Страница 49 из 263
Словом, она собиралась спокойно родить, оправиться, подождать год-другой и устроиться придворным магом к какому-нибудь богачу. Для целительницы и биомантки работа, причем щедро оплачиваемая, найдётся всегда. Появление хмурого мужчины из недавнего прошлого спутало её планы.
— Она сама так сказала?
Слушавшая рассказ дяди Джона, Анна испытывала смешанные эмоции. Логику бывшей наставницы она понимала, даже признавала, что каких-либо обязательств перед Стормсонгами у той нет. Тем не менее…
— Скрывать ей нечего, — ответил Хингем. — Клятвы верности Хелена не нарушала, перед законом тоже чиста. Если чего и хотела — так ведь не сделала! Поэтому говорила откровенно.
Первым делом сэр Джон уточнил пол будущего младенца. Если магичка и собиралась солгать, то не решилась — бессмысленно. На больших сроках определить пол способен любой маг. Целительница, конечно, могла бы закрыться от проверки, но зачем? Ведь Хингем дал слово, что в любом случае оставит ребенка ей.
Узнав, что у Стормсонгов есть (вернее, скоро появится) наследник, дядя Джон пришел в благостное расположение духа. Не ошиблась маленькая леди, не оставила род удача. Поэтому он обрадовал Хелену, сообщив, где сейчас находится её ученица и чем занята. Ему было неоткуда получить точные сведения, столицу он покинул до побега Анны, и даже о казни Виктора в тот момент не знал. Поэтому говорил, предполагая, что побег удался, до Фризии госпожа с племянником добрались и всё задуманное выполнили.
— В общем-то, да, выполнили, — с удовольствием признала леди. — Не до конца, клятвы ждут моего совершеннолетия. Но предварительное согласие получено. Попозже расскажу, сначала с Хеленой закончим.
— Уже закончили, — пожал плечами Хингем. — Она через месяц родила. Я осмотрел мальчика, горластый такой карапуз, крепкий, здоровый. Оставаться в монастыре, вернее, в деревушке при нём, мне было больше незачем, всё нужное я узнал. Поэтому собрался и уехал оттуда. В столицу не заезжал, встретился с человеком Норриса в предместье, он мне сообщил новости и посадил на корабль. Ни бурь, ни штиля, до виллы всего за две недели добрался.
— Если я заберу мальчика, когда постарше станет — Хелена будет возражать? Как, кстати, его назвали?
— Робертом.
Мужчина подумал. Предсказывать поведение женщины, тем более матери — занятие заведомо провальное. На аргументы и логику надежды нет. Однако имелась у Хелены страсть, некогда приведшая её в дом к Стормсонгам. Магия.
Наконец, он подытожил свои мысли:
— Думаю, ради доступа к знаниям она на многое пойдёт.
— Будет ей доступ, — помолчав, признала Анна. — Матери наследника как не дать?
Не чужой человек всё-таки. И, к тому же, умелая магичка, с полезной профессией. Учитывая текущее положение рода, станет для него неплохим прибавлением, особенно если Стормсонги вернутся в Придию. Ну а если не вернутся, то на новом месте можно занятие найти. Лишь бы верна была.
Следующие минут пять прошли в полной тишине. Анна сидела, в задумчивости постукивая пальцем по губам, мысленно вертела услышанные новости, рассматривая их с разных сторон. Выстраивала новую реальность. С детства привыкший к особенностям воспитанницы Хингем её не тревожил — знал, что ей так легче думается.
— Думаю, два-три года мы Хелену не потревожим, — наконец, определилась леди. — Незачем. Мальчик будет спокойно расти, набираться сил, крепнуть. Конечно, ритуалы оздоровления лучше бы с самого младенчества проводить, но что ж поделать? Алтарь в Уинби остался. Хелена сама целительница, придумает, чем сына усилить.
— Мне тоже так кажется, — согласился мужчина. — Незачем мальца сюда тащить, в той дыре он в безопасности. Тем более, по морю везти.
— Именно. Года в три-четыре он намного легче перенесет путешествие. К тому времени как раз определенность появится, где ему жить — в Черном Холме или Воробьином Луге. Туда и перевезём.
— Что за луг? — удивленно дернул бровью дядя Джон.
— Воробьиный Луг, обещанный князем Альбрехтом бенефиций. Земельный надел в северной части Черного кольца. Я, конечно, надеялась на поместье, но будем справедливы — молодой девчонке землю в вечное владение никто бы не дал.
— Участок щедрый?
— Пока не знаю. Озадачила Ванденбергов сбором сведений, должны скоро отчет прислать. Ванденберги — это юристы, — пояснила Анна. — Хорошие специалисты, очень мне помогли. Ральф о них не упоминал?
— Он больше слушал. Но про Хали и попытку похищения — рассказал.
Как всегда, девушка еле заметно вздрогнула и на секунду замерла, стоило вспомнить о происшедшем. Плохая реакция, от которой никак не получалось избавиться. Удивительно: во время похищения и сразу после него Анна не боялась, активно действовала, соображала, скандалила. А спустя пару дней наступил откат.
— Что ни делается, всё к лучшему. Не случись тот инцидент, и неизвестно, какое решение насчет меня принял бы курфюрст.
Они замолчали, переглянувшись. Последний год выдался тяжелым. Тем не менее, они живы, свободны, у них есть будущее, вроде бы даже умеренно-светлое. Чего ещё желать?
— Ладно, — вздохнула леди. — Хватит о грустном. Тем более что мы сейчас в Букеле, с университетом всё прекрасно сложилась. Поступила на нужный факультет, наставником моим стал сам декан, профессора знающие, библиотека огромная, и доступ туда открыт. Профессорам я стараюсь не надоедать. Кстати, Роду фамилиар нужен?
— Мы как-то без них обходимся. Почему спрашиваете, миледи?
— Скоро Самайн, его здесь тоже отмечают, только называют Днём всех святых. Профессор Кинцвайлер поможет с проведением обряда для желающих, у него практическое занятие этому посвящено. Я могла бы договориться насчет Рода.
— Не сто́ит, — подумав, отказался сэр Джон. — Фамилиар, конечно, полезен, но мороки с ним много.
Стормсонг пожала плечами. Причины отказа она понимала, сама ими руководствовалась. Связь с младшим партнером усиливала одаренного, даровала ему дополнительные способности, но в обмен обеспечивала некоторую дикость поведения и потакание звериным инстинктам. Что творилось с магом в случае гибели фамилиара, лучше вовсе не вспоминать, чтобы аппетит не портить.
— Если вдруг передумаете, сообщите. Профессор опытен.
— Спасибо, леди, но вряд ли. Лучше скажи, можно ли по лесу походить? Племяш без практики застоялся, душно ему в городе.
— По опушке — пожалуйста, а вот вглубь… Местным егерям дан приказ никого постороннего не пускать. Я попробую выяснить.