Страница 48 из 62
В восемь пятьдесят семь воскресным вечером, все еще в своей очереди, потому что я не зашел переодеться, я стою в коридоре перед комнатой 314, где мой лучший друг отсыпается после сотрясения мозга с перевязью на плече.
Ханна в комнате. Кэла нет. Позвонили их матери, она в часе езды.
Ханна выходит в девять ноль три, тихо закрывает дверь и смотрит на меня. Она плакала в какой-то момент в течение последнего часа и перестала, удерживая прекратившийся плач на ниточке, которую я вижу отсюда.
Мы не разговариваем.
Она подходит ко мне, утыкается лбом в мою ключицу и остается там.
В коридоре плохое флуоресцентное освещение. Женщина, толкающая тележку с бельем. За тремя другими дверями еще трое людей в трех других степенях худшего дня в чьей-то жизни. Коридору наплевать на нас с Ханной. Нам наплевать на коридор.
- С ним все в порядке. Ее голос проникает в мою аудиторию.
- С ним все в порядке.
— Я почти ...
- Ты этого не делал.
- Я собиралась сказать ему сегодня. Она делает глубокий вдох. - Я припарковалась у его дома в четыре тридцать семь.
- Я знаю.
- Я собирался сказать ему, Тай.
- Я знаю.
— А потом пейджер ...
- Я знаю.
— А теперь ...
- Я знаю.
Она не заканчивает предложение. Ей и не нужно. Предложение такое: Я не могу сказать ему сегодня вечером. И еще: я собирался, а потом мир чуть не забрал его, и я не могу забрать его снова своими собственными словами.
Я знаю.
Я держу ее в коридоре больницы Миссула Дженерал у комнаты 314, пока ее мать едет к нам из Коппер-Риджа, и я не говорю ей, что ей все еще нужно рассказать, а она не говорит мне, что сделает это. То, что стоит между нами в этом коридоре, - это особое молчание двух людей, которым в качестве предварительного просмотра вручили версию наихудшего сценария — и мы оба рассматриваем ее на свет, рассматриваем со всех сторон и приходим к одному и тому же выводу: мы не можем продолжать делать что-либо из этого так, как делали это раньше. Мы не собираемся. Следующие сорок восемь часов докажут это.
"Тай".
-Ага.
"Отвези меня домой. Не к себе, не ко мне - я имею в виду Коппер-Ридж. Главная. Просто отвези меня домой".
— Твоя мама ...
- Она будет здесь через сорок пять минут. Кэла нет. Здесь нечего делать. Мне нужно, чтобы меня здесь не было".
-Хорошо.
Она отстраняется. Ее лицо все еще мокрое. Она смотрит на меня.
- Я чуть не потерял его.
- Я знаю.
- Я не собираюсь его терять.
- Я знаю.
- Я тоже не собираюсь тебя терять. Ее глаза не отрываются от моих. - Это был не вопрос.
-Хорошо.
- Отвези меня домой, Тай.
-Хорошо.
Я отвожу ее домой. Я не ухожу.
Позади нас, в номере 314 отеля Missoula General, мой лучший друг отсыпается после сотрясения мозга и еще не знает — не узнает еще двадцать два часа, не узнает до тех пор, пока коробка с курицей кунг пао не упадет на пол его собственной кухни, — что человек, державший за руку его сестру в том коридоре, был тем же человеком, который молча держал ее с 2016 года, и тишина на исходе. Не потому, что нас поймали. Потому что мир почти отнял его у нас, и мы не хотим позволить этому отнять нас друг у друга в любой версии, где он живет, и притворяемся, что это не так.