Проделки обезьян

Глава 9

Проснулась же я словно по щелчку. В комнате царила темнота – номер мой был маленький, уютный, но совершенно без окон.

Интересно, сколько сейчас времени и какая погода? Главное, чтоб не было дождя. Бегать под зонтом по улицам города с утра пораньше мне как-то совсем не улыбалось.

Часы на телефоне показывали шесть тридцать. О, я проснулась на полчаса позже, чем обычно. Щелкнула быстренько чайник, сама отправилась приводить себя в порядок. Достала по ходу дела из рюкзака уютный джинсовый комбинезон, который не только выглядел стильно, но и был очень удобным. Самое главное его достоинство – наличие множества скрытых карманов, в которых незаметно можно было хоть слона по кусочкам спрятать.

Этим-то я и занялась. Не слона, конечно, распихивала, а свои принадлежности. А их у меня было немереное количество. Оставалось лишь определиться, что сейчас важнее и что наверняка пригодится.

Пока баловала себя легкой освежающей тканевой маской, раскладывала то, что мне могло сегодня понадобиться.

Надела серьги-бомбочки, кулон, который превращался в шокер, если его активизировать. Подумала и вместо балеток натянула кроссовки, в которых были спрятаны капсулы с едким перцем. Все остальное оставила на месте, прихватив небольшую сумочку с документами, телефоном и водой. Главное, потом в нее положить электронный ключ от номера.

Вспомнив, что в конце коридора были широкие окна, выходящие на городскую улицу, я практически бесшумно вышла, чтобы сориентироваться по погоде. За окном накрапывал мелкий дождь, небо хмурилось сизыми тучами, а ель, которая росла прямо под окном, склонила свою макушку под тяжестью набухших шишек.

От такой погоды и дома-то у меня частенько портится настроение, приходит какая-то меланхолия и порой легкое раздражение. Я начинаю копаться в себе, в своем детстве, выискивать причины того или иного поступка.

Вот и сейчас я думала о своей оплошности, а точнее, о таком досадном промахе в самом начале своего дела, хоть одновременно радовалась тому, что вырвалась из серых тарасовских будней в Сорочинск. Наверное, именно поэтому я не услышала никаких шагов, а лишь ощутила чье-то дыхание у себя за спиной.

«Нормальный человек так близко подходить не станет», – промелькнула, как быстрокрылая птица, мысль в моей голове, поэтому я, не раздумывая, резко развернулась и с локтя ударила того, кто ко мне подкрался.

Послышался глухой звук – передо мной на попе ровно сидел не кто иной, как Митя, и потирал скулу. Но выглядел он отчего-то довольным.

— Еще чуть-чуть, и ты меня бы без глаза оставила. Евгения, ты не телохранитель, а теловредитель! – полушутя-полуобиженно фыркнул он, поднимаясь с пола.

— А не надо ко мне подкрадываться, как тигр к добыче, – парировала я, и мы оба замолчали, вспомнив о той угрозе, которую вчера нам озвучил Львов.

— Тигр! Мусанг! – в один голос произнесли мы, став серьезными. И от этой серьезности расхохотались.

— Жень, мне тут одна умная мысль в голову пришла.

— Только одна?

— Пока да. Короче, смотри, я лежал сейчас и вспомнил этот выпуск новостей. Помнишь, девчонка-корреспондент сказала, что она наведывалась к какому-то смотрителю зоопарка или профессору.

— Помню. А нам-то он зачем? Ты хочешь спросить, есть ли в зоопарке лювак, и попробовать его выкупить?

— О, это тоже идея. Но я немного о другом подумал. Мы можем у этого профессора уточнить, какие повадки у лювака, чего он боится, что любит и куда примерно мог рвануть, оказавшись в незнакомом месте.

— Слушай, а я об этом даже не подумала.

— Ну так вот, а я подумал. Нам осталось только вспомнить фамилию этого мужика, сходить к нему, все узнать и взять этого звереныша тепленьким. Сонным. Посадить в перевозку и отправиться домой.

— Если дело только за тем, чтобы узнать фамилию профессора, то я тебе помогу наверняка. Половинкин С. Н.

— Откуда ты знаешь?

— Просто застряла в мозгу эта фамилия и картинка. Когда девушка-корреспондент рассказывала о своем разговоре с ним, то на экране в углу было фото мужчины средних лет, с усиками, довольно приятной наружности, а внизу фамилия и инициалы.

— Эс.. Саша, Сергей, Степан, Семен, Святослав?

— Ну, Саша-то явно не подходит. Тогда уж Александр.

— Блин, вот это я дал маху! А эн? Николаевич? Никодимович? Назарович? Никитич?

— Никитич – это прямо как богатырь! Ладно, что мы с тобой гадаем, давай загуглим, да и все.

— Так, так.. Смотрим. Сорочинский сафари-парк, сотрудники.. Агафонов, Афиногенов, Белянский, Григорьева, Горюшникова, так, Никольская, Оплеухова, Оленин.. – Митя листал ленту смартфона, вслух перечисляя фамилии. – Вот, нашел, Половинкин Сергей Николаевич, профессор, доктор биологических наук. Он? – Митя повернул ко мне экран смартфона. Оттуда на меня смотрели добрые голубые глаза достаточно симпатичного мужчины, он всем своим видом показывал доброжелательность и притягивал к себе.

— Да, он. Это точно тот, кто нам сейчас нужен. Такой человек просто не может остаться в стороне от нашей проблемы.

— Отлично. Тогда смотрим расписание работы сафари-парка и выдвигаемся?

— Да, а чего зря время-то терять?

Узнав, что до открытия нужного нам места есть еще час, мы решили спуститься позавтракать в ресторане отеля, а потом пешком пройтись по городу. И время с пользой проведем, и городом полюбуемся. Тем более что тучи за окном начинали потихонечку расползаться, открывая то тут, то там голубые лоскуты неба. День обещал быть именно таким, каким нужно.

Кофе, который был здесь, оказался превосходным, так же, как и тосты с авокадо и яйцом пашот.

Я сидела и смаковала каждый кусочек, Митя же, наоборот, заглотил поданный бутерброд, запил его кофе, сделав пару или тройку глотков, и теперь с нетерпением постукивал пальцами по краешку нашего стола.

— Ты чего такой торопыга?

— Мне просто не терпится найти это чудо-животное, поскорее сесть в самолет, вернуться в Тарасов и жить дальше своей нормальной жизнью.

— Какой ты шустрый! Я тоже этого, конечно, хочу. Но уж раз нам выпало такое приключение, надо для себя и в нем найти плюсы. По крайней мере, у нас есть море под рукой, вкусная еда и вполне сносный кофе.

Тут я прыснула. Кофе. Кажется, теперь этот напиток у меня будет ассоциироваться с сорочинским приключением, если оно, конечно, закончится благополучно и мы с Митей останемся целыми и невредимыми, а главное – живыми.