Страница 217 из 263
Что характерно, в возведении земляных стен активно участвовали маги. Это на обычной стройке вкалывать одаренному западло, а на войне – почетное занятие.
Тем же вечером визит Анне нанёс Эренс. Генерал мог бы остаться в Арабонне, но решил съездить, посмотреть на врага, с которым давно не сталкивался. Так уж сложилась его карьера, что в основном его противниками на поле боя становились армии европейских держав. С рахмонитами он сражался давно, в молодости.
Сопровождал генерала мэтр Скоу, невозмутимый, как всегда.
– Кажется, я должен принести свои извинения, дорогая леди, – сходу принялся рассыпаться в извинениях Эренс. – Мой болтливый язык привлек излишнее внимание к вашим способностям, и прибавил обязанностей.
– Всяко лучше, чем в первых рядах заклятьями швыряться, – неожиданно вставил ремарку Скоу. Он и раньше высказывался в том духе, что женщинам на войне не место, правда, в присутствии Анны воли языку не давал. Умный человек. – Вовремя полученные сведения о враге куда важнее умения создать три‑четыре Громовых молота.
– Ни в коей степени не намерен оспаривать ваше утверждение, барон!
– Господа, господа! – вмешалась волшебница. – Вернемся ко мне. О каких обязанностях вы говорили?
Кивнув, Эренс принялся объяснять.
– Во время совещания маршал Бюкуа, глядя на карту, посетовал, что враг передвигается слишком быстро, и мы узнаём о местоположении его сил с запаздыванием. Его милость совершенно прав – у рахмонитов много легкой конницы приличного качества. В смысле, быстрых. Вести же магическое наблюдение невозможно, потому что их маги помехи ставят весьма умело. И вот тут я, к своему стыду, совершенно не подумав о последствиях, упомянул, что, находясь в крепости, составил с вашей помощью карту окрестностей, и никто ваших действий не заметил. Маршал, разумеется, спросил, не согласится ли любезная госпожа обеспечить разведку ближайшей местности, однако тут в разговор вмешался магистр Обердорф, заявивший, что сие невозможно! Дескать, если более опытные и могущественные маги не нашли способа обмануть чары неверных, то юная леди, при всём к ней уважении, не справится тем более. Я, разумеется, возразил, и Бюкуа, дабы избежать спора, предложил просто взять и проверить.
А. Теперь понятно, почему Эренс извиняется. Он, получается, невольно подставил Анну, заочно втянув её в спор с магистром.
– Вы действительно способны обмануть скрывающие заклинания крепости? – с интересом уточнил Скоу.
– Обойти, – в задумчивости пробормотала Анна. – Магистр настроен решительно?
– Он заинтригован, – обтекаемо ответил генерал. – Ведь я дал слово чести, что использовал сведения, полученные только от вас, и они оказались полностью верны.
Почему бы и нет? Леди уже поняла, что остаться незамеченной не сумеет при всём желании, в силу изменившейся природы она обречена оставаться в центре внимания. Таким образом, речь идёт о построении правильного имиджа, который позволит и репутацию в нужную сторону поднять, и пользу приносить.
Выгодно ей предстать в образе обладательницы уникальных способностей по части полевой разведки? Безусловно. Если она делом докажет, что может указать точное расположение вражеских сил, из штаба её не отпустят, и под вражеские ядра не пошлют. Никто не станет рисковать ценным специалистом. Правда, минусом являлась мирная направленность умения, точнее, небоевая. Да и пусть. Впечатлить магистра или мастеров мощью заклятий она всё равно не сможет, а чем больше козырей у неё останется неоткрытыми, тем лучше.
– Полагаю, вам не о чем переживать, господин де Эренс. Что ни делается, всё к лучшему. Если дарованные волей всевышнего умения принесут пользу служащему Ему войску, то будет грешно их скрывать. Когда его милость ждёт меня?
– Они оба, маршал и магистр, ожидают вас в семь вечера в штабной палатке.
– Я там буду.