Страница 60 из 64
— А мне почем знать, большой уже. Мне не докладывает. Офицер, покурить дай, будь человеком! – Она театрально громко и равнодушно сплюнула на пол.
— Обойдешься! – буркнул Дмитрич.
— Аркаш, ты как здесь? – наигранно удивившись, спросил он у теперь уже бывшего начальника полиции.
— Да пошел ты!
— Я-то пойду, а вот с тобой что на зоне сделают, ты представляешь? Я вот думаю, похлопочу, чтоб тебя на обычную отправили, к зэкам. А не в специальный отряд, к блатникам, куда сотрудники правоохранительных органов попадают. Зачем тебе привилегированные условия? К народу надо быть ближе. Там тебе объяснят, что к чему.
Рабочие, долгое время находившиеся в лагере и пострадавшие от рук алчного руководства, сидели за дубовым столом и молчали. Вид у них был пугающим. Язвы кровоточили, запах болезни был сильным. Кто-то стонал от боли. А у некоторых даже не было сил выйти из своих домиков. Так и лежали в полуобморочном состоянии на кушетках.
Дмитрич осмотрел антисанитарные условия бараков, в которых содержались рабочие. Без воды и еды. Только кушетки, прогнившие, истлевшие. Очевидно, эти бараки оборудовали мебелью из соседней заброшенной деревни. Скорее всего, она вся фонила радиацией. Он достал дозиметр – нет, радиация умеренно выше нормы. Для здоровья неполезно, конечно, но несколько дней здесь серьезный вред здоровью не причинят. И на том спасибо! Видимо, местные бандюги все-таки не хотели, чтобы их рабы слишком быстро вымирали. Постельного белья не было по определению. Спали прямо на голых раскладушках. Некоторые на старых диванах и креслах.
— Пятнадцать бараков! В каждом из них человек десять людей. Спали все вповалку. Практически друг на друге, если не хватало спальных мест на полу. На своей же рабочей одежде, – громко проговаривал на камеру генерал. – Бригаду врачей вызвали уже? На работяг смотреть страшно. Налицо все признаки лучевой болезни. – Дмитрич усиленно вглядывался в их лица, но не находил Михаила. Не было и Арины. Это очень беспокоило генерала.
— Да, товарищ генерал, так точно. Вызвали.
— Тут такое дело.. – начал нарочно медленно говорить Петрович.
— Что там, где Михаил, его нашли? – Петрович смотрел на подполковника с напряжением.
Тот утвердительно кивнул. Петрович влетел в здание многоэтажки, что стояло чуть дальше лагеря, на соседней улице, и тут же остановился как вкопанный. На полу в неестественной позе лежало изуродованное тело молодого мужчины. По телосложению был похож на его племянника.
Опознать невозможно, только красная нитка на правой руке, такая же была и у генерала. Иринка в свое время повязала, от «нечистого глаза», как она говорила, оберег. Мужчину вынесли из этого проклятого места на руках, осторожно, будто фарфоровую куклу.
— Не нужно, я сам, сломаете еще чего! – кричал на всех генерал.
Мысленно он пытался себя успокоить, уговорить, что, может быть, это не племянник. Что Мишка – профессионал и должен, просто обязан был выжить. Что ему не придется объяснять Иринке, куда делся ее муж. Что.. Только после всего, увиденного в этом лагере, самоубеждение не очень ему помогало.
— Не пыли пока, Дмитрич. Дождись оперативников. Сейчас экспертизу проведут, и будет понятно, он это или нет. – Петрович поднял его с земли и увел подальше от трупа. – На скорую руку хоть группу крови определят. Ты же помнишь, какая группа у твоего племянника? А этому парню уже не помочь, пойдем, пусть им займутся наши ребята. – Петрович уводил генерала подальше от этого места.
Через несколько часов приехала бригада «Скорой помощи» и оперативная группа. Работы было много. А еще у забора было найдено огромное количество костей. Предположительно человеческих.
* * *
Я очнулась от резкого противного запаха. Кто-то совал мне ватку с нашатырем прямо в нос. Открыла глаза. С трудом подняла веки. Прямо передо мной красовалось лицо Антона. От него пахло травкой и алкоголем. Рядом со мной валялись еще не очнувшиеся ребята. Соня, Денис, Катерина, Марина.
— Как ты, красотка? Крепкая!
— Чего тебе?
— Как это чего? Должок у тебя!
— Не поняла? – Я смотрела на него изумленными глазами.
— Ты мне все планы испортила. Спецназ в лагере. Ты думала, я тебя спокойно отпущу? Не выйдет. Уж кого, а тебя точно в живых не оставлю. Из-за тебя такого бизнеса лишился.
— Ну и какие твои дальнейшие действия? – Я смотрела на него во все глаза.
— Ты у нас неуловимая. Убить хотел, не получилось. Сварить в котле – опять промах. И собакам скормить не успел. Газом вот травить не хотел. Только обезвредить на время. Знаешь, что я придумал. Сожгу я всю вашу гоп-компашку. Но так как у меня к тебе особый интерес, ты будешь гореть заживо. Остальным уже все равно. Они даже не успеют в сознание прийти.
Я нервно заерзала по каменному полу. Веревка была тугой и прочной. Да и ножа у меня в этот раз под рукой не оказалось.
Антон тем временем принес большую канистру с бензином и стал поливать им все помещение. Баллон с газом был закрыт, но он не собирался его убирать. Перехватив мой испуганный взгляд, ухмыльнулся.
— Да, детка. Все верно. С газовым баллоном и бензином я устрою целое представление. Не могу же я уходить тихо. Хочу, чтоб ментовские шкуры в лагере запомнили меня надолго. – Мерзавец закатился противным и громким смехом.
Он кинул спичку на пол. Все моментально вспыхнуло и запылало. Я с ужасом понимала, что, когда пламя дойдет до меня – газовый баллон взорвется и от меня не останется ни кусочка.
Напрягая все силы, перекатилась на пару метров, собой перекрывая путь пламени. Джинсы – материал не особо горючий. Потушить огонь я не потушу, но хоть немного отсрочу взрыв. Связанные запястья подставила огню, шипя от боли.
Антона к этому времени и след простыл. Я раскашлялась, дернула руками, понимая, что еще чуть-чуть – и освобожусь. Ноги пока только пощипывало огнем. Терпеть можно. Ребята были без сознания. У меня в голове тоже начало мутиться. Неожиданно чьи-то сильные руки подхватили меня. Я мотнула головой, приходя в себя. Узнала Кирилла – именно он появился так вовремя. Стянула с себя куртку и попыталась сбить пламя или, по крайней мере, помешать ему добраться до баллона. Кирилл же разом подхватил Соню и Марину и вытащил на улицу. Спустился за Денисом и Катериной, буркнул:
— Быстро, за мной. Не погасишь, температура растет.
Мы выбрались. Чудом. Стоило отбежать (отползти) от дома на десяток метров, как громыхнуло. Взрыв получился впечатляющим. Я порадовалась, что нас там, внутри, не было.