Страница 195 из 275
Антон Баргель
Диалоги с тенью
Тихо, сейчас раздастся шорох, и в комнату войдет вчерашнее ожидание.
Моя смерть может быть выражена в двух цветах — красном и мертвом… — ДИАЛОГИ С ТЕНЬЮ-
"Назвать тирана тираном всегда было опасно.
Но сегодня не менее опасно назвать раба рабом."
Акутагава Рюноскэ
+++Пробуждение.+++
Утром, когда мелкий дождик назойливо барабанил по подоконнику и просился войти, он встал, потянулся и огляделся — он посмотрел на стены, на пол и, в последнюю очередь, на потолок. Утро было пасмурное, и тень его на полу была, мягко говоря, бледноватой, а если честно — едва заметной. Он покачал головой, задернул шторы и зажег настольную лампу, направленную параллельно полу. Повернувшись спиной к ее свету, он взглянул на свою тень на противоположной стенке, достаточно четкую, для восприятия, и слегка склонив голову, произнес:
— Здравствуй, Хозяин.
— Здравствуй, Раб, — прозвучал ответ…
Сегодня Бес моего приятия открыл глаза, и сказал мне LЗДРАВСТВУЙ!!!?…
Когда-то, много лет тому назад, он проснулся утром… должен заметить, был ясный солнечный день… проснулся, встал в солнечный луч, и, обернувшись, не увидел своей тени. Это был самый страшный сон в его жизни, и в тот день он получил свое имя — Раб.
Каждое утро его начинается словами:
— Здравствуй, Хозяин.
— Здравствуй, Раб…
Когда Рабу хочется пить — он пьет, когда хочется есть — он ест, когда хочется спать — спит. Хозяину же никогда ничего не нужно, он не имеет желаний, и именно поэтому он Хозяин, хотя по сути — всего лишь тень Раба.
Но разве в жизни общества что-то иначе?
+++Урок 1.+++
Самым пугающим моментом, является необратимость наших поступков — мудрецы на востоке говорят, что сказанное слово уже живет отдельно от тебя. Но они забывают, что самое страшное — твои мысли — они тоже независимы, но при этом они живут в тебе, и неспешно пережевывают твою чувствительность.
— Скажи, Хозяин, неужели вся та мразь, которая периодически рождается в нашем сознании, остается с нами навсегда?
— Но ведь и все то прекрасное тоже.
— Тогда, значит, все в порядке — прекрасное излечит боль, причиненную грязью!
— Или наоборот.
+++Урок 2.+++
Если в глубине тебя живет чувство, которое не может быть передано посредством достижений коммуникативного искусства, то ты обречен стать жертвой собственной некоммуникабельности.
О Шутовстве.
Наивысшее искусство бытия, заключается в бытии Шута, ибо все его поступки отрешены от него в своей смехотворности. И так же мудрость его — живет свое жизнью, и только так проникает в сердца. Никто не видит черноты и боли, таящейся в душе веселящегося Шута, и потому истина в его устах звучит Истиной, без примеси личностного отношения.
— Ты рекомендуешь мне стать Шутом? — спрашивает Раб.
— Нет, ты все равно не сумеешь спрятать радость одержанных побед, а это куда труднее чем укрывать боль поражения.
Мое отношение к существованию является крайне метафоричным: утреннее пробуждение — есть ничто иное, как регулярное умирание, и смена времени суток, заставляет принять окружающую действительность как звук коротких гудков в телефонной трубке бесполезность ожидания.
— Вся твоя беда — отсутствие простоты — чем проще твои слова, тем мудрее речи.
+++Урок 3.+++
Если в твоем доме горит свет, это еще не означает, что ты дома. То же самое можно сказать об обратном — внутренняя пустота не подразумевает отсутствия тебя в ней, и только легкий ветерок, тревожащий занавеси самого сокровенного Я, пробуждает в тебе чувство собственной ограниченности. В безграничном пространстве твоего внутреннего мира.
О Свободе
Свобода — самое эфемерное из наших состояний. Почему-то мы ощущаем ее именно в тот миг, когда вот-вот должны потерять, а когда она приходит к нам во всей своей полноте, мы прячемся в темную комнатку нашего страха, и напряженно ждем за неплотно прикрытой дверью, когда же…
— Расслабься, Раб. Я не собираюсь дать тебе свободу; не нужно пугаться шороха мыслей в твоей голове.
