Пепел Элларии

— Что именно я должен видеть? — холодно отозвался я, чувствуя непривычную прохладу воздуха на коже.

— Что я не сошёл с ума. И что твоё лицо само по себе не убивает.

— Поздравляю, — зло усмехнулся я. — Ты крепче духом, чем деревенские мужики.

— Обычные люди сходят с ума, когда смотрят на непокрытое лицо Жнеца, вовсе не потому что видят что-то божественное или запредельное, а потому что они чувствуют энергию, которую человеческий разум не в силах переварить.

Я молчал, не желая давать ему повода продолжать, но Ноа не унимался, рассуждая почти отстраненно:

— В тебе сидит клочок огромной, чужеродной силы. Она давит на разум окружающих. Маска не просто скрывает твое лицо. Она служит фильтром. Она глушит эту энергию, удерживая её внутри контура.

Слова начинали раздражать ещё сильнее. Эти сложные, пижонские термины резали слух.

— Ты говоришь с такой уверенностью, будто сам выковывал эти доспехи.

— Я вижу души, — просто сказал он. — И я вижу, что ты не контролируешь эту силу полностью. Она управляет тобой в той же мере, в какой ты — ею.

— Пожалуйста... — Эвелин снова попыталась вмешаться, но он даже не взглянул на нее.

— Ты отчаянно держишь её в узде, — продолжал Ноа. — Но она постоянно просачивается наружу, отравляя пространство вокруг. Поэтому люди и не могут выносить твой взгляд без защиты маски. Это не святость. И я знаю, как стабилизировать этот поток.

Я усмехнулся, на этот раз открыто и горько.

— Ну конечно, спаситель.

— Подойди.

— Нет.

— Тогда стой на месте.

Он с тяжелым вздохом поднялся на ноги. В его глазах вспыхнул тот самый свет, который я видел в морде демонической оболочки. Я напрягся всем телом, Пустота внутри всколыхнулась. В этот миг Эвелин шагнула вперёд. Её рука замерла в воздухе, преграждая путь Безумному Королю и заставляя его замереть. По связи пролетела волна её беспокойства.

— Ноа, — голос Эвелин дрогнул. — Ты правда можешь помочь? Ты не навредишь ему?

— Я поставлю заслон, — коротко ответил он, не отрывая от меня взгляда. — Чтобы он перестал медленно выжигать себя и тех, кто рядом.

Эвелин обернулась на меня и пересеклась со мной взглядом. Её глаза блестели от невысказанных слёз и надежды.

— Это паршивая идея, — предупредил я, сжимая кулаки. — Очень паршивая.

— Доверься мне, — тихо произнесла Эвелин, и её голос в моей голове прозвучал нежнее любого шёпота. — Сделай это ради меня.

Я едва не расхохотался.

— Ты правда думаешь, что я позволю ему к себе прикоснуться? — бросил я.

— Нет, — за неё ответил Ноа, сокращая расстояние. — Но в данном случае оно и не обязательно.

Он резко ударил мне в грудь, прямо над сердцем, двумя пальцами. Движение было настолько неожиданным, что я, Жнец, не успел среагировать. По коже прошёл короткий, пронзительный холодный импульс. Тонкая, острая линия чужеродной магии прошила меня насквозь и мгновенно исчезла, оставив после себя странное послевкусие озона.

Я отшатнулся назад, не успев даже ни о чём подумать. Ноа отступил. Эвелин сразу поймала меня, преграждая путь в его сторону.

— Готово.

Вместо того, чтобы нападать на него, я прислушался к внутренним ощущениям. Глубоко под рёбрами зудело что-то новое.

— Что ты сделал? — мой голос прозвучал резче, чем я планировал.

— Поставил отметку. Она стабилизирует твой внутренний поток, — пояснил он, глядя на меня так, будто видел схему моих жил. — Ту самую силу, которую твой Орден называет Пустотой. Теперь она не будет так сильно «фонить» вовне. Людям станет легче находиться рядом с тобой, когда ты решишь снять маску.

Я смерил его взглядом, чувствуя, как лицо подрагивает от непривычного отсутствия костяного барьера.

— Решил поиграть в наставника?

— Нет, — он равнодушно пожал плечами и вернулся к медведю. — Решил помочь Ведьме. Око за око.

Уязвлённая гордость смешалась с недоверием, но тишина в голове была пугающе реальной. Я ненавидел быть должником, а особенно не хотел быть им перед ним. Эвелин приложила ладонь к моей груди. По связи разлилось её облегчение — оно было таким густым и тёплым, что физически согревало. Она видела моё лицо, видела, что я не сорвался, и её радость за меня была болезненной. Но Безумного Короля я до сих пор был готов разорвать. Она это чувствовала.

— Каин, — тихо позвала она, глядя на меня непривычно внимательно. Из-за того, что мы редко оставались наедине, сейчас я впервые за долгое время стоял перед ней без маски. — Пожалуйста, перестань упрямиться.

Я замолчал, захлебнувшись словами. Потому что она была права. Пустота действительно вела себя иначе. Она не стала слабее, её мощь никуда не делась, но она стала... собраннее. Пропал тот постоянный, изматывающий гул на периферии сознания, к которому я так привык за годы, что перестал замечать.

— Это ничего не меняет между нами, — бросил я Ноа.

— Я и не ожидал от тебя благодарности, — спокойно отозвался он, укладываясь удобнее и закрывая глаза.

Эвелин тихо выдохнула и прижалась лбом к моему плечу. Да что, чёрт возьми, происходит... Я поджал губы и просто обнял её, позволяя себе вдохнуть запах её волос, наплевав на то, что в паре метров от нас чужаки.

— Ладно, — шепнул я ей в макушку, и это было самым близким к «спасибо», что я мог произнести.

Эвелин улыбнулась, чувствуя мою капитуляцию через узы.

— Вы оба просто невозможны, — она вдруг хихикнула. — Словно два цепных пса в одной конуре.

— Ты хотела поесть, — произнёс я, всё же осторожно отстраняясь. И сразу призвал привычную маску назад. — Обсудим всё это когда-нибудь позже.

Все эти годы я действительно не контролировал эту силу полностью. Я лишь держал её за горло, надеясь, что она не перекусит мне руку. И эта мысль, ставшая кристально ясной в наступившей тишине, пугала меня больше, чем то, что я, похоже, демон.