инстрейцев. Мой друг колебался. Я понимала его опасения, но вызывать гнев короля не хотела, поэтому просто ему кивнула. Он тяжело вздохнул, предупреждающе посмотрел на Кэллиана и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Мне кинули на кровать мой блокнот с тумбочки.
– Я хочу, чтобы ты подробно рассказала мне о том, что произошло прошлой ночью, когда я оставил тебя с магом, – спокойным голосом попросил меня король Инстерии. Я внимательно на него посмотрела. Скорее всего, он уже допросил лечащего мага, даже проверил меня с помощью этой холодной воды, так что я неторопливо стала в деталях расписывать придуманную мною и внушенную магу историю. Когда я уже почти закончила свой длинный рассказ, карандаш в мой руке дрогнул и упал. Я с недовольством посмотрела на так не вовремя снова разболевшиеся плечо, а потом с интересом и некоторой опаской на ногти Его Величества рядом со мной. Кэллиан, увидев это, стиснул зубы, резко отвернулся, подошел к окну в комнате и тихо заговорил: