Страница 12 из 19
Затаив дыхание, он смотрел вслед машине, которая с визгом шин вернулась на проезжую часть и скрылась за углом. Он поверить не мог в случившееся. Автомобиль даже не притормозил. Он просто спешил скрыться, и спешил потому, что водитель намеренно пытался его убить. Это была новенькая, сверкающая лаком БМВ — из тех, на каких разъезжает вся столичная элита в деловых костюмах, за исключением одной мелкой детали: номерные знаки были заклеены черным скотчем.
«Меня хотели убить», — эта мысль набатом стучала у него в голове. Она продолжала крутиться там и десять минут спустя, когда он вошел в салон и рассеянно кивнул сотрудникам. Да и потом, когда он с натянутой улыбкой принимал первых клиентов, пытаясь казаться спокойным, этот кошмар не отпускал его. К счастью, посетители не заметили, как дрожали его руки, порхая с ножницами у их ушей.
*
Вообще, в тот день ему даже не приходилось прилагать усилий при стрижке: пальцы сами по себе мелко дрожали в такт движениям ножниц.
В тот день Франсуа думал о смерти. Обычно он этого не делал — ведь он был в самом расцвете сил. Он привык думать о красоте! О любви! И вдруг случается такое. Он думал о боли, которая предшествует кончине, и о пустоте, которая наступает после. Страх проник в каждую клеточку его мозга. Только теперь, в тридцать четыре года, он осознал, что смерть может настигнуть человека в один миг, вопреки всем предостережениям, правилам безопасного секса и полному отказу от наркотиков и прочей дряни.
«Надо позвонить Стуре, — решил он, — пусть даже он в Истаде. Мне необходимо поговорить с кем-то разумным о поведении Мишеля, о том странном выражении его лица, когда он расплачивался».
Чем больше он размышлял о странностях Мишеля, тем сильнее убеждался, что они напрямую связаны с тем жутким покушением, когда БМВ едва не раздавила его на тротуаре. Навязчивая мысль не давала ему покоя: была ли связь между безумным водителем БМВ и его постоянным клиентом Мишелем?
Но что он мог предпринять? Нельзя же просто делать вид, будто ничего не произошло. Идти в полицию с одними лишь подозрениями? Станут ли они слушать, или это только усугубит его положение? Вдруг полицейские предъявят Мишелю его обвинения, и если ничего не подтвердится, а убийцей и правда окажется Мишель, решивший теперь добраться до него самого, то не подставит ли он себя под еще больший удар?
Франсуа сдержанно и точно изложил всё своему возлюбленному. Он звонил из крошечной кухни в подсобке салона.
— И в довершение всего, извини за выражение, это была какая-то паршивая БМВ! Представляешь ли ты себе более банальный и жалкий способ расстаться с жизнью? — так завершил он свой драматический рассказ.
— Ты разглядел водителя? Уверен, что это был именно тот Мишель? — спросил Стуре.
— Послушай, Стуре. Будь я уверен в этом на все сто процентов, я бы уже давно набрал полицию. У меня ведь нет твердых доказательств.
— Тогда позвони своему физиотерапевту.
— Мике? Зачем это?
— Потому что он встречается с Мортеном Холландом.
— Мортеном? Этим толстяком? А он-то тут при чем?
— Мортен снимает комнату у одного полицейского из управления, и Мика хорошо с ним знаком. Может, попросим Мику расспросить этого копа, чтобы тот пробил по Центральному реестру автотранспорта, какая машина числится за Мишелем? У тебя есть адрес Мишеля, чтобы было от чего отталкиваться?
Франсуа нахмурился, почувствовав, как взмокли подмышки. — Удивительно, что ты спрашиваешь об этом, Стуре. Я сегодня утром проверил его карточку клиента, но она оказалась пустой. Готов поклясться, что в его первый визит я всё записал, но сейчас в базе нет никаких данных. Вообще ничего.
Он почувствовал, как завис на том конце провода Стуре. Да уж, нормальным это никак нельзя было назвать. По крайней мере, для салона Франсуа.
*
Спустя пару часов после закрытия, убрав пылесос и подшив последние счета в папку, он сполоснул лицо и голову прохладной водой и устало опустился в свое старое парикмахерское кресло с коваными деталями и хромированными педалями, регулирующими высоту и наклон спинки. Это кресло досталось ему в наследство от тети.
Он обожал полулежать в нем с откинутой спинкой, разглядывая старинное бюро с пишущей машинкой и видавший виды металлический сушуар. Сама мысль о том, сколько людей когда-то смывали здесь повседневные заботы и наводили марафет перед праздниками под этим самым сушуаром, вызывала у него улыбку. К слову, прибор до сих пор отлично работал. Настраивать его было хлопотно, грел он чересчур сильно, но от него веяло приятным умиротворением и ностальгией. Это было лучшее место, чтобы предаться воспоминаниям о детстве, когда он давным-давно играл с париками в салоне своей тетушки.
Журнал с модными стрижками в руках, сушуар на умеренном прогреве, спинка кресла наполовину откинута — и все мрачные мысли и дневные тревоги мгновенно улетучились.
*
Спустя всего несколько минут после того, как Франсуа запер салон, он услышал приглушенный бой часов на ратуше, пробивших одиннадцать. Звон смешался с тихим приветствием и приглушенным урчанием работающего на холостых оборотах автомобильного мотора. Голос, мягко произнесший «Привет, Франсуа», заставил его содрогнуться. Он мгновенно узнал этот голос, и его сердце бешено заколотилось.
Он едва не лишился чувств.
Франсуа быстро огляделся по сторонам: улица казалась вымершей, если не считать велосипедиста, только что промчавшегося мимо. Метрах в двухстах впереди маячили редкие фигурки пешеходов, похожие на крошечные точки, а больше никого вокруг не было. Тьма сгущалась. Перцовый баллончик, который он купил десять лет назад в Нью-Йорке и по привычке таскал с собой, наверняка давно пришел в негодность. Иными словами, он был беззащитен. Совершенно беззащитен. Кто услышит его крик? Единственным оружием были его ухоженные ногти, но сейчас они казались весьма ненадежной защитой.
Он медленно обернулся, готовый закричать от ужаса и бессилия, ожидая увидеть зловещую черную БМВ, готовую раздавить его в лепешку.
Но за рулем сидел широко улыбающийся Мишель — и сидел он в очаровательном черно-белом кабриолете «Мини Купер». Точно таком же, на какой они со Стуре вечно заглядывались во время прогулок по Егерсборг-алле.
— Привет, Франсуа! Узнал тебя по сумке, — весело крикнул Мишель. — Мне как раз на север, подвезти тебя?
Так, ладно. У Мишеля «Купер», а не БМВ. Какое же это было облегчение! У Франсуа буквально отлегло от сердца, и ему даже стало немного стыдно за свои дикие подозрения.