Страница 42 из 55
Глава 20 Выход
Сирения собрала вещи. Их потом доставят в отведённые покои. Взяла с собой самое ценное – довольного распушившегося от гордости птаха, не менее счастливую его подружку, каждого распихав по подмышкам, и маленького шпиона, устроившегося на плече.
– Прям карнавал какой-то. Я вся в перьях, скоро танцы начнутся.
В таком ярком составе она подошла к выходу из корабля. Её ждали. Вдоль стен тянулся живой коридор из воинов в облегающей броне – чёрные пластины с фиолетовыми вставками, облегающие торс и плечи, не оставляя открытых мест. Волосы сиреневых оттенков распущены, у некоторых броня переходила на скулы, обрамляя лицо, делая его суровее.
А прямо у выхода, лицом к ней, стояли трое.
«
Вот ведь мне счастье привалило, хоть бы не отобрали
», – пронеслось в голове.
Кэйден, Вейн и Лиан замерли в ожидании. Чёрные кожаные штаны, голые торсы с ярко переливающимися символами по телу, светящиеся глаза. Волосы убраны в причёски: у Кэйдена тугие косы, идущие от висков; у Лиана – длинная коса, перекинутая через плечо; у Вейна с боков косички и просто высокий хвост.
«
Так вот как они показывают связь. Я только за!
– думала Сирения, делая вид, что ничего особенного не происходит. –
М-да, а в отряде неравнодушные есть, уши красные выдают. На меня косятся. Наверное, все мозги сломали – как такое возможно?
»
Вейн подал едва заметный знак – короткий взмах рукой, и отряд пришёл в движение. Сирения, повинуясь жесту, заняла своё место: за Кэйденом, а по бокам Лиан и Вейн, позади – отряд. Она честно пыталась смотреть по сторонам, но взгляд то и дело соскальзывал то на спину Кэйдена, то на мышцы Вейна, то на переливающиеся символы Лиана.
«
Если бы мне сказали на пиратском корабле, что меня ожидает, я бы и упираться не стала, с разбегу нырнула в дыру
»
,
– призналась она себе.
Они прошли по герметичному рукаву и ступили на приёмную платформу. Огромный ангар поражал масштабами: высоченные своды, ряды военных, застывших по стойке смирно, и гулкая, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь эхом шагов.
В центре платформы их встречали.
Трое мужчин – суровых, с небольшой сединой, с такими же светящимися символами на лицах – стояли впереди. За ними замер отряд в точно такой же форме, как и все окружающие военные. У всех похожая экипировка, отличия минимальны.
А рядом, чуть в стороне, – нервная молодая женщина с каре в длинном фиолетовом переливающемся платье, расшитом золотыми нитями, в сопровождении восьми мужчин. Она явно старалась выделиться на фоне суровой военной эстетики.
– Никакого разнообразия в цветовой палитре – чернота и сирень. То ли дело я, – прошептала Сирения, окинув взглядом всё это общество. Лиан, услышав, хихикнул, но тут же снова стал серьёзным.
– Твои глаза сейчас такие же, как наши, – тихо заметил он.
– Да-а? – Сирения покосилась на него. – Это заразно. Так и думал.
Они почти поравнялись с встречающими. Женщина вылетела вперёд, опередив троих военных, заслонив их собой.
– Вы променяли меня на это убожество! – заверещала она, ткнув пальцем в Сирению. – Который даже не женщина! Я прибыла сюда, думая, что мы скрепим союз, как договаривались! А вы... вы опозорили меня на весь Ларен! – она поправила прядь рукой и кинула взгляд на своих мужей, которые синхронно потупили взгляды.
Сирения моргнула. Птах под мышкой недовольно завозился – голос был слишком высоким и противным.
Истеричка перевела дух и, чуть развернувшись, продолжила, теперь обращаясь к тем троим:
– И вы допустили этот фарс! Я требую объяснений! Я слала запросы, а вы кормили меня обещаниями! Думаете, я смирюсь? За меня есть кому постоять! Ты, Арден, обещал мне, что Кэйден будет моим! Где твоё слово? Где честь рода?
Арден, один из тройки, даже бровью не повёл. Лишь скрестил руки на груди и холодно ответил:
– Обстоятельства изменились, Чара. Пророчество выше личных договорённостей.
– Пророчество! – взвизгнула Чара. – Вы все прячетесь за этим словом, чтобы не признавать, что вас просто окрутил какой-то... какая-то... – она задохнулась от злости, ища подходящее оскорбление.
Сирения с самым невинным видом:
– Можно просто «бревно», я не обижаюсь.
Вейн за её спиной поперхнулся. Лиан закашлялся, пряча улыбку. Кэйден остался невозмутим, но уголки его губ дрогнули.
Чара побагровела ещё сильнее. Она повернулась к своим мужьям:
– А вы чего стоите?! Скажите что-нибудь! Защитите честь своей жены!
Восемь мужчин переглянулись. Один, самый молодой, нерешительно шагнул вперёд:
– Дорогая, может, не стоит... У них связь!
– Молчать! – рявкнула Чара, и он мгновенно отступил обратно.
Сирения присвистнула про себя: – «
Как выдрессировала! Бедолаги».
Тут в разговор вмешался второй из тройки – мощный, с грубоватыми чертами лица:
– Чара, мы уважаем твои чувства, но решение будет принято советом. Это не обсуждается. И все мы видим, у них связь.
– Не обсуждается?! – Чара чуть не подпрыгнула. – А мой договор? Вы обещали мне три прогулочных катера, дары! Я... – она вдруг замерла, и её глаза сузились. – Погодите-ка... Я теперь ничего не получу, да? Вы отдадите всё этому? – она ткнула пальцем в Сирению.
Третий, поправив очки, спокойно произнёс:
– Договор аннулирован до его подписания. Мы вам ничего не должны.
– Да вы... вы меня обманули! – заорала Чара. – Вы с самого начала планировали меня кинуть! Вы и этот ваш Кэйден! Он вечно куда-то улетал, по приказу. Время тянул!
Птах, не выдержав продолжительного верещания, встрепенулся и выдал короткую трель, похожую на смех.
Чара открыла рот, чтобы выдать очередную тираду, но тут её взгляд упал на птиц. Она брезгливо поморщилась:
– Облезлые птицы? Смеётесь надо мной?
Птах замер. Его подружка тоже. Сирения почувствовала неладное.
– Ой, – только и успела сказать она, опуская птиц на пол. – Зря ты так...
Птах медленно распушился, раздулся до размеров индюка, издал задумчивую трель... и в следующий момент обдал Чару помётом, словно пулемётной очередью. Идеально. Точно в цель. Прямо на роскошное платье, на причёску, на золотые нити.
Повисла звенящая тишина.
Сирения моргнула. Птах самодовольно встряхнулся и ткнулся клювом в подружку – мол, видала, как я умею? Та одобрительно проворковала.