Страница 51 из 65
— Волков… — в голосе Воронова совсем не было удивления, скорее даже какая-то затаенная радость. — Так и знал, что вы пойдете по следу. Вычислить придурка Петьку не так уж сложно. Правда, наделся, что он сделает все более грамотно. Его же учили.
— Грамотно? — я усмехнулся, — Да он ссыкливый идиот. Слил тебя в первые две минуты разговора с Котовым. Даже время не потянул. Хреново, когда нормальные, башковитые миньоны закончились, и приходится работать с дебилами?
— Миньоны… — Воронов тихо рассмеялся, — Как же я соскучился по общению с людьми из своего времени. И что ты здесь делаешь? Да еще один. Решил лично кончить творца новой эпохи? Попробуй. Только я убью тебя раньше, чем ты вытащишь ствол из кобуры.
— Угомонись, Данила Сергеевич. Пришел, чтобы вытащить твою задницу. И делать это надо, как можно быстрее. Я обогнал Котова с группой, но еще мнут десять и они будут тут. Считай это моим согласием на то предложение, которое было озвучено на смолокуренном хуторе. И давай уже, поднимайся. Пора валить отсюда. Тебе не выгодно, чтобы я спалился. Чекисты должны по-прежнему мне верить. Если нас зажопят, с верой возникнут проблемы.
— Согласен, — Кивнул Воронов. Он подтянул костыль, начал подниматься. — Проблемы нам сейчас не нужны.
Шизик сунул ТТ в карман, наклонился, опираясь на палку, подхватил автомат. Повесил его на шею и, хромая, двинулся ко мне.
— Идем, Волков. Окажемся снаружи, тебе придется страховать, — его взгляд опустился на мое плечо, — Если бы знал, что ты так быстро созреешь для правильных решений, не стал бы калечить при нашей последней встрече.
Мы выбрались из схрона. Дождь лил еще сильнее. Но теперь я этому был даже рад. Холодная вода немного скрадывала ватную тупость. Время, сука, время! Еще минут десять-пятнадцать и я начну тормозить сильнее.
Воронов оперся на мое здоровое плечо и мы двинули вперед. Я с удивлением понял, что могу спокойно тащить раненного. Левая половина тела стала просто деревянной. Шизик старался не перегружать меня своим весом, больше опирался на палку. Он же не знает, что мне по хрену.
Метров через сто нырнули в плотную стену ельника.
Воронов вдруг резко остановился. Сделал шаг в сторону, прислонился спиной к шершавому стволу старой сосны.
— Погоди. Волков. Дай дух перевести.
Он прикрыл глаза, втянул воздух ноздрями.
Я стоял рядом и прикидывал, достаточно ли мы отошли от схрона, чтобы грохнуть гниду. Вернее, чтобы никто не помешал мне грохнуть гниду. Так точнее.
— Ты, Волков, не дурак, — произнес вдруг Воронов. — Верное решение принял. Какая причина была главной? Думаю, история и ее ход тебя мало интересуют.
— Верно думаешь. Надоел сорок третий. Хочу обратно. Только ты можешь выписать билет. Но у меня условие. Я помогу тебе здесь, будем работать в связке. Это не меняет того факта, что ты гнида и двинутый на голову псих, однако выбора у меня нет. И вот что за условие. С квантовой физикой я не дружу, вообще в ней не шарю. Однако понимаю, если мы изменим прошлое, изменится и будущее. Мне нужны гарантии, что ты вернешь меня в тело, идеальное для новых реалий. А то знаю я таких умников.
Крестовский тихо хохотнул:
— Перестраховываешься? Ок. Договорились. Обсудим возможных кандидатов, когда придет время. На самом деле, Волков, думаю, ты просто зассал. Боишься, что после моей смерти в 1943 двинешь кони сам. А жить ой как хочется, да? Люди, они же такие забавные твари. Им хоть как, но лишь бы коптить небо.
— Молодец. Пять баллов за сообразительность. Это тоже. Все? Отдохнул? Надо идти. Напомню, у нас на хвосте вот-вот повиснут оперативники СМЕРШ.
— Ничего страшного, — усмехнулся шизик, посмотрел мне в глаза и поправил автомат, который висел на его груди. — Если догонят, кончим всех. Тебе не обязательно возвращаться в Управление. Так было бы лучше, но есть и другой план.
Крестовский сказал это специально, хотел посмотреть, как отреагирую на перспективу убийства Котова и Карася. Придурок. Он не знает, что мне сейчас фиолетово на все.
Мы снова двинулись сквозь чащу. Дождь усилился. Прошли метров пятьдесят, я украдкой оглянулся назад. Все. Достаточно. Здесь нам уже никто не помешает. Дальше тянуть нельзя.
К тому же, с каждым шагом шизик все сильнее наваливался на мое здоровое плечо и хрипло дышал прямо в ухо. Даже маньяки и фанатики имеют свой предел. Его простреленная нога откровенно сдавала. Крестовский волочил ее, прихрамывая, и при каждом шаге всё сильнее дергал меня вниз. Такими темпами мы скоро просто оба свалимся. Воронов отрубится из-за раны, а я — буду сидеть идиотом-идиотом и пускать слюни, пока не отпустит.
Покосился на шизика. Вернее на автомат, который болтался у него на груди. Мозг сквозь вату тихонько попытался сообщить мне, что это проблема. Американская дрянь в моем организме уверенно отозвалась — да ну на хрен! Что мы, какого-то сраного капитана НКГБ не завалим? Давай, Волков, не дрейфь. У нас и капитан-то не настоящий.
Я упорно пытался балансировать между адекватным восприятием реальности и нездоровым пофигизмом, который граничил с безумием. Первый удар. Выверенный, четкий. Вот, что мне нужно. Заберу у Воронова преимущество в виде оружия, дальше будет проще.
Три, два, один…
Дождался, пока ублюдок перенесет вес на раненную ногу. Резко ушел вниз и в сторону, сбросил его конечность со своего плеча, лишая опоры. Правая рука мертвой хваткой вцепилась в ремень ППШ на груди врага. Короткая подсечка под опорную ногу, и тут же — мощный, скручивающий рывок на себя.
Крестовский глухо крякнул. Потерял равновесие, рухнул в грязное месиво. Деревяшка отлетела в кусты. Чтобы избежать удара башкой о торчавшие из земли корни, на которые я вообще-то рассчитывал, шизик вывернулся ужом и попытался перекатиться на бок. Хотел перехватить автомат.
Хрен там плавал.
Не давая ему опомниться, рванул ремень на излом. Использовал вес тела самого Воронова. Стальной карабин жалобно звякнул, кожаный хлястик антабки не выдержал нагрузки и лопнул с сухим треском. Оружие высвободилось. Одним движением отшвырнул тяжелую железяку далеко в темноту. Ствол с глухим стуком ухнул в заросли.
— Сука! — выплюнул Воронов вместе с грязной жижей, которую ухитрился хлебнуть своим поганым ртом.
Его левая рука мгновенно метнулась к карману за пистолетом.