Страница 27 из 263
Часть II Глава 11
Иногда Анна задумывалась, справилась бы она, не получи пакет знаний от второй половинки души, и приходила к выводу — скорее всего, нет. В роли дворянки-землевладелицы ей приходилось решать задачи совершенно новые, отличные от того, чему её учили на родине. Жизнь во Фризии текла иначе, хозяйства здесь были устроены по-другому. Да и в целом задачи перед молодой леди стояли принципиально иные.
Вилла «Черный холм» являлась остатком былой роскоши. Прежде Стормсонги были многочисленны и куда богаче; помимо владений в Придии, у них имелись земли и деловые интересы во Фризии, Арверне, Бромме и Скотии. Род с удовольствием ввязывался во всякие заварушки, ни одна военная кампания не обходилась без участия бойцов с флейтой и молнией на щите. Короли иных держав одаривали их поместьями и титулами, младшие сыновья часто оседали в иных странах, образуя побочные ветви и принимая иные фамилии, однако кое-что из пожалованного оставалось в руках прямых наследников. К сожалению, череда трагедий привела к упадку главной ветви, Стормсонги были вынуждены продать почти всю недвижимость на континенте, оставив только небольшую виллу. Теперь в ней жила Анна.
Задача вступления в наследство оказалась очень непростой. Таможню они прошли быстро, в личности девушки никто не усомнился, проблемы возникли позже. Весь следующий после прибытия день леди посвятила тому, чтобы в юридической конторе доказать, что она действительно Анна, леди Стормсонг, дочь барона Джулиана Стормсонг и Джейн, в девичестве Бранстон. У неё имелась грамота от дяди Эдварда, но полная процедура имела магический характер и в дальнейшем снимала любые вопросы в банках или органах власти, поэтому Анна решила начать с неё.
Получив подтверждение, в Аутрагеле она не задержалась. Деньги — пока что — имелись, и небольшой караван из двух повозок отправился в «Черный холм». Вместе со старыми спутниками Анну сопровождал Густав Вандерберг, юрист из той самой конторы, и переводчик Петрус Янсен. Помощь переводчика оказалась неоценима, потому что вилла лет пять простояла без хозяев, присматривавшая за ней семейная пара только траву вокруг косила и устраняла наиболее очевидные повреждения. Пришлось нанимать работников в соседней деревне, чтобы привести жильё в порядок.
Примерно неделя прошла в бытовых хлопотах, затем приехал Ральф. Причем не один, а с семьёй.
— Им нет смысла оставаться в Придии. Жили мы в поместье, о его текущем состоянии вы знаете. Идти кому-то на службу? Мы двести лет служим Стормсонгам, и намерены служить дальше. Уверен, миледи, вы справитесь с любыми трудностями.
— Мне бы твою уверенность, Ральф, — улыбнувшись, пробормотала Анна.
Слова старого управляющего были ей приятны.
Ральф, человек многоопытный, быстро взял поместье в свои руки. Незаметно отчистились от слоя пыли закрытые комнаты, засверкали натертые воском полы, рабочие перекрыли прохудившуюся в двух местах крышу. Захватившие участки земли под свои поля фермеры осознали, что платить арендную плату всё-таки нужно. Из деревни каждое утро начал приезжать молочник, в отремонтированном птичнике заквохтали молоденькие несушки, управляющий приглядывался к окружавшей виллу каменной ограде и прикидывал, ремонтировать её своими силами или нанять каменщиков в городе.
Единственное небольшое разногласие возникло из-за покупки лошадей.
— Может, всё-таки купим обычную карету, миледи? Со всем уважением к вашим умениям.
— Я хочу приехать в Букель именно на ней, — кивнула Анна на сверкающую черным лаком четырёхколесную повозку невиданного облика. Небольшую, высотой девушке до живота. — На полноразмерном оригинале, я имею в виду. Университет предъявляет к студиозусам довольно жесткие требования, которые мне не подходят. Для торговли с администрацией потребуются веские аргументы! Карета-артефакт собственной разработки может послужить одним из них… Чуть ли не единственным.
— До Букеля четыре дня пути, — намекнул Ральф. — Уверены, что ваше творение выдержит дорогу?
— Для проверки Род погоняет её по окрестностям.
О создании аналога автомобиля Анна задумалась едва ли не с момента выхода из комы, очень уж её впечатлила поездка по городу. А ведь улицы столицы мостились камнем, и карету барон Торнтон купил хорошую, не экономя на себе. Позднее, по мере углубления в вопрос, мечта превратилась в цель. Девушка пришла к выводу, что идея исполнима, только требуется тщательно продумать конструкцию и подтянуть кое-какие навыки. Именно этим она и занималась в доме дяди и тёти, упорно отрабатывая детали будущего проекта.
Первоначально, когда идея пришла ей в голову, она засомневалась. Однако чужая память подкинула свои-не свои воспоминания о машинах начала двадцатого века, что бы это не значило, и Анна решилась. Когда по твоей воле металл ведет себя подобно пластилину, многое становится возможно. Да, получилось не всё из задуманного, но даже так её творение, — в теории — превосходило подавляющее большинство карет, доступных аристократам. Так ли оно на практике, скоро станет понятно.
Зачем? Во-первых, комфорт. Во-вторых, Ральфу она сказала правду — имея за душой лично изготовленный артефакт, договариваться с учителями проще. Но главное всё-таки, в-третьих. Она надеялась продать идею каретникам за круглую сумму, либо организовать собственное производство, благо, во Фризии имелось достаточно слабеньких магов первой ступени, желающих подзаработать. Потенциальных покупателей тоже хватало, страна и сама богатая, и стоит на перекрестке торговых путей. Многие готовы расстаться с деньгами ради скорости путешествий и удобства.
Как ни странно, магические средства передвижения встречались нечасто. Дело даже не в том, что одаренных мало — делать не умели. Мастера тщательно охраняли свои секреты, поэтому ездящие без лошадей повозки, корабли без весел и парусов, или, в редчайших случаях, летающие по небу лодки всякий раз создавались едва ли не с нуля. По индивидуальному проекту, под конкретного заказчика. Владели ими, соответственно, или очень сильные маги, или люди сказочно богатые. Анна тоже не собиралась делиться личными разработками, однако планировала получить с них выгоду. Ей нужен отряд! Или хотя бы деньги для найма убийцы, способного достать Хали.