— Но, Хозяин!..
— Оставь. Не смеши меня своими заверениями в независимости, ибо я-то знаю какова цена ее. Я — являющийся лишь придатком тебя, возникающий лишь по капризу обстоятельств, в тысячу раз свободней тебя, имеющего возможность поступать всюду по собственному желанию. Наша привязанность — вот главный бич нашего рабства. Не я привязан к тебе, ибо для ощущения полноты существования ты мне и на … не нужен, но Я для Тебя являюсь непременным атрибутом бытия.
— Но мы не можем рассматривать несвободу только таким образом, Ведь есть еще сотни факторов, влияющих на гамму наших ощущений!
— Ты имеешь в виду те жалкие страхи и мыслишки, скребущиеся под ковром твоей закомплексованности? Не смеши меня, — Хозяин почесал голову, и Раб вслед за ним поднял руку. — Хотя, в сущности, ты прав. В своей Несвободе, Страхе и Беспомощности ты цепляешься за любое оправдание своей вторичности, будь то чувство долга или физическое недомогание. Самый страшный враг живет в твоей голове — он посадил за решетку запретов твою сущность и теперь для тебя есть лишь один путь спасения…
— ???
— Сойти с ума!!!
Прогулка
Солнце светит в спину — Следуй за мной, Раб.
Солнце светит в глаза — Иди впереди меня, Раб.
Солнце светит сбоку — Давай пройдемся, побеседуем…
И еще раз о свободе
— Скажи, Хозяин, есть ли свобода в любви?
— Конечно есть, только в любви неразделенной, когда ты свободен в воображении своего одиночества.
О ней (свободе) родимой
Самым страшным разрушителем свободы является Благодарность. Как самое чистое чувство, оно заставляет нас отказаться от всего, что противоречит ее требованиям, и самое страшное заключается в том, что мы с радостью принимаем на себя муки самоуничижения во славу Добродетели. Это ли не высший обман? И это ли не высшее благородство? Или всего лишь глупая Гордыня???
Если ты пытаешься сознательно расслабится, в голову к тебе приходят странные мысли:
Ты — награда за нежность, ты — награда за ласку, ты — дар участия Боль. Сегодня я создаю храм в своей беспомощности. Здравствуй, чувственность рук, лишенных кожи. Теперь ты можешь предложить Ее вниманию непередаваемую полноту ощущений лишь с тем, чтобы раскрыться в неполноценности, неспособности изменить движение собственных конечностей по карте Ее тела. Твоя беспомощность Боль твоего легкомыслия, и пусть окунется она в кровавую пену твоих прикосновений, ничтожность события сотрет из памяти эти жесты, и возвращение осязания станет наградой теплому миру твоих ассоциаций. Цена твоя — Забвение.
АПОФЕОЗ — мнимое, но очень красивое завершение драмы, разыгрываемой на подмостках беспокойных душ. Мнимость его заключается чистоте самообмана, которым мы утешаем изголодавшуюся по наивной простоте душонку, что прячется в мучимом комплексом неполноценности мозге. Мнимость заключается в изнеженном жесте стремления к законченности форм Вселенной, которая по определению БЕСконечна, и Бес, живущий в ее конечности, требует, чтобы нить рвалась постепенно, отделяя волокна одно от другого, в строгой очередности случая.
И не было еще случая, чтобы он ушел домой непрочтенным, и не было еще прочтения, не загнувшего углы на страницах его Сокровенного, и не было еще надлома больнее, чем незнание его содержания. И он пылился на полке долгие годы, в надежде перевернуть мир. И он упал. И мир перевернулся.
+++Урок 4.+++
— Ты любишь говорить о людях, ты любишь говорить о женщинах, твои слова исполнены мудрости, но в мыслях твоих отсутствует понимание. Ты спросишь меня — как это? Я объясню тебе. Но, прежде чем задавать вопросы, послушай меня, может быть ответ на них ты услышишь в моей глупости.
Каждый человек имеет в себе три составляющих. Рассмотрим их на примере женщины: первая составляющая — ее женское начало, Инь, природа самки; второе — личность, ее Я, представленное Lдушой? характером; и третье — начало Созидателя — никак не связанное с личностными качествами.