Страница 17 из 42
Усмехнулся, представив, как на французском приеме Марат, Аиша, мама, Ахмад, я и Галия будем ходить парочками, делая вид, что не узнаем друг друга. Комично, конечно, будет выглядеть для нас шестерых, но с другой стороны надо же как-то развлекаться.
Взглянув на часы, кивнул себе и пошел искать ближайший автомат, чтобы набрать приемную Межуева. С утра Владимир Лазоревич сказал набрать, значит, так и сделаю.
Секретарша Межуева уже была своим шефом проинструктирована.
— Павел Тарасович, — деловито сказала Таисия Григорьевна, — вам сегодня к Владимиру Лазоревичу на девять тридцать утра назначено. Сможете подойти в это время?
— Да, конечно, буду.
Приехал в назначенное время к Межуеву. Пришёл к указанному мне кабинету.
Зайдя в приемную, мысленно присвистнул. Да тут даже приемная была размером больше того кабинета, в котором еще недавно сам Межуев сидел. И табличка на кабинете произвела впечатление. Табличка с золотой надписью, конечно, внушала: «заместитель председателя КПК при ЦК КПСС В. Л. Межуев».
Очень серьезно все выглядело. Приятно, конечно, что он такую карьеру сделал. Просто рад за человека.
В приемной, кстати говоря, никого не было. То ли вновь назначенный заместитель Пельше еще не успел обрасти обязанностями, то ли есть какая-то своя внутренняя специфика в деятельности КПК. Может, они тут гораздо меньше друг к другу бегают, чем другие чиновники. Как-то иначе у них все это организовано. Организация ведь очень специфическая.
Секретарша меня немедленно к Межуеву пропустила.
Вошел в кабинет, и обнаружил, что он стал больше прежнего, раза в четыре, а то и в пять. Настоящий зал, в котором, будь он на территории ресторана, можно было бы разместить тридцать-сорок человек. И еще место бы осталось чтобы танцевать можно было бы.
Сразу видно, что у человека, что здесь сидит за красивым дубовым столом, полномочия высокие имеются.
Но приятно было, что Межуев все же из-за своего стола вышел, поприветствовал меня. Правда, не на середине помещения, уже почти у его стола поздоровались, но все же это был жест, который мне, конечно, понравился.
— Ну что, Паша, — сказал он, — прежде всего хочу поздравить тебя с тем, что ты теперь член коммунистической партии. Гордись тем, что тебе оказали такое доверие в настолько молодом возрасте.
— Спасибо, Владимир Лазоревич, — сказал я.
— Хочу тебя обрадовать, получилось на тебя полставки именно инспектора найти. Пошли мне навстречу в нашем отделе кадров. Но с условием, что ты в течение следующих трех лет получишь высшее образование.
Снова поблагодарил Межуева. Новость откровенно порадовала. Должность такая, до которой к сорока годам многие добраться не могут. Это действительно знак доверия со стороны Межуева. Что же, я отработаю. Если все пойдет по задуманному плану, то сколько предприятий в СССР удастся вовремя модернизировать по современным стандартам!
Это значит, что им будет совсем не обязательно умирать после краха Советского Союза из-за сильной технологической отсталости от конкурентов на мировом рынке. В который бывшую советскую экономику совершенно бездумно включат, без всяких протекционистских мер, которые могли бы помочь медленно приспособиться к новым реалиям.
Эх, не просто ведь тысячи заводов в девяностых потеряли. Целые отрасли напрочь были уничтожены! А специалисты⁉ Главные инженеры нижним бельем пошли на рынки торговать или уехали в те страны, где их мозги по достоинству оценили. Американцы, кажется, посчитали, что молодой человек с высшим образованием, приехавший к ним жить, позволяет им сэкономить миллион долларов. Это ж сколько денег толковый главный инженер советского предприятия с кучей идей в голове мог принести любой западной корпорации, страшно представить!
