Страница 33 из 38
– Илис уже во дворце, – коротко ответила я и Демария ахнула, прижав руку к груди. – Она не сама все это придумала, у нее есть заказчик. И он… – я сделала паузу, собираясь с мыслями, и продолжала: – Он из моего мира. Он был там рядом с нами и подзуживал мою свекровь. Давал ей колдовские рецептики вроде кладбищенской земли и сломанных иголок.
Одна из фрейлин застыла с приоткрытым от изумления ртом. Ее глаза, казалось, готовы выпрыгнуть из орбит. Другие девушки, побледнев, начали торопливо, почти истерично хлопать себя по щекам – кажется, это был местный, проверенный поколениями способ отогнать нечистую силу и прийти в себя. Демария, стиснув зубы, осторожно передала Анни одной из самых расторопных фрейлин и, сложив руки на груди, спросила с ледяным спокойствием:
– Твоя свекровь так хотела тебя извести?!
– Я не верю во все это, – призналась я. – Никогда не верила, считала какой-то дурью. Поэтому у нее ничего и не получилось, сир Гвейн сказал, что неверие стало моим щитом.
Демария сощурилась, что-то прикидывая.
– А потом ты попала сюда. И теперь щита у тебя нет. Получается, этот гад не смог вас загубить чужими руками… а теперь вы оба здесь, и он снова начал!
– Бабушка Роза нас ненавидит, – вздохнул Мироша. Все это время он прижимался ко мне, живой и теплый, он был со мной, и я готова была вырвать сердце из того, кто причинит ему боль.
– Да, мой милый, – пробормотала я. – Ты так и сказал тогда.
– И клубочек тоже был, – произнес Мироша, и в это время часть дворцовой крыши застонала и обрушилась.
Мы шарахнулись влево, пытаясь спастись от летящих осколков, но по счастью никого не задело. Куски резного карниза, обломки мраморных плит и острые, как бритва, осколки цветного стекла от витражей пролетели совсем рядом с нашими головами, с грохотом врезаясь в землю и вздымая целую снежную бурю. Я заметила над этим хаосом едва уловимое белое сияние, словно невидимая, но могущественная рука направляла смертоносный дождь так, чтобы он не причинил никому вреда.
– Господи, помилуй! – воскликнула Демария, выпрямившись и отряхивая снег с шубки и платья. – Да что же там творится?!
Словно в ответ на ее слова к нам вылетел Сир Персиваль – взлохмаченный, грязный, с горящими гневом глазами. В зубах он сжимал что-то, что я поначалу приняла за огромную крысу – даже удивилась: тут все горит, а он нашел время для охоты!
– Куколка! – воскликнула Анни. – Бабушкина куколка!
Сир Персиваль подбежал, выплюнул добычу нам под ноги и с важным видом придавил ее лапой. Это и в самом деле была кукла-скрученка, почти разорванная пополам. Сделана она была из темного, пропитанного воском холста, перетянутого черными нитями, и вместо лица на ней было лишь несколько стежков, складывающихся в мерзкую гримасу. От нее веяло таким леденящим холодом и такой концентрированной ненавистью, что я поежилась.
– Где ты ее нашел? – спросила Демария. Лицо королевы напряглось и осунулось, но в глазах горел гнев.
– Да вот нашел, – сварливо ответил Сир Персиваль, вцепился в куклу и, крутанув головой, разорвал ее надвое. В тот же миг от останков раздался такой пронзительный бестелесный визг, что мы даже присели от неожиданности, а уши на секунду заложило. Сир Персиваль поморщился, словно от вкуса чего-то невыносимо горького, и с презрением отшвырнул грязные куски в сторону груды обломков.
Но свежий ветер прилетел и унес горечь – чары, которые должны были расправиться с моим сыном, развеялись без следа.
– Так тебе! – произнес он, отряхивая лапы. – Не будешь моего котеночка обижать!
– Где Илис? – спросила я. Кот посмотрел по сторонам, задержал взгляд на окнах дворца, залитых огнем, откуда доносился треск пожираемой пламенем древесины и грохот падающих балок, и нехотя ответил:
– Там. С приятелем.
Было видно, что ему тяжело и неприятно говорить, словно само присутствие тьмы там, где привык жить Сир Персиваль, ранило его до глубины души. Его дворец, его маленький мир, уютные подвалы и солнечные галереи – все было осквернено, превращено в арену для чужой страшной битвы.
Одна из фрейлин вдруг подняла руку к небу и воскликнула:
– Смотрите! Драконы!
Над дворцовой крышей снова поднимались драконы – я узнала Элдреда и Торстена, а вот третий, с темной, почти черной сверкающей чешуей, был мне незнаком. Да и Демария нахмурилась, всматриваясь в него.
– Быть того не может… – пробормотала королева, и в ее голосе прозвучал настоящий ужас, смешанный с неверием. – Как? Он же был заточен в Бездне!
– О чем ты? – спросила я, и в эту минуту черный дракон исторг пламя.
Оно было нестерпимо белым, холодным, как лед, но в то же время обжигающим, как адское пекло. От него поднялся такой оглушительный рев, что все мы инстинктивно закрыли уши, зажмурившись от боли. Торстен, пронзительно свистнув, увернулся от потока этого мертвенного огня, который прошел совсем рядом с его крыльями, оставив в воздухе запах серы и озона, и тут же выплеснул в черного дракона сгусток своего алого пламени, живого и яростного.
Попал! Сгусток ударил черного в плечо, и тот тяжело качнулся, издав хриплый яростный рев. Он пытался удержаться на одном правом крыле – в левом, тонком и кожистом, красовалась дымящаяся дыра размером с кулак.
А тут и Элдред, воспользовавшись моментом, ударил сбоку! Его сверкающая громада обрушилась на противника, как лавина, и было ясно: здесь не просто битва с врагом, эти драконы сейчас сводят какие-то старые счеты.
– Кто это? – спросила я. – Почему его заточили в Бездну?
Когтистые лапы короля впились в черную чешую, могучие челюсти сомкнулись на основании крыла. Воздух снова наполнился скрежетом, ревом и грохотом. Драконы сцепились в смертельной схватке, их тени, огромные и уродливые, плясали на стенах горящего дворца. Крылья, хвосты, когти – все смешалось в клубящемся вихре разрушения.
Черный дракон, собрав последние силы, сделал отчаянный выпад, крутанувшись всем телом, и его хвост, словно плеть, со свистом рассек воздух и ударил Элдреда по голове. Король отлетел в сторону, оглушенный, и закачался, отчаянно взмахивая крыльями, пытаясь удержать равновесие.
Черный дракон издал победный рык и развернулся, чтобы добить соперника. Его пасть, полная белого пламени, разинулась для последнего смертоносного выдоха.
Но он не учел Торстена! А тот спикировал на него сверху, словно падающая звезда и врезался в черного грудью, отбросив в сторону от Элдреда.