Точка возгорания

- Тетя Патриция желает мне добра. Она просто рада, что я наконец встречаюсь с человеком, который ей нравится.

- Она спросила меня о сроках моей фертильности, Эйден.

- Это... да, для нее это фирменное. Я веду ее к столику с закусками, который, к счастью, относительно свободен. "Как бы то ни было, ты прекрасно справляешься с этим."

"Я диссоциируюсь. Это другое".

Я смеюсь, и она тычет меня локтем в ребра, но тоже улыбается. Вокруг нас продолжается прием — коллеги болтают, семьи общаются, приятный шум сообщества.

- Привет. Я хватаю ее за руку, слегка отводя в сторону от толпы. - Я имел в виду то, что сказал раньше. Я горжусь тобой. Эта благодарность — ты ее заслужил.

- Ты тоже. - Она сжимает мои пальцы. - Капитан Джентри. У него красивое кольцо.

- Лучше, чем "очаровательный химбо"?

-Незначительно.

- Я возьму это.

Хейзел материализуется рядом с нами с фотоаппаратом, потому что, конечно, они так и делают. "Одно фото? Для социальных сетей департамента? Освещение прямо сейчас идеальное, а содержание церемонии помолвки всегда—"

- Одно фото, - говорит Райли, удивляя нас обоих. - Но никаких хэштегов о наших отношениях. Речь идет о профессиональном признании".

"Договорились". Хейзел ставит нас перед баннером отдела, с отработанной эффективностью регулируя углы. "Ладно, смотрите друг на друга так, словно вы действительно нравитесь друг другу — идеально, великолепно, понятно".

Щелкает фотоаппарат. Хейзел показывает нам предварительный просмотр: Мы с Райли стоим бок о бок, видны благодарность и капитанские нашивки, смотрим друг на друга с выражениями, которые, вероятно, слишком нежны для профессионального фото.

"Это будет в тренде", - радостно говорит Хейзел, уже печатая.

"Никаких хэштегов", - напоминает им Райли.

Хэштеги"Никаких отношений". Я использую #DepartmentExcellence и #CopperRidgeFinest. Абсолютно профессионально".

Они исчезают в толпе прежде, чем кто-либо из нас успевает возразить.

"Мы создали монстра", - говорю я.

- Мы включили монстра. Есть разница.

Прием постепенно затихает. Мои родители уходят, пообещав пригласить нас на ужин в ближайшее время — "скоро" на языке мам означает "в эти выходные, нравится тебе это или нет". Дерек берет с меня обещание насчет праздничных напитков. Капитан Васкес еще раз пожимает мне руку и говорит, чтобы я не забивал себе голову повышением.

Наконец-то остались только мы с Райли, стоящие в пустеющем холле, пока обслуживающий персонал раскладывает стулья.

- Пойдем куда-нибудь со мной? - Спрашиваю я.

-Где?"

-Это сюрприз.

Ее бровь приподнимается. - Я не сильна в сюрпризах.

- Я знаю. Все равно доверяешь мне?

Мгновение она изучает меня аналитическим взглядом, фиксируя все, что выдает мое лицо. Затем она кивает.

- Хорошо. Показывайте дорогу, капитан.

В сумерках на берегу реки в парке тихо, те же каменные колонны и деревянные балки, что и во время нашего первого публичного выступления, отбрасывают длинные тени в угасающем свете. Вода проходит мимо ленивой рябью, окрашивая последние лучи заката в оттенки оранжевого и розового.

"Вот тут-то все и началось", - говорит Райли, оглядываясь по сторонам. "Первое мероприятие. Тот, в котором я был убежден, что нас разоблачат как мошенников в течение пяти минут.

- И вместо этого миссис Андерсон рассказала вам о своем пятидесятичетырехлетнем браке с мужчиной, которого поначалу терпеть не могла.

- Ты помнишь это? - спросил я.

- Я помню все о том дне. Я беру ее за руку и веду к скамейке с видом на воду. "Я помню, ты так нервничал, что продолжал переделывать демонстрационные материалы. Я помню, что Уэйд был задницей и мне хотелось врезать ему. Я помню, как стоял у этой реки и понимал, что попал в серьезную беду".

"Из-за пиара фальшивых отношений?"

"Потому что я начинал хотеть, чтобы это было по-настоящему".

Райли на мгновение замолкает, ее большой палец выводит узоры на тыльной стороне моей ладони. Река течет мимо. Где-то вдалеке лает собака.

"Я была так зла в тот день", - наконец говорит она. "На тебя, на ситуацию, на себя за то, что заметила то, чего не хотела замечать. Ты должен был быть поверхностным. Ты должен был быть именно таким, каким я его себе представлял — сплошное очарование, никакой содержательности ".

- Жаль разочаровывать.

- Ты не разочаровал. В этом-то и была проблема. Она поворачивается ко мне лицом, зеленые глаза мягки в угасающем свете. - Ты продолжал быть больше, чем я ожидал. Более вдумчивый. Более компетентный. Больше ... всего".

"Это твой вариант комплимента? Потому что звучит так, будто ты от него без ума".

- Я была без ума от этого. Какое-то время. Ее губы кривятся. - Потом я преодолела себя.

- Слава Богу за это.

Закат окрашивает небо в более глубокие оттенки пурпурного и золотого. Я придвигаюсь ближе на скамейке, наши плечи соприкасаются, ее рука все еще теплая в моей.

- Когда меня повысили, - медленно произношу я, - первое, о чем я подумал, было не о звании, не о церемонии и не о том, что это значит для моей карьеры. Это было то, что я хотел тебе сказать. Что все это не будет казаться реальным, пока я не увижу твое лицо.

У Райли слегка перехватывает дыхание. "Эйден..."

"Я знаю, что мы затеяли все это как пиар-ход. Я знаю, что это было фальшиво и сложно, и никто из нас ничего этого не планировал ". Я поворачиваюсь к ней лицом. - Но где-то на этом пути ты стала самым реальным человеком в моей жизни. И я не хочу, чтобы это менялось.

- Этого не будет. Слова выходят тихими, но уверенными. - Я никуда не уйду.

-Обещаешь?

- Факты говорят о том, что я не в состоянии держаться от тебя подальше. - Она наклоняется, ее лоб касается моего. - Так что да. Обещаю".

Я целую ее там, у реки, где все началось, когда последние лучи заката растворяются в сумерках. Он мягкий, неторопливый, на вкус как шампанское с приема и будущее, которое мы строим вместе.

Когда мы наконец расстаемся, над головой появляются первые звезды.

- Отвезешь меня домой? - Спрашивает Райли.

- Твой или мой?

- Твой. Она встает, увлекая меня за собой. - Я привыкла к твоему кофе. И к твоему дивану. И твое лицо утром".

"Романтично".

- Я стараюсь.

Мы возвращаемся к грузовику рука об руку, вокруг нас тишина парка. Завтра нас ждут новые обязанности, новые вызовы, бесконечная работа по служению обществу, которое мы оба любим. Но сегодня вечером есть только это — ее рука в моей, загорающиеся звезды, начало того, что будет дальше.