Зона отчуждения

Михаил отвернулся к стенке и захрапел. Катя тоже успокоилась. Марина сняла свой халат и легла. Мысли путались. Спать не хотелось. Проворочалась она до самого утра. Встала, умылась и вышла на улицу. Бритоголовые гоготали у калитки. Показался и сам главарь. Он ходил и все высматривал своим стеклянным змеиным взглядом. Хотелось кинуть в него чем-то тяжелым. Марина сжала кулаки и опять зашла в домик. Она ненавидела это место. И она выберется отсюда во что бы то ни стало.

— Ты чего так встала рано? – Михаил проснулся и смотрел удивленно на Марину.

— Я и не ложилась. Ты тоже вставай. Сейчас самый цирк начнется. Они поднимают местных на работу, как скотину. По часам, которые стоят посреди двора. Заводят их и дают на еду всего десять минут. А еще на территории есть убойный склеп.

— Чего?

— Там хранятся тела людей, которые умерли. Их либо забили насмерть, либо они в шахте разбились, когда вниз спускались.

— На кой они вниз-то спускались?

— Искали что-то ценное, – рассказала Марина. За время существования здесь она много чего успела услышать. – Документы, золото там. Говорят, что первые мародеры – ну, те, кто через несколько лет после аварии сюда приехали, – собирали ценные вещи по окрестным городам и деревням и складывали так, чтобы быстро не нашли. Намеревались попозже вывезти. Но так и не вывезли..

— Марин, ты серьезно? И что, людей никогда здесь не искали?

— Нет, конечно. Здесь все одиночки вроде меня. Вставай давай, не успеешь – останешься без завтрака. А тебе еще работать весь день.

Михаил наскоро умылся. Проснулась и Катерина. Сегодня она выглядела намного лучше, но смертельная бледность с лица так и не уходила.

Давясь сухим пакетом вермишели, Марина смотрела на Михаила и ухмылялась.

— Ох, знала бы сейчас Ирка, что уплетает за обе щеки ее муженек. С ума бы сошла. Она идеальная хозяйка. Все убрано и наготовлено. Первое, второе и компот. А сейчас муженек свежему борщу предпочитает сухую лапшу.

Михаил угрюмо жевал местный «питательный завтрак».

— В армии и то вкуснее было, когда на перевале перекусывали из того, что нашли в тайге, да, Кирюх?

Кирилл кивнул, но жестом предупредил о том, что лучше много не болтать. К ним тут же подскочил один из мордоворотов и, грязно выругавшись, пригрозил автоматом. Было заметно, как Михаил сдерживает себя, чтобы не ввязаться в перепалку с охранником. Это значило бы раскрыть себя, а значит, полностью провалить ситуацию. Ему нужно было отыгрывать обычную жертву. Дмитрич и так сильно постарался, выправляя ему поддельные документы. По легенде, мужчина вдовец и одиночка. Сюда только таких берут.

Через несколько минут после противного звона будильника на столбе все разбрелись по своим бригадам. Шли медленно, друг за другом. Впереди и сзади у каждой бригады был вооруженный мордоворот.

— Как в тюрьме! – процедил сквозь зубы озлобленный офицер.

— Не вякай! Рот закрой и иди, а то без обеда останешься!

— А что у нас на обед? – Он лучезарно улыбнулся и посмотрел на тупого качка.

— То же самое, сынок, не обостряй! Сейчас их обозлишь, они руки распускать начнут, – прошептал шедший рядом дедуля.

Миша поднял руки вверх, показывая мародеру, что он сдается. Тот ухмыльнулся, зыркнул пустыми, накачанными наркотой глазами и успокоился.

Дорога до ЧАЭС была недолгой. Через несколько минут Михаила спустили в шахту. Пахло сыростью и металлическими отходами. Глаза моментально стало щипать. Офицер закашлял. К нему подошел все тот же дед и протянул чистый платок, намоченный спиртом.

— Вот, сынок! Возьми! Это поначалу так. Потом привыкнешь. Лицо вытри и на нос натяни. Спирт нейтрализует радиацию.

— Спасибо!

Офицер смотрел на этот беспредел и сокрушался. Интересно увидеть главаря этой шарашки. Это что должно быть у него с головой, чтобы организовать такое. Тянет на пожизненное. Он бы, сказать честно, и под расстрельную статью местного босса подвел, и с превеликим удовольствием. Только вот расстрел давно отменили.

Через несколько минут пришел Кирилл и увез его в медсанчасть. Мишке пришлось разыграть припадок, но друг хоть на время забрал его из этого ужаса.

Михаил незаметно передал все, что успел выяснить, генералу. Благо его «командировка» была подготовлена очень тщательно, и миниатюрное переговорное устройство типа рации следователь смог провезти с собой. Хранил его под досками в укромном уголке. И теперь ему осталось только ждать. Помощь должна прийти очень скоро.

Через несколько минут генерал перезвонил. Нужно было вычислить главаря и собрать о нем как можно больше информации.

— А то сбежит, а потом что-то подобное затеет, – скорбно проговорил дядька. – Только вот и вас тут оставлять не хочу. А если мы твоих девок и друга заберем, легенда твоя может посыпаться к чертям, сам понимаешь..

— Дмитрич, я все-таки мужик и профессионал, – не без пафоса откликнулся Мишка. – Днем меньше, днем больше.. Выдюжим.

— Придется задержаться, ребята! – Михаил посмотрел на Марину и Кирилла.

Те сокрушенно вздохнули, но промолчали. Делать нечего. Ждать и надеяться – больше у них ничего не осталось.

Марина посмотрела на Катю. Ее самочувствие улучшилось, но ненамного. Девочка была сильно истощена и обезвожена. Не было необходимых медикаментов и питания, чтобы поставить ее на ноги.

— Ты же боец, Катенька! – Марина сидела у ее кровати и мочила пересохшие губы влажной тряпкой.

Девочка попыталась улыбнуться.

— А тебе мама привет передавала. – Михаил склонился над ней и погладил по голове.

— Я вас помню! Вы к нам приходили, с отцом разговаривали.

— Так точно!

— Как мама?

— Хорошо! Ждет тебя очень. – Девочка натянуто улыбнулась и начала сильно кашлять.

Марина дала ей стакан с водой.

— Дядя Миша, пообещайте мне!

— Да, милая!

— Если что-то со мной случится, вы маму не оставите, защитите ее! Отец ее скоро убьет!

— Конечно! Мы с тобой вместе его на путь истинный поставим. Не будет он больше мамку обижать и тебя. Я обещаю.

Девочка отвернулась к стене и снова закашляла.

— Что с ней? – Миша смотрел на Марину с беспокойством.

— Скорее всего, воспаление легких, еще и радиация дала о себе знать. Девочка истощена, эти отморозки, когда везли ее, еще и с дозировкой переборщили. Нужны капельница и антибиотики, Миша, она долго не проживет. – Марина смотрела на него, из глаз градом текли слезы.

— Будет! – Он открыл одну из досок пола и, достав спутниковый телефон, быстро передал новые данные генералу.