Страница 85 из 119
ГЛАВА 36
БИЛЛИ
На следующий день после того, как мы вернулись с Катскиллских гор, мой мир с грохотом рухнул в реальность, когда мама пригласила нас с Блейк присоединиться к ней и Марии за завтраком в “Rise Up”, кафе, где я впервые встретила Коллинз.
Пытаясь черпать вдохновение в поведении моей розововолосой подруги, которой на все наплевать, я добавляю в свой кофе ещё сахара и веду себя так, будто не замечаю частых взглядов, которые Мария бросает на меня, когда думает, что мама не смотрит.
За исключением того, что мне не плевать, что она думает, и с каждым косым взглядом Марии узел в моем животе затягивается всё туже.
Она никак не может знать об Эммете и обо мне. Каждый наш шаг был тщательно спланирован.
– Как тебе материнство, Билли? – спрашивает Мария с фальшивой улыбкой, предназначенной для мамы.
Я отвечаю ей такой же натянутой улыбкой и делаю глоток кофе, выигрывая себе несколько секунд.
– Бывает по-разному: то справляюсь, то нет, – небрежно отвечаю я, покачивая головой из стороны в сторону и ставя кружку обратно на стол.
Она откидывает волосы набок, расправляя плечи. Ничто в этом завтраке не выглядит расслабленным. Мне хочется просто вскочить и увезти Блейк отсюда как можно быстрее.
Сидящая с другой стороны стола мама хмурит брови, как будто чувствует мой дискомфорт.
– Всё в порядке, милая?
Это худший вопрос, который она могла задать, пока я делаю огромный глоток кофе, чтобы смыть эмоции, которые мне определенно не следовало показывать.
– Она просто устала, – говорит Мария, пристально глядя на меня. – Правда же, Билли?
В её голосе нет ни капли заботы, но я всё равно киваю.
Всё ещё с напряженными плечами, она откусывает от круассана и кладет его на тарелку перед собой.
– Я могу представить, как трудно, наверное, куда-то ездить с новорождённым.
Мамина поворачивается ко мне, брови хмурятся ещё сильнее.
– Но Билли ещё никуда не ездила с Блейк? – её заявление звучит скорее как вопрос, и обе женщины ждут разъяснений.
Бросив взгляд на выход, я задаюсь вопросом, сколько секунд мне потребуется, чтобы схватить коляску Блейк и выйти за дверь, и погонится ли кто-нибудь из них за мной, чтобы получить ответы.
Конечно, да.
Я прочищаю горло и смотрю на них.
– Мы ещё никуда не ездили, – говорю я, добавляя лёгкий смешок, чтобы подкрепить ложь, которую я ненавижу произносить. – Я едва справляюсь дома, не говоря уже о поездках куда-то ещё.
Мама тянется через стол и берёт меня за руку, мягко проводя большим пальцем по тыльной стороне.
Я с трудом сглатываю, понимая, что, возможно, это последний раз, когда я могу позволить себе утешение с её стороны.
После тренировки Эмметт собирается исполнить ещё одно обещание – он посадит моих родителей в гостиной и расскажет им всё, что происходит между нами.
– О, – Мария смотрит с сомнением, сарказм пронизывает её голос. – Глупая я. Должно быть, я перепутала тебя с кем–то другим, кто идет с ребенком и чемоданом.
Я мгновенно напрягаюсь, пытаясь вспомнить, где именно она могла нас видеть.
Мама только посмеивается, как будто вся эта атмосфера – не самая неловкая ситуация, которая когда-либо существовала. Оно буквально написано на лице её лучшей подруги.
Через несколько мучительно долгих секунд мама хлопает в ладоши.
– Как насчет кофе? Я бы точно не отказалась от ещё одной дозы кофеина после такой недели на работе.
Я указываю на свою недопитую кружку, а затем на нетронутую тарелку с яичницей.
– Мне не нужно, спасибо.
Мария, словно выходя из транса, щёлкает языком, когда мама встаёт и берёт сумку.
– Я возьму скон с желе и взбитыми сливками. Давно не была в Лондоне, и мне ужасно хочется британской выпечки.
Кивнув, мама направляется к постоянно растущей очереди у прилавка.
Отлично, ещё больше времени наедине с Марией.
– Ну и как тебе Таиланд? – спрашиваю я, зная, что она недавно вернулась из отпуска с друзьями. Все её соцсети были в этом.
Интересна ли мне её поездка в Бангкок? Нет. Но я готова говорить о чём угодно, лишь бы избежать предыдущей темы.
Пока она смотрит вниз на свой наполовину съеденный круассан, я замечаю, как на её лбу появляются морщины, а губы с блеском цвета персика кривятся в недовольстве.
– Ты можешь отрицать это сколько угодно, Билли, – выражение её лица становится угрожающим, когда она смотрит на меня. – Но я знаю, что это ты садилась в машину моего бывшего мужа на днях. Я проходила мимо парковки по дороге к нему и увидела тебя. И прежде чем ты спросишь… – она пронзает меня взглядом. – Я навещала его, потому что хотела прояснить ситуацию после развода. Эммет по-прежнему много значит для меня.
Меня так и подмывает уличить её в блефе. Но Мария достаточно умна, чтобы попытаться обвинить кого-то в том, свидетелем чего она не была, в надежде, что он невольно признается в своих преступлениях. И хотя мне действительно не повезло, что она проходила мимо именно в этот момент, вполне возможно, что она действительно видела, как я садилась в машину Эммета на днях.
Я стараюсь держать тело расслабленным и открытым, не позволяя себе нервничать.
– Я приму твоё молчание как подтверждение, – настаивает она, откидываясь на спинку стула и не сводя с меня глаз.
Я быстро смотрю на маму, которая не продвинулась вперед в очереди.
Чёрт.
– Возможно, тебе стоит обсудить это со своим бывшим мужем, – осторожно отвечаю я, тщательно подбирая слова, чтобы не выдать себя. – Хотя, учитывая, что вы разведены, я не понимаю, какое отношение его личная жизнь имеет к тебе сейчас.
Она резко встаёт, отодвигая тарелку и указывая на меня ярко накрашенным пальцем.
– Не умничай тут, Билли. Ты не хуже меня знаешь, что если у тебя отношения с моим бывшим мужем, то это
напрямую
связано со мной, – она усмехается, и я понимаю, что сейчас последует, ещё до того, как она открывает рот. – Ты всегда была неравнодушна к Эмметту и только и ждала момента, чтобы вцепиться в него, как только вернулась из Остина, – она опускает свой полный отвращения взгляд на моё тело. – Если ты вообще дождалась нашего разрыва.
Я никогда не была человеком, склонным к гневу или конфликтам, всегда избегала их. Но поскольку моя кровь закипает, а пылающий гнев не проявляет никаких признаков успокоения, я протягиваю руку к коляске Блейк и беру свою малышку на руки. В отсутствие Эммета она единственная удерживает меня от того, чтобы сорваться на эту женщину.