Страница 67 из 85
После этих слов тот самый парень, задавший такой наивный вопрос, поспешно замолчал. Максим же, спокойно стоявший рядом, слегка усмехнулся. С этим утверждением он был полностью согласен. В подобных местах выживает не самый сильный. И даже не самый талантливый. А тот, кто умеет вовремя заметить опасность и принять правильное решение. Именно поэтому он не вмешивался в происходящее. Пусть девушка считает, что руководит отрядом. Пусть строит планы. Пусть распределяет маршруты. Его это вполне устраивало. Потому что, пока остальные опирались на чужие записи, слухи и многолетний опыт предшественников, у него было нечто куда более ценное. Собственное восприятие. Энергия Инь. И способность видеть то, что оставалось скрытым для большинства культиваторов. А значит, если этот древний мир действительно скрывал тайны, способные изменить судьбу, у него были все шансы найти их первым.
Последние наставления старейшины были короткими, но настолько насыщенными скрытым смыслом, что даже самые самоуверенные участники экспедиции невольно прониклись серьёзностью момента. Старик всё ещё стоял у трапа Костяной Ладьи, опираясь на свой узкий жезл из тёмного дерева, и его спокойный голос отчётливо разносился по всей площади.
— Запомните главное… — произнёс он, обводя взглядом собравшихся. — Этот мир не похож ни на что из того, что вы видели раньше.
Он поднял руку и указал вдаль, туда, где за пределами площади начиналось безумное переплетение руин, лесов и парящих скал.
— Здесь нельзя доверять глазам. Нельзя доверять слуху. Нельзя доверять даже собственному восприятию.— Слова старика повисли в воздухе тяжёлым предупреждением.— Если вам кажется, что перед вами безопасная дорога, это может быть пасть древнего существа. Если вы видите цветок, он может оказаться хищником. Если слышите голос, зовущий на помощь, в девяти случаях из десяти это ловушка.
Он сделал короткую паузу.
— И ещё. Если почувствуете, что не понимаете происходящего — немедленно отступайте. — Старик обвёл взглядом молодых кандидатов в наставники. — Экзамен не требует героизма. Он требует здравого смысла.
После этих слов он активировал небольшую печать, и в воздухе перед каждой группой вспыхнул светящийся символ. Это были временные знаки связи. С их помощью можно было определить, живы ли остальные участники. Однако полноценной помощи они не гарантировали. Если кто-то попадёт в серьёзную беду, спасать его, скорее всего, будет уже поздно.
Вскоре общий отряд начал разделяться. Один за другим кандидаты в наставники собирали вокруг себя своих учеников. Проверяли снаряжение. Сверялись с картами. Уточняли маршрут. Некоторые старались выглядеть уверенно. Другие не скрывали волнения. Но все прекрасно понимали, что от успеха этого похода зависело их будущее.
Внучка Великого старейшины коротко сверилась со свитком и решительно указала направление.
— Мы идём к Лесу Стальных Корней, а затем проверим руины возле Серого Ущелья.
Её голос звучал спокойно и твёрдо. Стоящие рядом с ней старшие ученики тут же закивали. Никто не осмелился спорить. Максим лишь молча поправил за спиной своё оружие и двинулся следом. Они покинули Площадь Безмолвного Соглашения и вышли на древнюю дорогу, которая когда-то, вероятно, была частью величественного города. Под ногами лежали идеально подогнанные плиты из чёрного камня. Несмотря на бесчисленные эпохи, они всё ещё сохраняли прочность. На поверхности местами мерцали остатки древних рун.
Но чем дальше группа отходила от площади, тем сильнее проявлялись следы разрушения. Сначала на дороге появились трещины. Затем между плитами пробилась серебристая трава. Позже целые участки были перекрыты корнями гигантских деревьев. А ещё через некоторое время сама дорога начала просто исчезать. Плиты обрывались. Растворялись в скалах. Уходили под слои земли. И вскоре от некогда величественного тракта остались лишь отдельные фрагменты. Словно обрывочные воспоминания о цивилизации, давно стёртой временем.
Окружающий мир поражал своей противоестественностью. Слева возвышались руины древнего города. Там виднелись высокие башни без крыш. Полуразрушенные арки. Колоннады, увитые чёрным мхом. Некоторые здания были расколоты надвое, словно по ним ударило гигантское лезвие. Но уже через несколько шагов прямо сквозь эти руины начинался густой лес. Стволы деревьев пробивали каменные стены. Корни раскалывали фундаменты. А некоторые ветви были настолько металлическими, что поблёскивали в тусклом свете. Чуть дальше скальные выступы неожиданно вырастали прямо из разрушенных дворцов. Казалось, сама земля смешала воедино город, лес и горы, перестав различать, где заканчивается одно и начинается другое.
В воздухе стоял странный запах. Сырость древних подземелий. Пыль разрушенных построек. Тонкий металлический привкус энергии. И едва уловимый аромат неизвестных растений. Иногда ветер приносил резкие порывы холодного воздуха, от которых по коже пробегали мурашки. А иногда, наоборот, пространство становилось неподвижным и тяжёлым, словно мир замирал в ожидании чего-то.
Звуки здесь были не менее тревожными. Где-то вдалеке раздавался сухой скрежет. Будто достаточно большой камень тёрся о такой же камень. Из глубины леса доносились шорохи. Слишком размеренные, чтобы принадлежать обычным животным. Иногда слышались приглушённые хрипы. Иногда — протяжные стоны, похожие то ли на ветер, проходящий сквозь разрушенные здания, то ли на чьи-то страдания.
Один из старших учеников нервно сжал рукоять меча.
— Это… местные твари?
Внучка Великого старейшины даже не замедлила своего твёрдого шага.
— Иногда.
После короткой паузы она добавила:
— А иногда лучше не знать, что именно издаёт такие звуки.
Этого оказалось достаточно, чтобы парень больше не задавал вопросов. Максим шёл молча. Внешне он казался спокойным. Но его восприятие уже давно работало на пределе. Тонкие нити его силы незаметно расходились во все стороны. Формируя знакомую трёхмерную картину окружающего пространства. Он отмечал каждое движение. Каждую аномалию. Каждый нестабильный участок. Несколько раз его внимание цеплялось за странные энергетические отпечатки. Где-то под завалами древних стен. Где-то в глубине леса. Где-то под самой дорогой. Некоторые источники казались спящими. Другие — давно мёртвыми. Но были и такие, что излучали едва уловимую, настораживающую активность.