Страница 31 из 54
— Успеется, — ответила гостья. — Я не хлеб пришла есть — я матушку твою дома помяну. А тебе помогу узнать об опасности, которая тебя подстерегает.
После этих слов она резко повернулась и вышла из столовой.
Маслова сидела как пришибленная. Разговор с Пелагеей Григорьевной окончательно выбил ее из колеи.
— Кто она такая? — Анна Андреевна посмотрела на меня.
Я пожала плечами:
— Впервые вижу эту женщину.
— Тогда кто ее привел?
Все переглянулись в недоумении.
— Это, наверное, Зина! — раздался вдруг голос Владика. Мальчишка высунулся из-за двери, оглядывая нас всех исподлобья. — Она вчера ходила куда-то за грушами и пришла какая-то странная. Моет эти груши, а сама что-то шепчет..
— Зина! — крикнула Анна Андреевна.
Запыхавшаяся Зина появилась в столовой.
— Это ты привела Пелагею к нам? — строго спросила Маслова.
Зина пробормотала что-то невнятное.
— Я не спрашиваю тебя, куда ты ходила. — Хозяйка, в отличие от меня, поняла, что говорила ее домработница. — Я спрашиваю: это ты привела Пелагею к нам?
Побледневшая Зина неуверенно кивнула.
— И что теперь прикажешь нам делать? — Маслова развернулась всем телом в сторону домработницы и впилась в нее глазами. — Крутить тарелочку?
— Она ведунья, — внятно сказала Зина. — И может предсказывать будущее.
— А ты откуда знаешь? — не унималась хозяйка. — Она тебе сказала?
— Люди говорят.
— Какие еще люди?
— Я тоже слышал, что она предсказывает будущее, — подал голос забытый всеми Роман Андреевич. Взгляды присутствующих устремились на него. — Пелагея тарелки вертит, а потом рассказывает, что ожидает человека в течение года. Говорят, ее предсказания сбываются. — Он тоже встал из-за стола и собрался уходить. — Спасибо за хлеб-соль, Анна Андреевна!
— На здоровье, — машинально ответила Маслова. Ее голова была занята другими проблемами. — Приходите завтра к двенадцати. И на поминки оставайтесь.
— Благодарю! — Роман Андреевич наклонил голову и направился к выходу.
Я встала, чтобы проводить его и сказать пару ласковых на прощание, но он выставил руку вперед и предупредил мои действия:
— Не нужно меня провожать, Женя, я сам!
Гости ушли. Сергей тоже как-то незаметно испарился. Владик опять спрятался в своем логове. И только Анна Андреевна в растерянности продолжала сидеть за столом, крутя бахрому скатерти.
— Женя, как ты думаешь, стоит пускать Пелагею в дом?
Я пожала плечами.
— В сеансы спиритизма я не верю. По-моему, она просто хочет развести вас на деньги. Может быть, даже выведывает, что тут можно украсть, — таких домов, как ваш, в округе больше нет, так что вы тут наиболее состоятельные дачники.
Но Маслова, в отличие от меня, во всякую чертовщину верила и потому колебалась.
— Красть тут у нас особо нечего, — задумчиво сказала она. — Своего мы пока сюда ничего не завезли, кроме белья и посуды. Если она найдет, чем здесь поживиться — я только удивлюсь. А нам ведь она ничего плохого не сделает?
Я снова пожала плечами.
— Как телохранитель я вам личную безопасность обеспечу. А в качестве финансового консультанта вы меня не нанимали. Ваши деньги — ваше право ими распоряжаться.
— Спасибо, Женя, — сказала Анна Андреевна и наконец встала из-за стола. — Зина, убери тут..
* * *
В коридоре послышался шум. Похоже, это топал Владик, а сзади его подгоняла мать:
— Я сказала хватит — значит хватит! Мы сюда отдыхать приехали, в том числе и от твоего дурацкого компьютера. В городе насидишься еще, иди проветрись!
— На улице жара, купаться ты меня не пускаешь, — сердился Владик. — Я что, просто так должен слоняться туда-сюда? Тогда я рыбу пойду ловить, червяки еще с вечера приготовлены.. Где наша лодка?
— Ты один ее не дотащишь! А если ты в ней перевернешься? Пусть тогда Сергей с тобой идет.
Маслова поднялась наверх и стукнула в комнату Сергея:
— Сережа, сходи с Владиком на рыбалку! Поможешь ему лодку донести.
Сергей что-то пробубнил в ответ. Вряд ли ему в такую жару хотелось тащить через весь поселок что-то тяжелое. Вообще за все время пребывания на даче я не заметила в нем тяги хоть к какой-нибудь работе. Когда Анна Андреевна решила прополоть грядку с настурциями, Сергей потихоньку ушел в дом и очень долго не показывался во дворе.
Мне стало любопытно, чем все это закончится, и я вышла из своей комнаты.
— Женя, может, ты со мной сходишь? — бросился ко мне Владик.
Интересные дела! Если я соглашусь, это мне, значит, лодку на своем горбу переть? А какая она у них? Ладно еще, если резиновая, надувная. А если деревянная? Впрочем, куда деваться? Хоть я и не носильщик, но охранять ребенка на реке — моя прямая обязанность. А в носильщики все равно Сергея возьму — не отвертится!
— Схожу, так и быть. А что за лодка у тебя?
— Надувная, с моторчиком. Она такая классная! Я тебя на ней покатаю, а потом будем ловить рыбу. Червей я еще вчера накопал — вон там, под яблоней. Они хорошие, жирные, рыба таких любит.
Дальше мне пришлось выслушать и про червяков, и про привычки рыбы, и про лодку с мотором-журчалкой, и про то, как вкусна свежепойманная рыба, если ее как следует прожарить на сковороде. Пока мальчишка рассказывал мне все это, у него разгорелись глаза; утреннюю мрачность как рукой сняло. Чувствовалось, что в этих разговорах о рыбалке он старается отвлечься от тяжелых мыслей, забыть о том страшном, что обрушилось на него сегодня и что еще предстоит пережить завтра.
— Ну пойдем, покажешь мне свою лодку, — сказала я, закрывая дверь своей комнаты на ключ. — Где она у тебя?
— В гараже. Мы ее сразу выложили, как только приехали.
Мы обогнули дом и оказались у дверей гаража. Прямо перед воротами стоял мой «фольк», но Владик повел меня дальше, к стеллажам, на которых хранилась всевозможная дачная утварь — лопаты, грабли, мотыги, лейка, бухта шланга и много еще чего, что может понадобиться при обработке земли. В самом углу лежал огромный цветной сверток. К нему-то и подвел меня хозяйский сын.
— Вот она! Правда, красивая?
Я подняла край лодки, прикинув ее вес.
— Одна я не донесу. Нужен помощник, — сказала я Владику, и он помчался уговаривать Сергея помочь нам.