В пределах досягаемости

ГЛАВА 18

БИЛЛИ

Каждый год на свой день рождения мама устраивает большой званый ужин и приглашает своих близких коллег и друзей. Когда я была младше, я думала, что эти масштабные и тщательно продуманные ужины – просто проявление её любви к еде. Она могла проводить часы на кухне, пробуя новые рецепты.

Сегодня вечером я поняла: да, она любит готовить, но ещё больше она любит планировать. Каждая мелочь продумана – от салфеток, подобранных в тон, до карточек с именами гостей, написанных каллиграфией.

Это идеальный вечер, без сомнений.

Единственное, что могло бы сделать его лучше? Если бы Эммет посмотрел на меня. Весь ужин мы сидели прямо напротив друг друга, и на протяжении всего ужина из трех блюд он был сосредоточен на разговоре с нашим соседом Терри и папой о хоккее и классических автомобилях.

Мне кажется, что я для него больше не существую, и я знаю, это потому, что он пытается избегать меня.

Будет ложью сказать, что я не скучаю по нашим коротким перепискам и «проверкам», как мы называли наши сообщения. Но я понимаю, почему он отдаляется и держит дистанцию.

С тех пор как я вернулась из Остина, всё изменилось. Воздух будто становится густым, когда мы находимся в одной комнате. И хотя между нами закипает восхитительная напряжение, которое достигло небывалого уровня в моей квартире несколько дней назад, эта атмосфера также служит предупреждением. Мы ходим по тонкой грани в очень мутных водах. Одно неверное движение, и мы легко можем упасть в пропасть или даже оказаться в постели вместе.

Когда Эмметт признался, что его тянет ко мне, мне было трудно даже вдохнуть, не говоря уже о том, чтобы признаться, что я чувствую то же самое. Влюбленность юной девушки в лучшего друга моего отца переросла во что-то гораздо большее. То, чего я никогда не чувствовала к Такеру или любому другому парню до него. Эмметт сразу забирает на себя всё внимание в комнате, но ему даже не нужно его добиваться – оно у него уже есть. Причём от каждой женщины в комнате. И когда я оглядываю стол, за которым сидят ещё как минимум семь женщин, это становится очевиднее, чем когда-либо, особенно сегодня вечером. Все до одной уставились на него.

Мой взгляд останавливается на Марии. С длинными гладкими чёрными волосами, спадающими чуть ниже плеч, она, без сомнения, одна из самых гламурных женщин, которых я когда-либо видела. Сегодня вечером на ней облегающее красное бархатное платье с вырезом в виде сердечка на груди. На безымянном пальце у неё кольцо – не то помолвочное, огромное, которое Эмметт подарил ей сразу после окончания колледжа. Мама часто восхищалась тем кольцом и рассказывала о нём.

Словно почувствовав на себе мой взгляд, она отвлекается от Эммета и сосредотачивается на мне. Я дарю ей теплую улыбку, на которую она пытается, и безуспешно, ответить. Если бы я не знала её лучше, я бы истолковала её невозмутимость как враждебность, и была бы уверена, что она поставила камеры у меня в квартире.

Мария удерживает мой взгляд, вынуждая меня отвести взгляд.

Я смотрю в свой недопитый бокал красного вина, первый алкогольный напиток, который я позволила себе после рождения Блейк.

– Все закончили со своим десертом? – спрашиваю я автоматически, и это, честно говоря, просто повод встать и взять радионяню Блейк. – Я могу убрать посуду.

– Нет, нет, солнышко, – мама машет рукой, её слова звучат невнятно, движения неуклюжи. – Мы можем разобраться с этим позже.

– Всё в порядке. Я займусь, – говорю я, обходя стол и начиная собирать тарелки.

Когда я подхожу к Марии, она поднимает палец, прося меня подождать.

– Я ещё не закончила со своим.

– Ты планируешь вылизать всё дочиста, Мария? – мама хихикает.

Протягиваю руку в центр стола, я пытаюсь взять маленький кувшинчик со сливками, но случайно опрокидываю его, и остатки выливаются на мамину девственно черную скатерть.

– Чёрт! Прости, – стону я, хватая кувшин со второй попытки и направляясь в тишину кухни.

– С Билли всё в порядке? – слышу я, как тихо спрашивает Мария, как только я переступаю порог. – Сегодня вечером она выглядит очень напряженной.

Мне требуется целая минута, чтобы загрузить первую порцию посуды в посудомоечную машину. Полная решимости занять свой мозг и отвлечься от бесполезных мыслей, я принимаюсь за столовые приборы.

– Билли? – грубый голос Эммета ни с чем не спутаешь, хотя это не мешает мне работать.

Не мешает, пока я не чувствую его ладонь на предплечье, призывающей меня прекратить то, что я делаю.

– Что происходит, Билли?

Услышав этот вопрос, я поворачиваюсь к нему лицом с вилкой в одной руке и половником в другой. Он поджимает губы, переводя взгляд на мои руки.

– Ты же не планируешь напасть на меня с ними, правда?

– Я не уверена, какой ущерб можно нанести половником.

Эммет склоняет голову набок, изучая выражение моего лица.

– Думаю, это зависит от того, насколько зол нападающий. Лично я знаю одну огненно-рыжую девушку, которая полностью оправдывает свою репутацию. Если она не язвит мне, то пытается уязвить мое эго из-за нашей разницы в возрасте.

Несмотря на моё дерьмовое настроение, я не могу удержаться от улыбки.

Он протягивает руку, забирает у меня из рук половник и вилку и кладет их в посудомоечную машину.

– Что происходит, Билли? – он повторяет свой предыдущий вопрос.

С того момента, как наши взгляды встретились, он не отводит глаз, и тяжесть его взгляда я чувствую до кончиков пальцев ног.

– На этот вопрос я не могу ответить.

Между нами почти нет свободного пространства. Он смотрит на моё левое запястье; на нём изящный браслет из розового золота с буквой “Б”, который он подарил мне после рождения Блейк. Мне он так нравится, и я сказала ему об этом сразу после того, как открыла коробочку.

– И почему же?

Половина бокала вина, выпитого мной ранее, обжигает мне щеки, или, может быть, это из-за его близости. В любом случае, я знаю, что показываю, как сильно этот мужчина влияет на меня.

В кремовом шёлковом топе на бретелях и чёрных кожаных брюках, подчёркивающих мою соблазнительную фигуру, я знаю, что хорошо выгляжу сегодня вечером, и мне не стыдно признаться, что я постаралась сегодня, зная, что Эммет придёт. Я думал, что он пропустит ужин после того, что произошло, но мне я должна была понимать – он никогда не подведёт моих родителей.

И это то, кем он является – другом моих родителей.