Хранители Оше

По знаку старшей погонщик подогнал ближнюю телегу, откинул покрывало. Связки сушёного мяса, мешочки с ягодами, коренья, пыльные флаконы.

– Барахло, – протянула Шер из рукава одной Наде. – А вот в том возке, чую, что-то поинтереснее.

Торговки совещались шёпотом. Старшая не сводила глаз с камней. Младшая оценивала всех троих – быстро, цепко.

– Мне нравятся твои парни, – выпалила та громко. – Оба. Особенно тот, с яркими волосами, но светлого я бы тоже взяла. Предлагаю десять мешков зерна, трёх тягловых лошадей и два отреза шёлка. И соль.

– Они не вещь, чтобы их отдавать, – сдержанно ответила Надя.

– Тогда пусть сами решают. Эй! У меня караван, охрана, деньги. И я щедрая. Пойдёте ко мне – будете жить как короли. Не то, что с этой... – она махнула рукой в сторону Нади, – пустышка.

Иркалла молчал. Рейвен даже не повернул головы.

– Ответ ты уже получила, – с холодком произнесла Надя.

– Тогда я могу их и так забрать, – улыбнулась та с вызовом. – У меня большая охрана. И дар.

Охрана зашевелилась, послышался шелест стали. Несколько мужчин начали обходить троих с флангов.

Иркалла чуть заметно сместил вес. На его предплечьях проступила чешуя – и ближайшие попятились. Рейвен не шевельнулся, но воздух вокруг него будто уплотнился. Его зрачки вытянулись в вертикальные щели, пальцы чуть удлинились, и на кончиках блеснуло что-то острое. Он обвёл наступающих медленным, тяжёлым взглядом и негромко, почти лениво спросил:

– Уверены?

– Кажется, веселуха будет, – шепнула Шер.

Младшая подняла руку – вокруг пальцев закрутились пыльные вихри.

– Я потомок Хранителей. И могу приказать самой земле.

Иркалла чуть заметно хмыкнул. Рейвен тоже – коротко, презрительно. Охранники замешкались и попятились. Кто-то выругался сквозь зубы. Старшая нахмурилась и переглянулась с погонщиком. Тот не сводил с троих глаз и молчал.

– Покажи этой дуре, что бывает, когда угрожают Хранителям, – прошелестела Шер. – Пора быть жёсткой, удача моя.

Надя подняла руку. Капюшон соскользнул, открывая лицо. Глаза её, серые, потемнели, наливаясь свинцовой синью – предвестницей шторма.

– Не заберёшь.

Небо ответило раньше, чем кто-то успел вдохнуть. Молния ударила в землю перед младшей. Грохот прокатился по пустоши, земля вздрогнула, смерчи разлетелись и рассыпались. Воин с мечом выронил оружие и попятился, заслонив лицо рукой. Остальные отшатнулись, кто-то споткнулся и рухнул на одно колено. Лошади захрапели, забились в упряжи.

И тут же обрушился ливень – только над башней и караваном, резко очерченный, как стена. Вокруг пустошь осталась сухой, а здесь вода стояла стеной. Тёплая, пахнущая морем. Земля мгновенно превратилась в грязь. Повозки увязли по ступицы. Лошади жадно лизали мокрую землю.

Торговки, охрана – все мигом промокли до нитки. Младшая упала на колени, попыталась встать, поскользнулась и рухнула лицом в жижу. Старшая прижалась к повозке, вцепившись в борт.

Охрана, ещё мгновение назад готовая драться, бросилась к девушкам. Двое заслонили младшую, один опустился рядом на колено, прикрывая своим плечом. Ещё один встал перед старшей. Они не пытались нападать – только защищали.

А Надя стояла в центре этого хаоса, не двинувшись. Дождь хлестал и по ней, не причиняя вреда. Волосы разметались, плащ облепил плечи, вокруг неё в потоках воды плясали голубые искры, отскакивая в охрану. Рядом с ней стояли Иркалла и Рейвен – насквозь мокрые, но не сделавшие ни шагу. Вода стекала по их лицам, по голым плечам дракона, по жилету нага, но они словно не замечали этого – только зорко смотрели на караван, растерявший охрану.

– Может, мне забрать у вас всё? – добавила Надя тише.

– Пощади, госпожа, – хрипела младшая, вжимаясь в грязь.

Старшая опустилась на колени.

– Мы не искали драки. Моя сестра глупа. Мы заплатим. Только прекрати.

– Вон.

Караван сорвался мгновенно. Воины мчались к повозкам, скользя по грязи, хватаясь за борта, за упряжь. Погонщик нахлёстывал лошадей, те рвались с места, разбрызгивая жижу. Ливень полз следом, не отставая. Старик-погонщик, седой как пепел, бросил последний взгляд на тройку у башни и прошептал: «Неужто сами Хранители… живые… из легенд».

Одну повозку они бросили или оставили в уплату. Лошадь стояла понуро под потоками воды. Дождь ушёл вместе с караваном, истончаясь, и над башней снова жгло солнце. Рейвен подошёл к оставленной повозке, откинул мокрый полог. Среди тюков и бурдюков лежал свёрнутый в трубку свиток, перевязанный выцветшей лентой. Он протянул его Наде.

Шер зависла рядом и всмотрелась в знаки.

– Это не то, чтобы ответ на все вопросы – скорее отсылка, – размышляла она. – Смотрите: вдоль строки едва заметная нить. Видите? Оше был перемещён. Заперт в другом кармане. Где – не сказано. Но есть пометка… А, вот здесь! Почти незаметная тень, будто размазали грязь. Это тайный знак Хранителей. Секрет, который не прочитать чужаку. – Шер замерла на мгновение, потом закончила тише: – «Ищите в Архиве Первых. Там – карта всех карманов». Кто-то из Хранителей оставил маячок. Для нас. – Она помолчала и добавила уже с усмешкой: – Представляете, эти торгаши, скорее всего, перепродавали его годами. Думали, просто древний хлам с красивыми закорючками. А он ждал нас.

– Значит, нам туда, – сказала Надя.

– Я знаю, где это место, – добавил Рейвен. – На западном хребте, в двух днях пути. Там был подземный город. Сейчас он есть только на старых картах.

– Мне нравится, когда у нас есть план, – отозвалась Шер, но тут же вздохнула: – А ведь я там бывала когда-то. Как всё изменилось… Ладно, не время для воспоминаний. Ай-яй, сначала телегу и лошадь отковырять надо. Лопаты нет ни у кого случайно?

Иркалла первым подхватил лошадь, а Рейвен легко подтолкнул телегу, вызволяя колёса из грязи; когда лошадь фыркнула, встряхнулась и послушно тронулась, он взял вожжи и легко запрыгнул на облучок.

– Двухдневный путь лучше, чем неизвестность, – негромко произнёс наг, укладывая птицу в телегу.