Страница 48 из 73
Наша академия стояла примерно в середине списка второкурсников. Я должна была выступить сразу после Каллиса. К вечеру, после индивидуальных соревнований, — парные. Если Каллис слегка вздрагивал каждый раз, когда звучал громкий голос ведущего, который объявлял имя следующего участника, то я чувствовала себя спокойнее.
Поэтому подпрыгнула едва не до потолка, когда снаружи донеслось наверняка громогласное, но здесь звучавшее приглушенно:
— Лирейнскую королевскую академию заклинателей зверей представит эрра Лючия Илендаль!
Все уставились на меня, даже преподаватели.
— Обо мне забыли? — взвился Каллис.
Страха в его голосе было больше, чем чего-либо ещё.
Эрр Аммермах очнулся первым.
— Лючия, выходи на арену, а я пока схожу уточню, в чем дело.
Служащий уже открывал дверь с той стороны.
— Эрра Лючия Илендаль, просим выйти на полосу препятствий, — вежливо обратился он ко мне — других женщин в небольшом помещении все равно не было.
— Но должна быть моя очередь! — вмешался Каллис.
— Не беспокойтесь, вас еще объявят, — успокоил тот. — Не явились двое участников, а полосы препятствий подготовлены для каждого вида животных свои. Мы не можем так быстро переоборудовать арену, на которой уже находится реквизит для крылокотов, в поле состязаний для церберов, но можем внести изменения в очередность участников. Эрра Илендаль, пожалуйста, поторопитесь, если это возможно.
Хорошо, что он не спросил, готова ли я! Потому что я чувствовала себя не готовой совершенно, хотя мое выступление по расписанию предполагалось всего минут через двадцать.
— Видишь, все в порядке, — эрр Аммермах похлопал Каллиса по спине. — Всего лишь перестановки в расписании, никто о тебе не забыл. Лючия, вперед!
К моему удивлению, Каллис действительно расслабился и сел обратно. Может, собственные хорошие результаты ему в этот раз были важнее того, чтобы выставить меня свиньей?
Я вскочила с кресла, но, наверное, выглядела такой растерянной, что Рэйл нарушил свое правило строго вести себя на публике и крепко сжал мое плечо.
— Все будет хорошо, — заверил он. — Покажи им всем. Тогда обеспечу твоему питомцу дополнительную банку кроличьего паштета.
— Покажу, — выдохнула я.
Затем окутала Дымка ментальным облачком своей воли, передав зверьку капельку своей целеустремленности. Тот выпрямился, перестал махать хвостом, как веником, и мяукнул уже гораздо смелее, чем раньше. Под ободряющие возгласы сокурсников я сделала шаг за дверь.
Меня все еще потряхивало. И мое состояние не улучшилось, когда я преодолела двадцать шагов по тоннелю и задержалась под навесом, не ступая на песок арены.
Сердце пустилось вскачь. Я уже бывала на трибунах и тогда подумала, что на них могут разместиться несколько тысяч зрителей. Но сейчас казалось, что их десятки тысяч! И все увидят мой провал, если что-то пойдет не так.
Я ославлюсь на весь мир…
— Мяу! — сердито хлестнул меня хвостом Дымок.
Мой крылокот был твердо настроен победить. За паштет — вообще что угодно! Особенно если его удастся съесть в укромном уголке в одиночестве и не придется делить с двумя здоровыми львами Рэйла.
Я улыбнулась. Сердце сбавило бешеный темп.
Правильно говорил Рэйл. Кое в чем мне стоило поучиться у своего питомца.
— Мы победим, — уверенно ответила я Дымку и под восторженный рев зрителей вышла на арену.