Игрушка жестокого шейха

Глава 19

– Подойди ко мне, Кариба, – командует жена шейха.

Фаворитка задирает голову и гордо шествует к Фариде. Девушки вокруг замолкли и наблюдают за происходящим. Чем ближе Кариба к госпоже, тем сильнее я вибрирую от страха. Трясусь так сильно, что приходится сжать пальцы в кулаки, чтобы никому не показать ужаса, который испытываю.

Кариба становится рядом с Фаридой и окидывает всех победным взглядом.

Я сглатываю, когда он останавливается на мне. Она как будто говорит: “Вот и пришел твой час, Маша. Сейчас тебя здесь убьют. Не умерла на арене в зубах диких животных? Значит, умрешь сейчас”.

Чувствую, как от лица отливает кровь. Сглатываю, глядя на фаворитку.

– Ты напала на собственность господина, – произносит Фарида, тоже глядя на меня. Я качаю головой. Разве он не рассказал жене как все было? – Каждая из вас является его собственностью. И только господин может принимать решение, жить вам или умирать. А ту, которая поднимает руку на принадлежащее господину, должна быть наказана. Я права?

– Конечно, госпожа, – громче всех заявляет Кариба под вялые “да” со всех сторон. – Эта нахалка должна быть наказана!

– Схватить ее, – отдает приказ Фарида.

Мой взгляд мечется в поисках людей, которые должны выполнить ее указание, но потом я замираю. К Карибе подбегают две служанки в серых одеждах и хватают за руки.

– Эй! Не меня! Ее! – кричит она, кивая в мою сторону.

Но девушки уже бьют ее ногами по икрам, и Кариба падает на колени. Руки заводят за спину и проворно связывают веревкой.

– Госпожа! Это же ее должны были схватить! – кричит Кариба, а ее подружки пятятся назад, с ужасом глядя на происходящее.

Я же замерла и не дышу. Не знаю, как вести себя.

– Подойди, – говорит Фарида, глядя прямо мне в глаза.

Сглотнув, медленно переставляю ноги. Они как будто налились свинцом и не желают двигаться. Но мне приходится буквально дотащить себя до Фариды. Останавливаюсь в полуметре от нее и сжимаю пальцами ткань платья. Жена шейха окидывает меня взглядом с головы до пят. Нечитаемым взглядом, от которого по коже бегут мурашки.

– Кариба напала на тебя, – произносит с утверждением.

– Да, госпожа, – отвечаю тихо с кивком.

– Поранила тебя и напугала, – продолжает, а я молча киваю. – У нас здесь есть правило. Пострадавшая выбирает меру наказания для обидчицы. Если ты перегнешь палку или выберешь слишком слабое, я скорректирую наказание.

– А это… обязательно? Может, кто-то другой выберет?

Она медленно качает головой, не сводя с меня взгляда.

– Это должна быть ты. Если ты отказываешься, тогда я придумаю наказание.

– Лучше вы, госпожа.

– Для обеих, – добавляет она. – Тогда вы обе будете наказаны одинаково. Она – за свой проступок. Ты – за то, что отказалась наказать ее. Каждое действие имеет последствия. Так что? Ты выберешь ей наказание? Или сама хочешь пострадать вместе с ней?

Прикусив нижнюю губу, сжимаю зубы так, что практически прокусываю нежную кожу. Меня ставят в такое положение, при котором сухой из воды не выйти.

– Выбирай, – давит Фарида. – У тебя пять секунд. Время пошло.

Перевожу взгляд на Карибу. Она подняла голову и смотрит на меня с мольбой в глазах, наполненных слезами.

Я бы хотела злиться настолько, чтобы приказать забить ее палками. Но нет. Пусть и не понимаю ее поступков, это не значит, что я желаю ее смерти или страданий.

Стиснув зубы, обвожу взглядом толпу девушек. Все красавицы. Как на подбор. Хотя почему “как”? Наверняка их отбирали специально для развлечения пресытившегося шейха, а потом девственницами одну за другой подавали в постель.

Неудивительно, что мне предоставили выбор наказания для Карибы. Даже если я велю ее убить, они могут с легкостью выполнить такой приказ. Никто здесь не дорожит девушками. Всем наплевать, умрет Кариба или нет. Завтра ее заменит новая наложница.

– Время истекло, – говорит Фарида.

– Ее можно выпороть, – произношу первое, что приходит в голову.

– Точнее, – настаивает Фарида. Садистка гребаная! – Плеткой? Ремнем? Кнутом?

– Ру… рукой, – запинаясь, произношу я, а жена шейха громко смеется.

– Рукой? Девочка, я прощу тебе твое невежество, потому что ты только появилась в гареме. По сравнению с нанесенной тебе травмой и угрозой твоей жизни, это наказание слишком слабое. Выпороть, значит, – произносит задумчиво и, обойдя меня, становится за спиной. Я замираю, чувствуя пряный, глубокий аромат ее парфюма. – Кнутом, – говорит так, что волоски на теле встают дыбом. – Пять ударов кнутом. Не много, правда, Мария? – спрашивает, а я киваю. – Что ж, – слышу довольный голос. – Пять ударов кнутом, девочки! – объявляет она. – Присаживайтесь.

Отойдя от меня, Фарида царским жестом приглашает девушек занять места на подушках. Кто-то хватает меня и тянет в ту же сторону. Я цепляю растерянным взглядом Батул.

– Пошевеливайся, – бурчит она.

Толкает меня, и я приземляюсь на большую подушку, как и остальные девушки. В центр зала выносят какую-то странную конструкцию, похожую на гильотину, только без лезвия. Поднимают Карибу и развязывают ей руки.

– Нет! Госпожа! Так нечестно! Это она на меня напала! Я отбивалась, вот она и порезалась! Девочки подтвердят! Это дикая новенькая сделала!

Потом она что-то еще кричит на арабском, и я не могу разобрать ни слова.

Фарида командует, и тогда руки и голову Карибы засовывают в отверстия. Опускают верхнюю половину, и девушка оказывается в ловушке этой гильотины.

– Подайте мне ее кинжал, – командует Фарида и изящным жестом выставляет руку в сторону.

Ей на ладонь тут же кладут тот самый кинжал, с которым на меня напала Кариба. Госпожа подходит к ней и просовывает лезвие под роскошное платье. А потом… просто распарывает ткань до пояса, оголяя спину девушки.

Внутренности скручивает и стягивает ледяными щупальцами, когда я вижу, как Кариба бьется в гильотине, а Фарида царственным жестом возвращает ее кинжал служанке.

– Приступайте, – командует хозяйка этого дома, и одна из служанок замахивается.

Кнут разрезает пространство и еще до того, как я успеваю что-то сообразить, раздается громкий щелчок. Кожа Карибы лопается, и изо рта наложницы вырывается просто нечеловеческий вой.

Я зажимаю рукой рот и в ужасе смотрю на происходящее.

Да, Кариба напала на меня. Возможно, пыталась убить. Хотя вряд ли, иначе она сделала бы это во сне. Хотела просто испугать. Пусть бы ее наказали так же. Просто запугали наказанием, но ничего плохого не сделали.