Страница 55 из 119
ГЛАВА 23
БИЛЛИ
– Ты, дорогая, начинаешь округляться на все сто процентов, – Кендра кладет ладонь на округлившийся живот Дженны. – И я говорю тебе – будет мальчик.
Дарси встает рядом со мной, опуская глаза на живот Дженны.
– Я думаю, что это близнецы. Когда дело касается Томми, наивно ожидать чего-то, кроме хаоса.
То, как она произносит это с густым британским акцентом, заставляет меня тихо усмехнуться. Сидеть рядом с этими девушками во время игры было самым веселым за последние месяцы, каждая из них рассказывала мне истории за последние несколько сезонов. Личным фаворитом, пожалуй, остаётся момент, когда Арчер застал Коллинз и Сойера за занятием «этим самым» в печально известной гостевой спальне Кендры и Джека.
– Это не близнецы, – Кейт бочком подходит к Дженне, перекидывая копну шелковистых светлых волос через правое плечо. – Когда я была на третьем месяце беременности Джун и Уиллом, я уже выбирала одежду для беременных, – она показывает на живот Дженны. – Вот эта шишка имеет все признаки мальчика.
Кендра торжествующе улыбается.
– Ооо...Как ты его назовешь?
Пока все девушки продолжают болтать у бара, моё внимание переключается на папу и Эммета, увлеченных беседой за несколько столиков неподалёку. Мой взгляд мгновенно встречается с взглядом Эммета, и кривая улыбка растягивает его губы.
Я хочу знать, о чём он думает, но невозможно найти момент, чтобы ускользнуть и поговорить.
– Нам
обязательно
нужно познакомиться с малышкой Блейк! – оживленный голос Дарси возвращает меня к разговору.
– Признаю, – добавляет Коллинз, помешивая мяту в своём мохито. – Что касается младенцев, Блейк, вероятно, одна из самых милых, кого я видела.
Кейт фыркает от смеха, кладя руку на предплечье Коллинз.
– Я помню, когда родился Уилл. Я была немного в ужасе от того, как выглядело его лицо – всё сморщенное. На секунду я даже подумала попросить акушерку засунуть его обратно.
– Мама!
Глаза Кейт широко раскрываются, когда она слышит голос сына.
Повернувшись, она хлопает его по плечу. Он выше среднего семилетнего ребенка, явно унаследовал свой рост от отца.
– Возьми свои слова обратно, – требует он, уперев руки в бедра, и весь его вид излучает характер, почти уверена, это от мамы.
Она наклоняется и щиплет его за щёку.
– Но посмотри на себя сейчас, любовь моя. Самый красивый мальчик в Бруклине.
Он закатывает глаза, розовый румянец подчеркивает его темные волосы.
– Это то, что сказала Карли на днях в классе.
Я хихикаю, пока Кейт отчитывает сына за то, что он целуется с девочками на два года старше.
– Эй, Билл, – папина рука ложится мне на плечо. – Я скоро поеду домой.
У меня сводит желудок. Значит, мне придётся отвезти нас обоих, а я так и не поговорила с Эмметтом.
Балансируя на одном костыле, папа кивает в сторону вратаря «Blades» Арчера. Он стоит у выхода, скрестив руки на груди, и, как ни странно, выглядит весьма довольным собой.
– Арчер собирается подвезти меня домой, чтобы ты могла повеселиться со всеми, – в уголках его глаз появляются морщинки. – Ты ни разу не оставалась без Блейк с тех пор, как она родилась, и я хочу, чтобы у тебя был шанс завести друзей. Мы с мамой отвезем Блейк к тебе утром.
Я качаю головой, в животе нарастает паника.
– Она не сможет без меня целую ночь. Как она будет есть? Что, если она заплачет, а меня там не будет?
Как будто он ожидал именно такой реакции, он лишь улыбается шире.
– У нас полно твоего сцеженного молока в морозилке, и Блейк привыкла к бутылочке.
Я продолжаю качать головой, а он уверенно кивать.
– Да, Билли. Тебе нужно начать жить своей жизнью, и Эммет позаботится о том, чтобы ты благополучно добралась домой.
Когда мои глаза встречаются с глазами Эммета, он уже направляется к нам.
Внутри вспыхивает волнение, его присутствие ощущается всё сильнее с каждым шагом.
– Позвони мне сразу, как только она заплачет или просто хотя бы покажется, что я ей, возможно, понадоблюсь, – говорю я ему, всё ещё сомневаясь.
Папа уже отходит к Арчеру, показывая мне большой палец и уверенно улыбаясь.
А потом я оказываюсь лицом к лицу с Эмметом, и беспокойство закручивается внутри меня совсем по другой причине, когда я замечаю, как он на меня смотрит.
– У тебя есть минутка поговорить?
У меня пересыхает во рту, першит в горле.
– В чём дело?
Когда Арчер и папа выходят, Эммет указывает на случайную дверь в задней части.
– Там мы сможем поговорить наедине.
Поскольку все погружены в беседу, никто не замечает нас и не задает вопросов, когда мы подходим к двери и входим в затемненную комнату.
Эммет включает свет, оказывается, это ещё один бар, прежде чем закрыть за собой дверь.
Здесь кажется холодно, или, может быть, это чувство страха, когда Эммет подходит и встает передо мной. Может, я и молода, но я знаю, как выглядят люди, когда они собираются сказать тебе что-то, чего ты, скорее всего, не хочешь знать. У Такера было такое же выражение лица, когда он сказал мне, что отказывается от арендуемой недвижимости, в которую мы должны были переехать.
– Тебе не нужно ничего говорить, – опережаю я его, не желая слышать, что он собирается сказать.
Он переплетает свои пальцы с моими, и я отворачиваюсь, слепо уставившись на пустые высокие стулья, расставленные вокруг закрытого бара.
– Посмотри на меня, Билли, – в его голосе слышится напряжение, отражающее мои собственные чувства.
– Я не готова смотреть на тебя, – выпаливаю я в ответ, сглатывая. – И я не хочу слышать то, что ты собираешься мне сказать.
– Билли.
– Нет, – упрямо отвечаю я.
Эммет берет меня за другую руку, нежно сжимая мои пальцы в своих.
– Я могу стоять здесь всю ночь, если это потребуется.
Я резко втягиваю воздух, всё ещё избегая его взгляда.
– Хорошо.
Он отпускает одну из моих рук, и его тёплая, немного шершавая ладонь ложится на мою щёку, поворачивая моё лицо к нему.
– Почему «хорошо»?
Хотя он, возможно, и может контролировать положение моей головы, я сохраняю за собой право смотреть туда, куда хочу, то есть прямо на барную стойку.
Наконец, мой взгляд встречается с его мягкими серыми глазами, которые пристально изучают меня.
– Потому что, если ты останешься здесь на всю ночь, то не сможешь увеличить расстояние между нами, – шепчу я.