Так что буду надеяться, что моя деятельность в КПК поможет уменьшить масштабы разгильдяйства и технологической отсталости в советской промышленности. И дать шанс на выживание советским предприятиям при Горбачеве и Ельцине.
— Партийный билет тебе уже сделали? — спросил меня Межуев.
— Фотокарточки отдал сразу на собрании. Сегодня или завтра позвонят, скажут, что можно забирать, — ответил я.
— Хорошо, тогда как получишь партбилет, то вместе с остальными документами пройдешь в наш отдел кадров. Там про тебя, само собой, уже знают и ждут, — сказал Межуев. — Других членов в группу, в которой ты будешь работать, я тоже уже начал подбирать. В следующий раз, пожалуйста, уже со своим майором из ОБХСС приходи. Можешь приурочить это к визиту в отдел кадров за удостоверением. Поговорю с ним, если понравится, то тоже подключим его к работе.
А пока, чтобы ты без дела не сидел, я велел секретарю собрать все материалы по внедрению тех идей, что я озвучивал в докладе на декабрьском Пленуме. Не по всем предложениям, к сожалению, уже в Совмине полностью отреагировали, но в целом информации собрано достаточно для предварительного анализа. Выносить эти бумаги из нашего здания не стоит, часть из них под грифами. Возьмешь у секретаря не только их, но и ключ от триста пятнадцатого кабинета. Он недалеко отсюда находится. Поработай прямо там над ними. Потом краткие выводы прямо от руки напиши и Таисии Григорьевне передай. Она на машинке наберёт и мне отдаст.
О, уже и первое поручение появилось! — обрадовался я. Да ещё такое интересное, учитывая, что тот самый доклад на декабрьском Пленуме Межуев делал в основном, как я прекрасно помню, на основе моих собственных предложений по технологической модернизации.
Времени прошло совсем немного с тех пор, как Совмин за дело взялся. Но чертовски интересно, что из этих предложений уже начали внедрять и каким именно образом?
Так что, поняв, что на сегодня аудиенция закончена, я попрощался с Межуевым и отправился к Таисии Григорьевне. Выйдя от нее в коридор, повертел ключ в руках. Пусть и временный кабинет выделили только для этой работы, но всё равно приятно было. Определённый символизм есть в ключе от кабинета в КПК при ЦК КПСС, который лично мне доверили.
Бумаг, как правильно отметил Межуев, было не так и много, но они были чертовски обнадеживающими. Какие в таких делах вопросы самые важные? Вопрос включения в планы и вопрос финансирования, конечно. По большинству предложений из доклада на декабрьском Пленуме было сделано либо то, либо другое, а по нескольким уже оба важнейших этапа было пройдено. По паре вопросов этого еще не было сделано, но видно было, что все приготовления к этому ведутся.
А это по меркам советской бюрократии достаточно быстро, так что можно из этого понять, что, видимо, этот проект лично Косыгин курирует. Надо эту скорость именно так понимать, иначе бы так быстро все не бегали по его реализации.
За какие-то полчаса, поглядывая на часы, ведь мне скоро в МИД еще ехать, перебрал все, и цельная картина в голове у меня сложилась. Так что с чистой совестью написал, что скорость внедрения предложений кажется мне вполне оптимальной. Ни про одно из предложений из доклада на Пленуме в Совмине не забыли. Так что дал вполне положительное заключение, как и думал.
Честно говоря, настроение у меня еще больше улучшилось. Полтора года я ходил и просто эти доклады отдавал без всякой отдачи. Думал уже, что это просто бумагомарание за государственный счет.
А потом этот доклад Межуева на декабрьском Пленуме. И теперь я вижу эти проекты по модернизации технологической сферы Советского Союза на стадии реального воплощения. Да, само внедрение годы займет, но если уж в планы включили, да деньги выделили, то несомненно, что дело будет сделано. И как же это было для меня приятно!
Вернув документы, ключи и две страницы с моими выводами Таисии Григорьевне, покинул здание ЦК КПСС в прекрасном настроении.