Игрушка жестокого шейха

Глава 50

– Черт, – шипит мужик, который провожал меня до машины.

Заталкивает меня, а потом хватает девушку и, закрыв ей рот рукой, тащит ее ко мне. Она пытается вырваться и отбиваться, но по сравнению с ним она крохотная, так что мужику не составляет труда затолкать ее в микроавтобус.

Дверь закрывается, и машина срывается с места. Но в этот момент из одного из шатров выходит мужчина. Он покачивается и держится за голову. Но, заметив микроавтобус, что-то выкрикивает и достает из кобуры пистолет.

Я вскрикиваю, когда он начинает стрелять в нашу сторону.

Мужчины хватают нас с этой Аишей, как я ее мысленно называю, и валят на пол. Что-то кричат водителю. Я беру девушку за руку и крепко сжимаю. Она подвывает от страха и второй рукой закрывает голову.

Вот о чем говорила Фарида. Никого с собой не тянуть. Вести себя тихо.

Чертова девка! Могла бы молча сесть в машину.

Я тоже дура. Нужна была она мне?

Но нет. Я решила, если это сестра шейха, я непременно должна спасти ее. Идиотка. Теперь мы обе можем погибнуть.

– Они стреляют! – выкрикивает один из мужиков, которые нас похитили. – Быстрее!

Машина ускоряется, но вряд ли она может мчать по пустыне так же быстро, как джип.

Я никак не могу понять. Если нас должен забрать Абид, то почему мы убегаем от тех, кто держал меня в плену? Они же сами, по идее, должны были передать меня Абиду. Что вообще, черт подери, происходит?!

Машина мчит по барханам. Меня так подбрасывает, что вышибает воздух из легких. Мы с Аишей вскрикиваем и ахаем, когда трясет особенно сильно.

А потом я чувствую, что мы выезжаем на ровную дорогу, и водитель прибавляет скорость.

Я молюсь, чтобы мы выжили. И не попали в руки к уроду, который наверняка не упустит возможности порезать меня на ленты только за то, что я, сама того не желая, каким-то образом перешла ему дорогу.

– Тормози! – кричит один из мужчин, и машина резко останавливается.

Нас с девушкой отшвыривает сначала вперед, потом – назад.

– Ох, – вырывается из меня.

Мужчины начинают метаться по машине и кричать. А потом распахивают дверцу и… просто выбегают из тачки.

Мы с сестрой Сауда поднимаем головы и видим, как в нашу сторону несутся три джипа.

– Черт, надо выбираться, – произношу я и, вскочив на четвереньки, тяну за руку Аишу. Она упирается и качает головой, испуганно глядя на приближающиеся машины. – Давай! – кричу на русском. – Бегом! Они убьют нас! Нам надо спасаться.

Пока она растерянно хлопает глазами, я вытаскиваю ее из микроавтобуса и тяну прочь от него в сторону огромного бархана. Джипы проезжают мимо и несутся в ту сторону, где скрылись мужчины.

Мы ныряем за большой бархан и бежим по нему, сами не понимая куда. Может, нам удастся скрыться? Сейчас ночь, так что шансы выше. Да и холодно в пустыне, а, значит, продержимся мы дольше.

Понимать бы еще куда идти…

Мы бежим, пока хватает сил. В конце концов сестра Сауда хватает меня за руку и тормозит. Оседает на песок.

– Не могу, – произносит, задыхаясь. – Нет сил.

– Давай хотя бы спрячемся, – произношу я.

– Где? Здесь повсюду пустыня.

– Пойдем. Ну давай же, еще немного. Три минутки. Спрячемся вон за тем барханом.

Она поднимается и, еле переставляя ноги, тащится за мной.

Я вижу, что она обессилена. Мне тоже чертовски тяжело. Но останавливаться нельзя. Не сейчас, пока эти подонки неподалеку. То расстояние, которое мы преодолели за последние полчаса, джип проедет за пять минут. Так что… шансы выжить невелики.

Мы перемещаемся за гребень высокого бархана и оседаем на песок. Дышим, пытаясь прийти в себя. Все мое тело колотит дрожь от страха и усталости. Зато тумана в голове как не бывало.

– Я не понимаю, куда нам идти, – произношу, окидывая взглядом погруженные во мрак барханы. Свет луны очерчивает их силуэт, но этого мало, чтобы понимать, в каком направлении двигаться.

– Ш-ш-ш, – произносит моя подруга по несчастью. – Помолчи. Давай послушаем. Пустыня сама все скажет.

– Она просто шуршит песком и все, – кривлюсь я от наивности этой девушки.

– Молчи, – вдруг строго произносит она, и я от неожиданности даже дышать начинаю тише. – Слышишь? – шепчет. – Она говорит.

Я практически задерживаю дыхание, чтобы услышать то, что слышит она. Но… до меня долетает лишь шуршание песка, песнь пустыни и отдаленный вой какого-то животного. Все. Никаких особенных звуков нет.

И уж точно пустыня не говорит: “Встаньте, идите триста метров налево, там сверните вправо, и по диагонали двигайтесь прямо до дома шейха Сауда”. Это ж не навигатор. Нет, пустыня точно не подскажет, куда нам идти.

– Остаемся на месте, – говорит моя подруга по несчастью.

Я хмыкаю.

– Потому что пустыня молчит?

– Она никогда не молчит.

– В смысле, она не говорит куда идти.

– Она говорит оставаться.

– Потому что наши дни сочтены, – отзываюсь со вздохом и ложусь на спину. – Знаешь, а я полюбила шейха. Ненавидела его в самом начале. Даже убить хотела. А потом вдруг щелк – и я уже влюблена по уши.

– Расскажи мне о нем, – говорит Аиша и тоже ложится рядом.

– Он сильный, – с улыбкой произношу я. Потресканные губы печет, и я облизываю их, хоть язык практически такой же сухой, как и губы. – Могущественный. Мужественный. Жестокий. Очень жестокий. Но… бывает невероятно нежным и заботливым. Рядом с ним я как будто заново открываю этот мир. А еще он, как и ты, говорит, что пустыня разговаривает с ним.

– Потому что это правда, – отзывается моя компаньонка. – Она говорит. Но не все могут ее услы…

Она прерывается, и я слышу какой-то клекот слева.

Резко поворачиваю голову и вскакиваю.

Девушку трясет крупной дрожью. Сначала она закашливается, издает булькающие звуки, а потом у нее изо рта начинает идти пена.