Страница 37 из 56
— Наш великолепный Темочка не нуждался в духовной и интеллектуальной близости с дамами, они интересовали его в несколько ином аспекте, — сообщила Викентьева с едкой иронией в голосе и тотчас спохватилась: — О покойнике, конечно, не следует так отзываться. Сама не понимаю, как сорвалось. А Тему жаль, так нелепо уйти, при его жизнелюбии.
— Неужели он так и не выстроил ни с кем из женщин доверительных отношений? — спросила я с деланым удивлением. — Он ведь умел очаровывать..
— Меня он не очаровал, — холодно отозвалась моя собеседница, глядя куда-то в сторону.
Не очаровал, но пытался, мысленно дополнила я это краткое сообщение. Я вдруг осознала, что Екатерина Викентьева — женщина совсем иного склада, чем Аверченкова. Поэтому не стоит ждать от нее откровений о том, как она надавала кому-то по рукам. И какая, однако, странная дружба связывала четверых успешных мужчин. Да и были ли они действительно друзьями?
— А что касается Владислава.. — заговорила вдруг Екатерина Геннадьевна уже совсем другим тоном.
— Да? — заинтересованно спросила я, поскольку моя собеседница сделала паузу, словно собираясь с мыслями.
— Неудивительно, что он всполошился, ну и перепугался, конечно, — спокойно заявила Викентьева. — Он ведь не так давно был замом по экономике, значит, его подпись появлялась на документах чаще других. Да практически на всех. И если бы всплыло что-то противозаконное, его голова полетела бы первой.
— Но ведь все четверо отошли от дел, — напомнила я.
— Да, но отчетности-то никуда не делись, — возразила Екатерина Геннадьевна. — Да и не совсем они ушли из этого бизнеса, ведь на руках у каждого по-прежнему остаются акции. И я предполагаю, что они, так или иначе, действуют через подставных лиц. И если это откроется..
Викентьева внезапно резко повернулась в мою сторону, глядя на меня в упор.
— Теперь понимаете, как вы их напугали? — серьезно спросила она. — Сами-то не боитесь?
— Нет, Екатерина Геннадьевна, я не боюсь, — спокойно отозвалась я.
Знала бы моя собеседница, в какие передряги мне доводилась попадать, она бы усомнилась, действительно ли это я собственной персоной сижу перед ней живая и невредимая. Уж не с имитацией ли она все это время беседовала?
— Ну что ж, удачи вам, Татьяна Александровна, — задумчиво произнесла Екатерина Геннадьевна, хотя ее взгляд выдавал беспокойство. — Но все же будьте осторожны в разговоре с Викентьевым. Уж он-то точно даст фору всем троим.
Хотя предостережения Екатерины Викентьевой и показались мне несколько забавными, они все же заставили меня насторожиться. Ведь и Лариса Аверченкова весьма нелестно отзывалась о моральных качествах Анатолия Викентьева. Но в то же время невольно созданный вокруг него своего рода демонический ореол вызывал жгучее любопытство. Две весьма неглупые, вполне благополучные, к тому же успешно справлявшиеся с жизненными испытаниями женщины чуть ли не в один голос советовали быть начеку именно с этим мушкетером. А любопытство вкупе с ощущением опасности, как правило, вызывало во мне мощнейший всплеск энергии, так что вместо того, чтобы впасть в уныние, я с нетерпением ждала встречи с этим злым гением.
Однако пообщаться с Анатолием Викентьевым мне удастся в лучшем случае завтра. Причем рассчитывать на эту беседу мне на данный момент пришлось лишь чисто гипотетически, поскольку Викентьев запросто мог отказаться со мной разговаривать, вежливо или не очень.
Ну а пока я решила уточнить некоторые детали, касающиеся двух завещаний Белорецкого.
— Слушаю, Татьяна Александровна, — вежливо отозвался Первайкин, едва я набрала его номер.
— Дмитрий Вячеславович, извините, что отвлекаю от дел.. — церемонно начала я.
— Все в порядке, — бодро отозвался следователь. — Чем могу помочь?
— Хочу уточнить детали первого завещания Белорецкого, — пояснила я. — Того, где он все свое имущество завещал супруге.
— Так.. Минуту. — Первайкин, видимо, открывал нужную папку. — Так что вас в нем интересует?
— Две квартиры в столице, они фигурируют в этом документе?
— Хм.. Нет, — голос Первайкина звучал удивленно, — ни о какой столичной недвижимости в завещании не упоминается. Хотя есть кое-что, возможно, вас заинтересует..
— И что же? — Я буквально обратилась в слух.
— Во втором документе количество завещанных акций значительно возросло, — сообщил Первайкин. — Вам это о чем-то говорит?
— Да, но необходимо кое-что проверить, — отозвалась я.
— Если появится новая информация, держите меня в курсе, — попросил Первайкин.
— Обязательно, Дмитрий Вячеславович, — пообещала я, хотя вовсе не ощущала уверенности, что мне удастся раздобыть эту самую информацию.
В памяти тотчас всплыли подробности недавней беседы с Екатериной Викентьевой. Ведь супруг уговаривал ее продать квартиру, чтобы вложить деньги в дело, то есть, разумеется, в покупку акций. Это что же получается — жену Викентьев на эту авантюру уговорить не смог, а с Белорецким у него все прошло гладко? Хотя если поразмыслить, то удивляться особенно нечему. Екатерина Геннадьевна проявила женскую осторожность, а Белорецкий, судя по отзывам, был склонен к позерству, любил риск. И в каких же соблазнительных красках расписал, должно быть, ему эту сделку Викентьев, если Белорецкий ради этого рискнул расстаться с дорогой недвижимостью.
Но пока все эти рассуждения остаются в области догадок, подтвердить или опровергнуть которые способен лишь сам Анатолий Викентьев. Но согласится ли он это сделать? Мне же не оставалось ничего иного, как набраться терпения и ждать завтрашнего дня. Именно завтра я рассчитывала на беседу с Викентьевым, во всяком случае попытаться. А там будь что будет.
— Доброе утро, — вежливо пропела я в ответ на краткое «да». — Могу я услышать Анатолия Степановича?
— Да, я вас внимательно слушаю, — доброжелательно отозвался приятный низкий голос.
Я подробно отрекомендовалась, лишь наполовину уверенная, что Викентьев не нажмет отбой, предварительно посоветовав мне забыть о его существовании.
— А, наслышан о вас, наслышан. — К моему облегчению, собеседник сохранил приятный тон, к которому теперь присоединилось любопытство.
Однако далее ничего не последовало, Викентьев явно ожидал ответной реплики.
— Анатолий Степанович, — вкрадчиво продолжала я, — конечно, сейчас не самый подходящий момент, но не могли бы вы уделить мне немного времени..