Страница 28 из 70
Глава 28
Весь мир — театр... Сейчас я в этом убедилась. Деревня превратилась в
гигантскую сцену, а мы все — в актеров, лицедеев, от игры которых зависит их
жизни.
Рыгар и его отец возглавили «шумовой отряд». Они рубили в
лесу огромные деревья с оглушительным треском, имитируя стройку гигантских
осадных орудий. Другие таскали камни к стенам, создавая видимость укрепления
бастионов. Днём мы жгли костры в три раза больше обычных, чтобы столбы дыма
виднелись издалека. Ночью факелы метались по стенам в сложном, казалось бы,
продуманном патрульном порядке — на самом деле это бегали подростки с
заранее согласованным маршрутом.
Но главное действие
разворачивалось внутри старого амбара на окраине. Там, в полутьме, пахнущей
сеном и пылью, я репетировала свою роль.
Стоя в центре пустого
пространства, закрывала глаза и искала внутри тот ручеек силы. Теперь он
отзывался быстрее, будто узнавал вкус свободы. Я направляла его не в тело, а
вовне, представляя, как он растекается по воздуху, сгущаясь, принимая форму.
Сначала получались лишь смутные пятна света, дрожащие, как мираж. Потом
— очертания огромного крыла, которое рассыпалось, стоило мне ослабить
контроль.
И всё это время Сивера был рядом, помогая, направляя и подсказывая. Его
поддержка была неоценимой.
— Сосредоточься не на деталях, —
говорил он, его голос был низким и спокойным, дающим ощущение стабильности.
— На сути: на ощущении массы, огня, угрозы. Гракхи не будут разглядывать
чешуйки, они увидят тень и почувствуют жар.
Сивер, к моему
удивлению, оказался терпеливым учителем. Иногда он подходил и клал свою
большую, шершавую ладонь мне на спину, между лопаток.
— Отсюда идёт сила крыла. Чувствуешь напряжение? Сымитируй его.
От
его прикосновения по спине пробегали мурашки, но это был не страх, а что-то
другое. Я старательно гнала эти мысли прочь, — сейчас мне было не до них.
К вечеру второго дня я смогла создать иллюзию, от которой у самого Сивера
дрогнула бровь. В амбаре парила полупрозрачная, но неоспоримо реальная тень
дракона. Она медленно взмахивала крыльями, от которых исходили волны зноя,
заставляющие пыль кружиться в воздухе. Из её пасти вырывалось беззвучное, но
видимое пламя. Это длилось всего минуту, прежде чем образ распался, а я, вся
в поту, рухнула на колени, чувствуя, как будто выжали досуха.
—
Достаточно, — сказал бывший муж, подавая мне ковш воды. В его глазах было
что-то похожее на одобрение. — Они не выдержат и десяти минут такого
зрелища. Тем более ночью.
Тем временем группа Кассия была готова:
пятеро наших самых ловких и хладнокровных мужчин, включая Рыгара. Они знали,
что их ждёт верная смерть в случае провала, но никто не выказывал страха.
Прощание было коротким, — никаких речей. Сивер обменялся с каждым крепким
рукопожатием и суровым взглядом. Я лишь кивнула Кассию, передавая ему
маленький мешочек с сильнейшими кровоостанавливающими порошками, ведь его
раны ещё не до конца затянулись. Златоглазый ответил коротким кивком и тепло
улыбнулся мне.
Они растворились в сумерках, как призраки. Я
знала, что жизни этих смельчаков теперь зависят от меня, от того, насколько
правдоподобно создам иллюзию.
Ровно в полночь, когда луна
скрылась за облаками, мы начали наш «спектакль». На стенах зажгли десятки
факелов. В амбаре, двери которого были распахнуты в сторону предполагаемого
расположения вражеских лагерей, застыла я, собрав всю волю. Сивер был рядом,
его присутствие было как якорь, как живой резонатор той силы, которую
пыталась имитировать.
— Давай, Лора! Ты сможешь! — прошептал он.
Закрыв
глаза, вдохнула и выпустила силу.
На этот раз это было не
упражнение, которое всегда можно сделать заново. Из амбара с оглушительным,
яростным рёвом, который я соткала из ветра, гула земли и собственного крика,
вырвался дракон. Он был огромен, страшен, почти реален. Крылатый ящер взмыл
в чёрное небо, огненные всполохи вырывались из его пасти, освещая
окрестности на секунды багровым светом.
Иллюзия была настолько мощной, что наши собственные часовые на стенах вжались в
бойницы, а у меня из носа пошла кровь от напряжения.
Мы держали
представление полчаса. Каждая секунда была словно вечностью. Я чувствовала,
как мои силы тают, как темнеет в глазах. Сивер стоял сзади, его руки лежали
на моих плечах, и сквозь туман истощения я ощущала, как от него ко мне течёт
что-то… не сила, а стойкость, — твёрдая, непоколебимая воля, которая не
давала мне рухнуть.
Когда время вышло, я просто срезала поток.
Иллюзия дракона с оглушительным, финальным рёвом устремилась вниз, за стены,
якобы возвращаясь в укрытие, и растворилась. Тишина, наступившая после, была
оглушительной и давящей.
Я бы упала, но Сивер ловко и удивительно
бережно поймал меня. Он не сказал ни слова, просто подхватил на руки и отнёс
в лечебницу. Элви подскочила с отваром, но мужчина покачал головой, усадил
меня на кровать и сам поднёс к моим губам кружку с водой.
—
Спектакль окончен, — хрипло сказал он. — Ты была великолепна. Теперь
отдыхай, Лора! Гракхам понадобится время, чтобы прийти в себя и
перегруппироваться. А мы… будем ждать вестей.
Бывший муж ушёл,
оставив меня в тишине, звонкой от усталости и странного, тревожного
спокойствия. Мы сделали все, что могли. Теперь судьба деревни была в руках
горстки людей, ушедших в ночь, и в милости богов, в которой я всё ещё не
была уверена. Но что-то внутри говорило — мы дали шанс группе Кассия. И
иногда в этой жизни шанса бывает достаточно.