Страница 25 из 73
Каллис, держа руки в карманах, вышел вперед и встал передо мной. Круглощекий веснушчатый Лейст держался позади него, как бы признавая его первенство.
Лейст был низковат для юноши, нескладен и казался совершенно непримечательным, однако, учась с ним на курсе, я прекрасно знала, что его не стоит недооценивать. Он не зря стал моей заменой в турнирной команде. При желании Лейст мог двигаться стремительно и почти незаметно и соображал, когда стоит вести себя тихо, прикрывшись кем-нибудь другим, чтобы в суматохе никто не обратил внимания на его действия.
Вряд ли следовало удивляться, что третий в этой компании — двоюродный брат Лейста, пятикурсник, чье имя начисто выпало из моей памяти. Видимо, он представлял собой серую посредственность, и этим заодно объяснялось то, что без пяти минут выпускник стоял на стреме у второкурсников. Каллис был хорош, но не настолько.
— В этом вся ты, — констатировал Каллис. — Даже в такой ситуации наглая хамка.
Я напряглась и сместилась немного в сторону, стараясь следить за всеми тремя противниками одновременно. Хотя толку-то… Пусть в сдаче нормативов по физподготовке я мало отставала от парней, в драке мне даже с Лейстом, самым мелким и тощим, придется тяжело, а уж всех разом никак не победить.
Наконец пришедшее осознание обдало меня холодом.
Их трое. Я одна. За ревом ламассу, лаем церберов в псарне и постоянным гомонов животных в загонах не будет слышно ни единого моего вопля.
Никто не придет мне на помощь. Единственный человек, который знает, где я, это Венна, которая меня же сюда и заманила. И Дымок где-то там, в запертой на ночь клетке. Даже если докричусь до него, он не сможет никого ко мне привести.
— Чего тебе надо? — грубо спросила я Каллиса, стараясь медленно, аккуратно придвинуться к пятикурснику.
Проход в закуток был узким, но великовозрастный прихвостень Каллиса оказался достаточно худым и полностью его не перегораживал. Если я резко дам деру, то, может, и получится проскочить. Других выходов отсюда нет, по крайней мере для меня. Стены псарни и загонов с двух сторон слишком высоки. С третьей стороны забор, за которым находилась площадка для выгула церберов. Кто-нибудь повыше, может, и перепрыгнул бы его, но точно не я со своим коротышечным росточком. А даже если через преграду и перемахнуть, там все равно будет ждать целая свора псов, совсем не обрадованных гостями.
В плечо меня неожиданно толкнул невидимый кулак, да с такой силой, что я покачнулась и чуть не упала.
— Стой на месте, проныра мелкая, — мрачно сказал пятикурсник и отошел на несколько шагов назад, опасливо оглядев окрестности. Похоже, к закутку никто не приближался, однако парень все равно нервно бросил: — Давай живее делай с девкой свои дела, Каллис. Мне ну очень неохота прямо перед выпуском попасться на чем-то подобном.
Нолд, вот как его зовут! Воспоминание вспыхнуло неожиданно. Это он маг-воздушник, который писал мне гадости в загоне и который ездит на пегасе. А ведь заклинатели, владеющие двумя видами магии, на хорошем счету у преподавателей. Насколько же нужно опуститься, чтобы попасть в зависимость от кого-то вроде Каллиса!
— Ты сам в это с радостью влез, так что не понукай меня теперь, — легкомысленно отмахнулся он от Нолда, даже не повернувшись в его сторону. — Что-то ты какая-то дерганая, Люч. Куда же делся весь твой обычный гонор?
— Хотел меня уесть? Уел, поздравляю, — мрачно ответила я. — Мои поджилки трясутся, а сама я до полусмерти перепугана. Несложно, впрочем, напугать слабую девушку, которая габаритами раза в два тебя меньше, навалившись на нее втроем. Вы, ребят, прямо настоящие герои.
Каллис тихо рассмеялся, нисколько не оскорбившись — он наверняка и так прекрасно осознавал всю низость своего поступка. А вот Лейст ощерился, и я опять мысленно прокляла себя за несдержанность.
Ты и так в заведомо проигрышной позиции, идиотка! На кой тебе надо еще больше провоцировать тех, кто уже показал себя первосортными ублюдками? Живой отсюда выбраться не хочешь? С этих паршивцев ведь станется придушить меня и бросить тело в клетку к ламассу. Дескать, я сама туда пробралась, переоценив свои способности по укрощению бешеного зверя, и тот меня порвал на куски.
Травмы у студентов случались постоянно, да и смертельные несчастные случаи иногда бывали. Никто не станет разбираться, сама я нарушила правила безопасности или мне «помогли».
— Вот это Лючия Илендаль, которую я знаю, — одобрительно произнес Каллис. — Настолько глупа и смела одновременно, что не видит опасности прямо у себя под носом. Приятно будет на практике объяснить тебе, что некоторым людям хамить не стоит, и пристроить твой язычок к делу.
— Чур я сзади, — сказал Лейст, сжигая меня темными злыми глазами. — До смерти достало постоянно видеть впереди эту хорошенькую задницу, которая раз за разом меня нечестно обходит. Пару раз бы ей… показал, как это бывает, когда обгоняешь не того.
Во рту пересохло, в животе от страха узлом начали стягиваться внутренности. Я невольно отступила на шаг назад и уперлась лопатками в стену псарни.
Господь Всемогущий! Да они хуже скотов.
От моей жилетки внезапно отлетела верхняя пуговица, заставив меня вздрогнуть. Затем вторая, третья…
Нолд скалился, едва заметно шевеля ладонью. После каждого движения я лишалась новой пуговицы.
— Если дойдет до сладкого, не ждите, что я буду просто стоять и смотреть, — предупредил он товарищей.
— Не волнуйся, мы последим за обстановкой, пока ты не наверстаешь, — пообещал ему Каллис и опять мне улыбнулся. Такой улыбкой, от которой накатывала тошнота. — Ну что, Люч, у тебя есть возможность избежать самого неприятного для тебя исхода.
— Какая?
Мне ужасно хотелось, чтобы это прозвучало уверенно и бесстрашно. Увы, из горла вышел слабый, позорный писк, который выдал все мои истинные эмоции.
Ублюдки переглянулись и заусмехались.
— Ответь всего на один вопрос, — пояснил Каллис. — И сделай это честно, тогда мы тебя отпустим. Как ты подкупила Тэриаса?
— Ч-что?
Придурки в самом деле верят, что я ему заплатила за клятые истязания⁈
От клетки с ламмасу раздался низкий рев, сразу следом за ним — жуткий лязг, который может породить только мощный удар тяжелых рогов о металл. Бык-химера вновь начал яриться. Церберы залаяли ему в ответ.