Страница 46 из 56
Встреча не состоялась, поскольку через несколько дней Виолетта коротко осведомилась:
«Куда ты пропал?»
Я совершенно точно знала, куда именно пропал Осокин, и принялась изучать довольно пространное и последнее сообщение от Виолетты.
«Какая же ты сволочь! Тебе с самого начало нужны были от меня только деньги. Ну и как тебе с ней живется на то, что я тебе надарила? Хорошо, да? Так знай, что деньги имеют свойство заканчиваться и она тебя бросит, так же как ты меня. И еще объяснит, какой ты жалкий никчемный альфонс. И в постели ты никакой. Да-да, никакой! Я тебе лгала о том, какой ты замечательный. И она тебе тоже лжет. И не вздумай приползти ко мне, когда она тебя пошлет. В третий раз я тебе не поверю. И не отвечай на мое сообщение, я все равно не буду его читать».
На это сообщение Никита Осокин не ответил вовсе не потому, что внял доводам разъяренной любовницы. Несчастный Никита не только не мог ответить на это сообщение, но и был лишен какой бы то ни было возможности его прочитать. К тому времени, когда Виолетта Дорошева изливала свою злобу и отчаяние, Осокин уже был окончательно и бесповоротно мертв. Оставались считаные дни до обнаружения его растерзанного тела.
Я попыталась мысленно восстановить последовательность переживаний молодой женщины, к которой, несмотря ни на что, испытывала искреннее сочувствие. Да, мне говорили, что Виолетта была замкнутой и скрытной во всем, что касалось ее личной жизни. Но ведь не в вакууме она жила! Почему же не нашлось никого, кто удержал бы ее от рокового шага в бездну, причем в прямом смысле слова.
Где-то на задворках сознания крутилась мысль, что терзаниями уже ничего не изменишь, но легче от этого не становилось. И я вернулась к многократно испытанному средству от хандры — к работе.
Итак, из переписки явствовало, что Виолетта Дорошева исправно снабжала Никиту Осокина деньгами, причем немалыми. Наконец он, по-видимому, овладел настолько внушительной суммой, что решил расстаться со своей щедрой доверчивой любовницей, сменив ее на другую.
Информацию об этой неведомой мне особе, так же как и о том, откуда это стало известно Виолетте, мне предстояло искать за пределами переписки. Но была еще одна деталь, которая вызывала откровенную путаницу. Ведь Виолетта узнала о смерти Никиты и даже пришла на его похороны. То есть сначала она из какого-то неведомого мне источника узнала о его измене, написала ему полное упреков и оскорблений послание, а после выяснила, что Осокин погиб. Молодую женщину охватило чувство вины. Возможно, она поняла, что ошиблась и Никита ей вовсе не изменял. Но это чисто гипотетическое предположение. Или она сопоставила хронологию и поняла, что, пока она нежилась на пляже на заграничном курорте, ее любимого Никиту зверски убивали. И опять-таки завершающий аккорд — ее послание, от которого никуда не уйти. Поскольку некоторое время не было полной ясности, когда именно убили Никиту, Виолетта могла посчитать, что он все же прочел ее сообщение. И от этого ее чувство вины стало настолько невыносимым, что..
Мне же предстояло выяснить, каким образом Виолетта пришла к выводу, что у Никиты появилась новая пассия, и таким образом устранить этот информационный пробел. Почему-то я была уверена, что, выяснив эту деталь, мне удастся приблизиться к разгадке смерти Артемия Белорецкого. И хотя явной взаимосвязи между этими событиями не просматривалось, я решила довериться своей интуиции.
Поблагодарив Игоря Семеновича, который ответил мне коротким вежливым кивком, я вновь направилась в кабинет Владимира Сергеевича Кирьянова.
— Что ж, теперь ваш выход, Татьяна Александровна, — ответствовал подполковник, выслушав мой краткий отчет.
В столь высокопарной манере Кирьянов изъяснялся со мной лишь в исключительных случаях, например когда наша совместная работа всецело зависела от точного завершающего штриха, как правило моего.
— Насчет пробела, о котором ты упомянула, — деловито продолжал Киря, — у меня есть кое-какие соображения. Я разузнаю подробности и сразу же тебе позвоню. Ничего, если будет довольно поздно? Скажем, после полуночи?
— Что ты, Володя! Звони в любое время, — заявила я без малейших колебаний.
— Ну вот и отлично, — удовлетворенно заключил Киря.
Оказавшись дома, я заново проанализировала все, что мне удалось узнать за сегодняшний день, и пришла к выводу, что все события, так или иначе, затрагивают одну и ту же персону. Или, если угодно, все рассуждения сходятся в одной точке, которую поставил Кирьянов в своей схеме с человечками, идущими навстречу друг другу. Владимир Сергеевич шел к этой точке от момента убийства Никиты Осокина, а я, в свою очередь, получив заказ расследовать смерть Белорецкого. И мы неизбежно должны встретиться в одной точке, потому что точка эта..
— Да, Володь, слушаю, — я схватила телефон, едва раздался звонок.
— Так вот, насчет пробела, — произнес подполковник таким тоном, словно я и не уезжала из управления и мы продолжали обсуждение в его кабинете. — Ты ведь помнишь некоего Кубахина? Ну, того, что специализируется на супружеских изменах.
— Конечно, помню, — немедленно отозвалась я.
Частный детектив Кубахин действительно с особым рвением брался именно за ту работу, от которой я всячески старалась увернуться. Что касается меня, я не могла себе представить более тоскливого и примитивного занятия, чем выслеживание неверной жены. Ну или мужа. Хотя вместо законной второй половинки в качестве объекта наблюдения могли выступать неверные любовники, таких ревнивых заказчиков тоже немало. И Кубахин, которого Кирьянов как-то в сердцах окрестил скользким типом, с энтузиазмом брался за подобные дела. А вот серьезных расследований, связанных с криминалом, в его послужном списке не числилось.
Владимир Сергеевич Кубахина не жаловал, я, впрочем, тоже. Но иногда адюльтерщик, как мы прозвали его между собой, бывал весьма полезен в плане предоставления информации. Поэтому мы поддерживали с ним видимость приятельских отношений, причем отнюдь не обманываясь относительно друг друга. Меня завистливый Кубахин тоже недолюбливал.
— Так вот наш Кубахин, — подполковник заметно оживился, и я буквально обратилась в слух, зная по опыту, что сейчас услышу нечто по-настоящему важное, — получил заказ на слежку за супругой кого ты думаешь?
И, не дав мне и доли секунды, чтобы ответить, Кирьянов торжествующе возвестил:
— Артемия Витальевича Белорецкого! То есть Виолетты Дорошевой, — пояснил он уже более спокойным тоном.