Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 84 из 137

Глава 18. Святилище оружия

В моем Телеграм-канале RapierFM вы найдете много интересного. Красочные видео-фрагменты из книги, аккуратные спойлеры и закулисье моей книжной вселенной.

Возвращение в Академия святого Вильхельма не было торжественным.

Оно было шумным.

С утра двор заполнился студентами, возвращавшимися после разрешенных выездов. Кто-то тащил за собой дорожные сумки, кто-то громко делился впечатлениями, перебивая друг друга. Смех, усталость, чужие радости - все смешалось в плотный, живой гул.

Уэна шла вместе с остальными, чувствуя, как Академия медленно принимает их обратно.

Гвендолин держалась чуть в стороне от нее.

Она разговаривала с однокурсниками, смеялась, отвечала на вопросы легко, но стоило ее взгляду скользнуть в сторону, туда, где среди студентов находился Серлин, как улыбка становилась тише, глубже, почти интимной.

Серлин выглядел собранным. Он спокойно отвечал тем, кто к нему подходил, кивал, слушал. И все же каждый раз, когда Гвендолин оказывалась рядом, его взгляд задерживался на ней на долю секунды дольше, чем позволяла обычная вежливость.

Они не подходили друг к другу. Между ними было расстояние - выверенное, осторожное, слишком осмысленное, чтобы быть случайным.

Фейри поймала его взгляд и едва заметно улыбнулась - не для всех, только для него. Серлин ответил коротким, почти незаметным кивком, словно подтверждая негласное согласие.

Уэна это заметила и сразу поняла: любовь никуда не исчезла, просто научилась быть осторожной.

***

Коридоры Академии были тише двора. Гул остался снаружи, а здесь все снова стало привычным: шаги, эхом расходящиеся под сводами, мягкий свет магических ламп, древние руны на стенах - стертые временем, но все еще работающие.

Уэна шла медленно.

Последний день каникул всплыл сам: дом, запах травяного настоя, бабушка и друзья. Она грустно улыбнулась, свернула в коридор, как вдруг, кто-то окликнул ее.

- Уэна!

Девушка обернулась.

Икарис шел к ней быстрым шагом, без всякой торжественности, но с той теплой уверенностью, которая делала его присутствие… успокаивающим. Улыбка появилась раньше слов.

- Вот ты где, - сказал он так, будто они просто разминулись утром, а не виделись неделю. - Я уже начал думать, что каникулы тебя украли.

- Почти, - усмехнулась та. - Но я вырвалась.

Он рассмеялся - легко, искренне.

- И как они прошли? Никого случайно не подняла из мертвых?

- Пока без инцидентов. Это подозрительно, да?

- Очень, - заговорщически кивнул принц. - Придется за тобой приглядывать.

Он пошел рядом, не ускоряя шаг и намеренно подстраиваясь под ее темп.

- Слушай, - продолжил парень уже тише, - В полдень ты мне нужна. И не только ты.

Уэна насторожилась.

- Звучит серьезно.

- Так и есть, - улыбка стала спокойнее, значимее. - Ты, я и еще двое. Те, кто прошел испытание.

Она замерла на мгновение, предположив:

- Святилище оружия?

- Верно, - кивнул Икарис, затем остановил на ней внимательный взгляд и добавил, чуть наклонив голову: - Если честно… на испытании ты нас всех удивила.

Уэна медленно выдохнула.

- Удивила - это мягко сказано.

- Именно! Был момент, когда я подумал: это точно Уэна? - Икарис тепло посмотрел на нее. - Не испугалась. Не сломалась. И действовала так, будто… - он запнулся. - Очевидно знала больше, чем должна была.

Внутри что-то тихо дрогнуло.

- Иногда, - осторожно ответила некромантка. - Мы сами о себе не все знаем.

Икарис кивнул, принимая ответ без давления.

- Соглашусь с тобой. Мне пора на занятия, карета будет ждать у восточных ворот. Не опаздывай, - он уже собирался уйти, но обернулся: - Рад, что ты вернулась, Уэна. Правда рад.

***

К полудню зима стала мягче.

С утра небо было низким и плотным, но к этому часу облака разошлись, и над Академией проступил холодный, ясный свет. Снег лежал ровно, подобно обещанию мира на время сохранить порядок. Воздух был свежим, прозрачным, таким, каким бывает только зимой.

Солнечные блики скользили по крышам корпусов, цеплялись за резьбу карнизов, отражались в стекле магических фонарей. Даже камень под ногами казался светлее, чем обычно.

У восточных ворот ждала карета.

Корпус из темного дерева, усиленный серебряными пластинами с вплетенными рунами - не защитными, а путевыми. Они не вспыхивали, не сияли напоказ, а жили ровным, глубоким светом, словно дышали вместе с самой конструкцией. Колес у кареты не было - вместо них по бокам тянулись изогнутые металлические дуги, больше похожие на крылья в сложенном виде.

А впереди, в упряжи, стояли пегасы.

Четыре - светлые, почти снежные, с мощными крыльями, покрытыми инеем. Их гривы переливались серебром, а копыта не касались земли; казалось, они уже наполовину в небе.

- Красивые, - тихо сказала Уэна.

- И упрямые, - с улыбкой ответил Икарис. - Если им что-то не по нраву, никакие приказы не помогут.

Он подошел ближе, положил ладонь на шею ближайшего пегаса. Тот фыркнул и чуть расправил крыло, признавая знакомого.

- Святилище не принимает тех, кто приходит по земле, - добавил Икарис, обернувшись к ним. - Только тех, кто готов оставить привычную опору.

Вистэйн внутри Уэны отозвался спокойным интересом.

«- Полет,» - заметил он. - «Символично. Здесь любят символы.»

Она уже собиралась подняться в карету, когда заметила движение слева.

К воротам приближались двое.

Первого она узнала сразу. Урсус. Его широкие плечи, уверенную походку и едкую ухмылку нельзя было спутать ни с чем другим.

Второй шел чуть позади.

Высокий, худощавый, с собранным, почти отстраненным выражением лица. Уэна нахмурилась, пытаясь вспомнить, где уже видела его. И почти сразу память подсказала ответ: сначала тренировочный зал, затем итоговое испытание. Он проходил его позже - под самый конец, когда Уэна, уставшая после собственного прохождения, наблюдала лишь урывками. Она помнила стремительные движения, удивительно точные удары и ледяное спокойствие на его лице. Тогда она так и не узнала его имени.

Икарис, заметив их, коротко кивнул.

- Урсус. Каэль.

Урсус ответил таким же спокойным кивком, а Каэль лишь слегка склонил голову в знак приветствия.

- Хорошо, все в сборе, - сказал Икарис, хлопнув ладонью по борту кареты. - Подгонять этих красавцев я не люблю, так что садитесь. Нам предстоит долгий путь.

Они заняли места внутри.