Пепел Элларии

Тёмная корка начала расходиться. Сначала появилась тонкая, как волосок, трещина, из которой вырвался сухой, затхлый воздух иных миров. Затем раздался надрывный треск. Иссушённая плоть на голове и груди разошлась в стороны, обнажая то, что скрывалось под ней десятилетиями.

В самой глубине этого кошмарного кокона я увидела мужскую фигуру.

Виолетта болезненно вдохнула, и этот звук эхом ударился о высокий потолок тронного зала.

— Нет...

Она сделала нетвердый шаг ближе, не в силах оторвать взгляда от открывшейся картины.

Он был неподвижен, застыв в позе вечного ожидания. Его тело было полностью погружено в органическую структуру, как в защитную колыбель. Чужая плоть окружала его со всех сторон, врастая в него и одновременно оберегая от внешнего мира живой темницей.

Черты лица мужчины были резкими, суровыми и строгими. Ему было на вид чуть больше тридцати — он выглядел старше Виолетты, хотя, по её рассказам, должен был быть почти её ровесником. Лицо казалось опалённым дыханием Бездны, но в нём всё ещё безошибочно можно было узнать человека. Измученного, бесконечно уставшего, но человека.

Виолетта судорожно закрыла рот рукой, подавляя рыдание. Крупные слёзы начали тихо стекать по её бледным щекам, оставляя влажные дорожки.

— Это он... Боги, это действительно он... Она жрёт его...

Я подошла ещё ближе, касаясь края вскрытой оболочки пальцами. Теперь, когда преграда была разрушена, я улавливала его нутро гораздо яснее, без искажений. Душа Ноа действительно была там, пульсируя в ритме угасающего костра. Стойкая, спокойная, одна лишь аура от неё внушала волю к жизни... И звала меня, как нечто родное. Моя собственная магия не просто отозвалась — она потянулась к нему, как потерянная частица к целому. Это пугало. Я никогда не видела этого человека, но моё нутро узнавало его вибрации лучше, чем почерк в старых книгах.

Ощутилось и другое: его душа запуталась в колоссальной силе. Эта древняя, пропитанная чужим сознанием магия удерживала его.

— Он точно жив, — тихо произнесла я, боясь спугнуть мгновение. — И это... «Древо» тоже.

Каин шумно выдохнул, убирая лезвие. На его лбу проступили капли пота от предельного напряжения.

— Похоже на то.

Жнец долго вглядывался в лицо Ноа, сканируя каждую деталь в поисках скрытой угрозы.

— Только вопрос в том... — сказал Каин с привычной настороженностью. Меня пронзило его неприкрытое сомнение. — Что именно мы сейчас вскрыли? Человека или спящую катастрофу?

Я не ответила. Я смотрела на Ноа и на плачущую Виолетту, и тишина в зале казалась мне вестником бури. Потому что я сама ещё не знала ответа.