Страница 24 из 26
– Вот послушай, – сказал наконец Джерри. – Когда-то я читал рассказ про одного типа. Он украл деньги из кармана пальто, оно висело в передней.
– Очень занимательно, но при чем тут мы?
– Ты слушай. Все это было на званом обеде. Наняли сыщика, он подошел к клептоману и говорит: «Вы не дадите мне деньги, которые вы взяли из кармана такого-то числа у такого-то?» Клептоман отвечает: «Пожалуйста. Они ему нужны?» – и дает.
Они помолчали. Сэр Криспин трогал усы. Джерри смущался, думая о том, не перепутал ли он чего-нибудь. В конце концов читал он это давно.
– Хм, – сказал сэр Криспин.
– Тебе не нравится?
– По правде, не очень. Какой-то широкий клептоман… Вряд ли так бывает.
– Да, вряд ли. Миссис Клейберн скорее ударит тебя статуей.
– Меня?
– Я думал, ты и будешь говорить, ты солиднее.
– Нет, не буду.
Они опять помолчали.
– Послушай, – сказал сэр Криспин, – я тоже вспомнил детектив. Ты любишь Шерлока Холмса?
– Очень. Знаю наизусть. Только при чем тут мы? Хочешь послать миссис Клейберн пять апельсиновых косточек?
– Нет, не хочу.
– А что, неплохо! Правда, все зависит от того, как она к ним относится. Многим они нравятся.
– Я не сюжет имею в виду, а одну фразу. Холмс где-то говорит, что при пожаре каждый спасает самое дорогое. Она будет спасать миниатюру. Психология!
Поскольку у Джерри не было усов, потрогал он подбородок.
– Ты что, хочешь поджечь Меллингэм-холл?
Сэр Криспин вздохнул; усадьба была хорошо застрахована.
– Зачем? – спросил он. – Просто ударь в колокол.
– Кто?
– Ты, ты. У тебя руки сильные.
– Я не знаю, где он.
– Ничего, покажу. Тянешь за веревку…
– И выбежит миссис Клейберн?
– Конечно.
– С миниатюрой?
– Вероятно.
– Что же ее, обыскивать?
– А?
– Трясти и щупать?
– Да, не подумал…
– Может, сбить с ног?
– Говорю, не подумал. По-видимому, план неудачный.
– Скажем так, не очень удачный.
– Не хуже твоего!
– Это верно. Другого нет?
– Вроде нет.
– Ничего мы тут не придумаем. Душно, проповеди всякие…
– Надо пройтись. Вернусь – расскажу.
Вернулся Джерри часа через полтора, веселый и возбужденный. Он сказал:
– Великий военачальник отличается тем, что способен учиться на своих ошибках. Когда посредственность, чертыхнувшись, уходит в шатер и старается все забыть, он раскуривает трубку и рассуждает так: «Последняя битва не очень удачна, мемуары она не украсит, но подумаем, что можно из нее извлечь». Вот я, к примеру. Потерпел поражение. Утратил доверие матушки Клейберн, она ведь не дура. Что же из этого следует? А то, что она поверит любому злословию. Когда она вернется от викария, скажи ей, что я ворую с самого детства, это – позор семьи. Из школы – выгнали, материнское сердце – разбил, тебя – просто разоряю. Словом, пока я здесь (это все ты говоришь), лучше и надежней всего – отдать на хранение ценные вещи, как на океанском лайнере. Кому? Конечно, тебе. Иначе я уворую. Неужели она не отдаст эту штуку, да еще с благодарностью?
Сэр Криспин не то вздохнул, не то охнул:
– Джеральд, ты – гений!
– Я знал, что тебе понравится.
– Конечно, отдаст.
– Никаких сомнений. Значит, иди. Она вот-вот вернется.
Сэр Криспин пошел, и походка его заметно отличалась от прежней; а Джерри стал думать о том, как повезло его дядям с племянником. Какие проблемы, какие дилеммы, когда существует Дж. Г. Ф. Уэст! Странно одно – почему такой человек не востребован дипломатами?
За этими мыслями и застал его Чиппендейл. Джерри ему не удивился. Он достаточно пожил в Меллингэме, чтобы знать: в этой древней усадьбе многого недостает; многого – но не Чиппендейла. К беседе с ним он не стремился.
– Его нету, – быстро сказал он.
– Кого, дорогуша?
– Вам нужен сэр Криспин?
Оказалось, что Чиппендейлу никакой сэр не нужен, а хочет он справиться о здоровье и спросить, не миниатюру ли искал Джерри в шкафу. Что-то ему сдается, заметил он, что тот – из помощников мистера Скропа.
– Как и вы, – удачно парировал Джерри.
– Ничего подобного, дорогуша.
– Да, дядя сказал, что вы сбежали. Глагол этот Чиппендейла обидел.
– Отказался, дорогуша. Разве с такой дамочкой справишься? Как говорится, кряжистая. Я таких не люблю. По мне, женщина – это женщина. Она что, американка? Так я и думал. Это все от маршей, с полицией дерутся. Да, насчет полиции. Жаль, она не Симмса огрела.
Согласившись с тем, что лучше бы она ударила кого-нибудь другого, Джерри осведомился, кто такой Симмс.
– Наша полиция. Мы с ним не ладим, очень злой.
– Злой?
– Просто лютый. Как говорится, ищет, кого бы пожрать[28].
– Это нехорошо.
– Чего уж хорошего! Я бы ему дал хорошего раза, да он очень солидный…
– Понятно. Он – солидный, а вы – плюгавый.
Чиппендейлу снова показалось, что Джерри неделикатен.
– Значит, – продолжал тот, – ничего не попишешь.
– Это как сказать. Драться с ним, с бегемотом, не буду, а свинью – подложу. Собью спесь. Только помощник нужен.
– Откройте все. Что вы собираетесь сделать?
– Ладно, скажу. У него, у гада, что-то с ногами.
Развить эту тему не удалось, помешал сэр Криспин, и Джерри мог, если хотел, гадать, чем связаны ноги с готовящейся местью. Возможно, Симмс страдает мозолями, и помощник на них наступит. Хотя при чем тут спесь, не ясно.
Что же до сэра Криспина, он страдал, как страдает человек, упустивший синюю птицу. Глаза у него вылезли, усы – обвисли, остаток волос он терзал неверной рукой. Примерно так выглядит вестник в греческой трагедии.
Но есть и разница. Вестник начал бы длинную речь, испещряя ее восклицаниями: «Увы мне!», тогда как сэр Криспин сразу перешел к делу.
– Отдала викарию, – сказал он. – Для этого ихнего базара. Если есть замогильные голоса, это был один из них.