Страница 52 из 65
В то последнее утро я тихонько кралась через гостиную, когда обнаружила сидящую там Элис. Было около половины восьмого. Над долиной занимался рассвет. Она, казалось, нисколько не удивилась, увидев меня. И прямо спросила: «Как хорошо ты знаешь моего мужа, Мойя?»
Я была ошеломлена. С чего это вдруг? Ей вчера кто-то звонил? Во всем признался? Неужели Оливер бросит ее? Я должна сыграть тут очень осторожно.
— Господи, Элис, о чем ты говоришь? Ты не переборщила с вином?
Она как-то странно посмотрела на меня. Прямо-таки уставилась.
— Ты думаешь, он честный человек?
— Бога ради, Элис, думаю, тебе нужно хорошенько выспаться! – весело сказала я, стараясь скрыть нервозность в голосе. И как мне всё это понимать? Если она узнает о нашем романе, это хорошо или плохо? Она его оставит? Может, признаться? Но теперь, когда я встретила Хавьера, не изменились ли мои чувства к Оливеру?
Элис встала и, не оглядываясь на меня, молча ушла в свою комнату и плотно прикрыла за собой дверь. Я влетела себе в комнату и сразу же позвонила Оливеру. Он был вялым и крайне раздраженным, когда я настойчивым шепотом пересказывала, что сказала Элис.
— Не будь дурой, Мойя. Она может знать только то, что разболтала ей ты. Я всегда был осторожен. Чего такого, бога ради, ты ей наговорила?
Конечно, я настаивала, что я ни при чем, но Оливер был в ярости.
— Не хочу ничего слышать! Я пишу. И не могу отвлекаться. Не звони мне больше.
И я больше не звонила Оливеру. В тот день, до определенного момента, я вела себя как обычно. Элис была очень тихой. Мы с Хавьером провели утро вместе, в прощальной близости. Я расплакалась при мысли, что больше не увижу его. Его глаза потемнели от печали.
Мы с Элис отправились в аэропорт и провели два неловких часа в зале вылета. Я покручивала всё в голове. Что ей известно? И как она узнала об этом здесь? А может, она знала всегда? Стоит ли Оливер того? Чего я на самом деле хочу? И, о да, изменится ли выражение лица Кона, когда ему сообщат? Когда посадка была объявлена, я уже знала, что впереди меня ждет жизнь, полная неудовлетворенности, разочарования и скуки.
В аэропорту поднялась чудовищная суматоха, когда я заявила о своем нежелании садиться в самолет. Чтобы найти и отдать мне багаж, пришлось выгрузить все сумки, и рейс был отложен. Я обняла Элис и извинилась. Не стала говорить за что, но сделала это искренне. Она могла сама догадаться, что к чему.
Хавьер как раз собирался уезжать, когда я вернулась в школу. Он просиял от уха до уха.
— Ma fille (девочка моя), – только и сказал он.
Всё сложилось наилучшим для меня образом. Наша жизнь будет в корне отличаться от той, которую, как мне казалось, я хотела для себя раньше. Мы с Хавьером собираемся открыть маленькое речное бистро. Он в основном займется стряпней, а я – интерьером и, возможно, кабаре, в зависимости от клиентуры. Мы надеемся заработать достаточно денег летом, чтобы комфортно жить на небольшой вилле в течение коротких зимних месяцев. Дети были обижены и в ярости, но, думаю, скоро простят меня. Кейт со своим парнем приедут в гости на следующие выходные, они увидят, как я счастлива, и поймут. В финансовом отношении Кон оказался просто милашкой. Кейт говорит, что он, кажется, почувствовал облегчение оттого, можно ходить по дому в халате.
Как это ужасно – то, что Оливер сделал с Элис. Мне казалось, я знаю его. Оказывается, я звонила ему в ту самую ночь, когда он ее избивал. Просто шок.
Знаю, что была несправедлива к Элис. Жизнь вообще была несправедлива к ней. Но в основном к Элис был несправедлив Оливер. До сих пор немногие знавшие о нашем романе держали рот на замке, но через месяц судебный процесс, и тогда копание в грязном белье начнется всерьез. Теперь у меня новая жизнь, и менее всего мне нужно, чтобы подробности моего с Оливером прошлого поставили под угрозу мое будущее с Хавьером.
Я смогла бы разбогатеть, если бы продала эту историю, но я этого не сделаю. Из уважения к бедной Элис.