Страница 16 из 60
— Да по-разному бывает, — Косенкин задумался. — Зависит от количества задач, которые мне нужно выполнить. Иногда я задерживаюсь допоздна, иногда ухожу в шесть часов вечера, как и другие сотрудники. Раз на раз не приходится. Вот в последнее время я остаюсь в лаборатории до девяти часов вечера, а то и до десяти. Дело в том, что мне надо закончить мой научный труд, а для этого надо провести ряд исследований.
— Вот как.. А по субботам вы тоже работаете в лаборатории? — Я внимательно посмотрела на геолога.
— Да, в субботу я тоже прихожу в научно-исследовательский институт, — кивнул головой мой собеседник. — Вас это удивляет?
— Раз вам надо доделывать работу, то ничего удивительного в таком графике нет, — заметила я. — По субботам вы тоже допоздна работаете?
— Нет, я стараюсь вернуться домой в шесть-семь часов вечера. Иногда надо проводить время в кругу семьи..
— В минувшую субботу вы тоже вернулись домой в семь часов? — спросила я.
— Где-то так.. А почему вы спрашиваете? У вас, признаюсь, весьма странные вопросы, неужели вы и это будете писать в статье?
— Я всегда стараюсь максимально подробно расспросить человека, у которого беру интервью, — нашлась я. — А уже потом из своих записей беру то, что мне нужно. Поэтому для меня очень важно записать все детали, иначе можно допустить неточности в статье, а вам это вряд ли понравится!
— Что ж, это верно, — не стал спорить со мной Косенкин. — Ну да, в субботу я в семь вечера пришел домой. Сейчас гололед, добираться до дома долго — живу я далеко от института, езжу каждый день на автобусе, а потом еще от остановки до дома пешком иду. Если вас интересует абсолютно все, то по дороге домой я захожу в продуктовый магазин, покупаю продукты. Людмила мне всегда говорит, что нужно взять.. Вам хватит подробностей или описать, что я еще купил в субботу?
— Нет, про покупки можете не рассказывать, хотя, возможно, про диету геологов читателям будет интересно узнать, — улыбнулась я.
— Какая ж тут диета? — удивился Егор Иннокентьевич. — Мне только диеты и остаются, и так всю жизнь худой, Люда говорит — «не в коня корм». Вот жена у меня вечно пытается сбросить вес, хотя я с ней не согласен.. Жанна в мать пошла, а Петька — в меня, тоже такая же комплекция.
— Вот как, — проговорила я, делая пометку в блокноте. — Кстати, а ваш сын Петр, чем он занимается? Тоже геолог, как и вы?
— Нет, увы. Петр пока в творческом поиске, в данный момент он увлечен музыкой. Высшее образование сын так и не получил, из университета ушел. Теперь пропадает где-то целыми днями, а иногда и ночами, говорит репетирует. Он играет на бас-гитаре в какой-то группе.
— И вы так спокойно об этом говорите? — удивилась я.
— Ну а что я могу сделать? — пожал плечами Косенкин. — Не привяжу же я Петьку к батарее и не потащу с собой в лабораторию образцы изучать! Тут уж не в моих силах ему мозги вправлять, пусть развлекается, пока молодой. По крайней мере, деньги с меня и жены он не клянчит, и на том спасибо. Зарабатывает как-то на жизнь — то грузчиком поработает, то еще кем.. Может, придет время, и серьезным чем-то займется, кто знает.. Вы не возражаете, если мы на этом закончим наш разговор? У меня много работы, вы уж извините, но я с вами беседую почти час. А это очень долго.. У вас есть еще ко мне вопросы?
— Нет, спасибо вам за подробное интервью и простите, что оторвали вас от ваших исследований! — сказала я. — Статья получится очень.. познавательной!
— Надеюсь, вы не станете писать обо мне всякую чушь? — с подозрением покосился на меня геолог. — Знаю, как журналисты любят «приукрасить» действительность.. Неспроста же вы завели разговор о моих родных — о сыне, о Саше и о его квартире, еще напишете, что я на что-то там претендую, а моего сына выставите наркоманом! Вы не обижайтесь, но журналисты разные бывают, я очень надеюсь на вашу порядочность и честность!
— Если вы боитесь, что я напишу о вас ложь, могу дать вам черновик статьи, когда он будет готов, — предложила я.
— Думаю, так будет лучше, — кивнул Косенкин. — Что ж, если я ответил на все ваши вопросы, с вашего позволения я вернусь к своей работе.
— Да-да, еще раз спасибо и всего вам доброго! — Я улыбнулась лучезарной улыбкой, кивком позвала Настю, и мы вышли из лаборатории.
— Получается, мы зря съездили в научно-исследовательский институт? — спросила меня Настя, когда мы сели в машину. — Егор, похоже, впервые слышит про квартиру тети Марго, и, как я поняла, ему она совсем не нужна..
— Ну почему же? Сказать можно что угодно, — заметила я. — По крайней мере, мы теперь знаем, что в тот день, когда на вас напали, Егор находился дома. Надо проверить его алиби, если он и в самом деле был у себя, его жена это подтвердит.
— То есть нам теперь надо искать Людмилу?
— Да, я собираюсь поехать к Косенкину домой и побеседовать с его женой. А заодно и с детьми, если кто-то из них будет дома. Сейчас почти два часа дня, наверняка Людмила находится на работе, а Жанна — в университете.. Нет, в это время домой к Егору ехать смысла нет, попробуем разыскать Людмилу..
Я отыскала телефон Тарасовского государственного университета, позвонила по указанному номеру и попросила меня связать с кафедрой биологии. Людмила Косенкина сегодня читала лекции до половины четвертого, поэтому я рассчитывала застать ее на рабочем месте.
В университет мы приехали за полчаса до окончания четвертой пары. Как и в научно-исследовательском институте, с нас потребовали документы, мы предъявили свои паспорта.
Я вытащила удостоверение частного детектива и показала его на вахте. Охранник — полная женщина лет пятидесяти — округлила глаза.
— Частный детектив? — переспросила она. — Что-то случилось?
— Пока ничего, — спокойно ответила я. — Мне надо поговорить с Людмилой Ивановной Косенкиной.
— Надо же.. ну ладно, проходите.. а девушка, она кто?
— Моя помощница, — заявила я. — Так мы пройдем?
— Да, конечно, проходите.. На первом этаже расписание, там написано, в каком кабинете ведет занятие каждый преподаватель..
Я уверенной походкой прошла через турникет, Настя от меня не отставала. В коридорах стояла тишина — у студентов была лекция, до перемены оставалось еще тридцать минут. Людмила Ивановна Косенкина вела лекцию в двести пятой аудитории на втором этаже.
Когда мы поднимались по лестнице наверх, Настя шепотом спросила меня:
— Почему вы не сказали, что являетесь журналисткой? Как в научно-исследовательском институте..