Страница 99 из 124
История, приключившаяся в Остенде, была тщательно скрыта и предана забвению – так, будто ничего и не произошло. Она хранилась как постыдный секрет лишь в сердцах тех, кто стал свидетелем событий. Принц Евгений выздоровел. Во всяком случае, он пошел на поправку и был перевезен в Лондон, где вновь взял в руки прежде выроненную нить монаршей жизни. Дама в красной шляпке, неподкупная и дикая мисс Спенсер, гениальный негодяй Жюль, темный сырой погреб, жуткая тесная спальня.. со всем этим было покончено. Благодаря стараниям принца Ариберта и Рэксолов Евгений выбрался из передряги и вновь приступил к своим публичным и официальным обязанностям. Императора уведомили о благополучном прибытии принца Евгения в Лондон после неизбежной задержки в Остенде; имя принца вновь замелькало на страницах газет в хрониках придворных новостей. Одним словом, неприятности удалось уладить. И все-таки.. Жюль, Рокко и мисс Спенсер по-прежнему оставались на свободе; тело Реджинальда Диммока было похоронено в семейной усыпальнице во дворце в Познани; а принцу Евгению еще предстоял разговор с мистером Сэмпсоном Леви.
Все эти непростые вопросы лежали на плечах принца Евгения тяжким бременем. Казалось, он замкнулся в себе. Несмотря на необычайные испытания, через которые недавно прошел молодой человек, и события, которые требовали объяснений и доверительной беседы между племянником и дядей, он едва ли обмолвился словом с принцем Арибертом. От всяких намеков на бельгийские события Евгений с большей или меньшей ловкостью уклонялся, и для принца Ариберта план Жюля оставался не меньшей загадкой, чем в ту ночь, когда они с мистером Рэксолом ступили в игорные залы Остенде. Евгений отлично знал, что его похитили при помощи дамы в красной шляпке, но, без сомнений, стыдясь, что стал жертвой обмана, не желал прояснения этого дела.
— Ты хочешь принимать финансиста здесь, Евгений? – поинтересовался принц Ариберт.
— Да, – раздраженно ответил племянник. – Почему нет? Пусть у меня здесь нет привычной свиты, однако я не вижу причины не дать ему аудиенцию, как подобает.. Ганс, можешь идти.
Старый слуга тотчас удалился.
— Ариберт, – продолжил владетельный герцог, оставшись наедине с дядей. – Ты полагаешь, я тронулся умом.
— Мой дорогой Евгений, – невольно вздрогнув, заговорил принц Ариберт. – Что за глупости.
— Говорю тебе, ты полагаешь, будто тронулся умом. Будто нервная горячка оставила на мне неизгладимый след. Что ж, быть может, я и тронулся умом. Кто знает? Бог свидетель, в последнее время мне столько пришлось испытать – немудрено и тронуться умом.
Ариберт молчал. У него действительно мелькнула мысль, что рассудок Евгения еще не до конца окреп после тяжелой болезни. Однако речь племянника немедленно уверила его в здравости ума последнего. Принц Ариберт считал, что если ему удастся вновь обрести доверие племянника, то братское доверие, которое существовало между ними с детских лет, все еще может быть хорошо. Впрочем, теперь, похоже, принц Евгений никому не доверял. Хотя он выбрался из долины смертной тени, ему еще не доставало сил развеять мрачное облако.
— Кстати, – неожиданно сказал Евгений, – я должен вознаградить этих Рэксолов. Я им в самом деле благодарен. Если я подарю девушке браслет, а отцу тысячу гиней, будет ли этого довольно?
— Мой дорогой Евгений! – ошеломленно воскликнул принц Ариберт. – Тысяча гиней! Известно ли тебе, что Теодор Рэксол может купить всю Познань целиком и при этом не обеднеет? Тысяча гиней! С тем же успехом ты мог бы предложить ему монету в шесть пенсов!
— Тогда что мне ему подарить?
— Ничего, кроме твоей благодарности. Иначе ты его обидишь. Это не просто хозяева отеля!
— Разве я не могу преподнести юной девушке браслет? – мрачно засмеялся принц Евгений.
— Нет, – ответил Ариберт, строго глядя на племянника.
— А почему ты ее поцеловал в ту ночь? – невзначай спросил Евгений.
— Кого? – спросил Ариберт, вспыхнув и разозлившись, несмотря на все усилия сохранить самообладание.
— Дочку Рэксола.
— Когда?
— Той ночью в Остенде, когда я болел. Вы думали, я бредил. Может, и так. Но я почему-то помню тот поцелуй с необычайной ясностью. Помню, я приподнял голову на мгновение, и именно тогда ты ее поцеловал. Ох, дядя Ариберт!
— Евгений, послушай, ради бога! Я люблю Неллу Рэксол. И женюсь на ней.
— Ты? – произнес Евгений.
Он долго молчал, а потом расхохотался.
— Поначалу все так говорят, – продолжил племянник. – Я тоже так говорил, дорогой дядюшка. Красивые слова.. Они ничего не значат.
— В моем случае значат очень много, – тихо промолвил Ариберт.
Твердая решимость в голосе дяди заставила племянника задуматься.
— Ты не можешь на ней жениться, – серьезно проговорил Евгений. – Император не даст разрешение на морганатический брак.
— Император тут ни при чем. Я отрекусь от моих прав и стану простым гражданином.
— И в таком случае лишишься состояния.
— Но у моей жены оно будет. Зная о жертвах, на которые мне придется пойти, чтобы жениться на ней, она не раздумывая отдаст свое состояние в мои руки, чтобы мы вдвоем могли бы им пользоваться, – натянуто произнес Ариберт.
— Ты положительно будешь богат, – медленно проговорил Евгений, размышляя о богатстве Теодора Рэксола. – А думал ли ты.. – Глаза юноши вдруг запылали безумным огнем. – Думал ли ты, что я не женат и в любой момент могу умереть, и тогда трон перейдет к тебе, Ариберт?
— Трон никогда не перейдет ко мне, Евгений, – мягко возразил Ариберт. – Ведь ты будешь жить. Ты уже почти здоров. Тебе нечего бояться.
— Я боюсь следующих семи дней, – признался Евгений.
— Следующих семи дней? Но почему?
— Не знаю. Но я боюсь. Если я их переживу..
— Мистер Сэмпсон Леви, – громко объявил Ганс.