Песня штормов. Трилогия

Глава 24

Конечно же, дорогие наставники заклятья для поиска руд, драгоценных камней, пустот в скалах, подземных вод и многого другого – знали! Ещё бы им не знать, если одной из специализаций факультета является выпуск рудознатцев и горнопроходчиков. Желание домины Стормсонг выучить парочку подходящих мэтра Болена (первого, к кому она обратилась, и единственного, чьи объяснения она слышала четко) удивило, потому что обычно их изучают на вторых‑третьих годах обучения. Но не слишком. В конце концов, молодая леди прежде демонстрировала неординарные способности, так почему бы ей не подтвердить репутацию гения ещё раз?

Рассуждала Анна просто. У неё по участку разбросаны остатки небесного железа, то есть металла, особо любимого потусторонними сущностями. Именно остатки, потому что большую часть рассыпавшегося метеорита выбрали предшественники. Ничего страшного в том нет, много ей не надо, лишь бы хватило на фигурку змеи с крылышками – копии третьего духа, охраняющего большие проходы. Того самого, который месяц назад не нападал на охотников, а ограничился наблюдением. Пока что пытаться установить с ним контакт рано, она банально не знает, как себя вести и что делать, но можно для начала попробовать обменяться подарками.

Ещё раз сходить к дальним границам следовало в любом случае. Скоро наступит зима, выпадет снег, земля скроется под толстым белым одеялом, искать травы и грибы станет бессмысленно. Значительная часть ингредиентов исчезнет до наступления весны, многие животные залягут в спячку, перестанут вылезать из нор. Доходы егерей значительно упадут, не зря многие из них предпочитают зимой не ходить в лес вовсе. Вдобавок некоторые зверушки с голодухи начинают смотреть на людей, как на добычу, то есть опасность быть съеденным вырастет. Короче говоря, до наступления холодов надо заработать. В первую очередь Ницам и Бленкертам, хотя Анна от денег тоже не откажется. Тысяча, полученная от князя, давно разошлась, а ведь трат у неё много. Оплата за Букель, функционирование поместья, восстановление библиотеки – всё требует денег.

Имелись и другие причины. Исследовать дальние границы можно долго, они осмотрели всего лишь небольшой участок; что скрывается рядом, неизвестно. Вдобавок, авторитет нуждается в постоянном подтверждении. То, что они сходили вглубь Кольца один раз, легко списать на случайность. Два раза и больше – это уже стабильность, это удачливостью не объяснить.

Появление завистников было неизбежно. Вернее, завистниц, потому как большую их часть составляли представительницы прекрасного пола. Молодая, красивая, сильная волшебница из древнего рода раздражала самим фактом своего существования, мешала брачным планам, бесила независимостью и свободой. Чем леди Стормсонг заплатила и продолжала платить за право самой принимать решения, женщины не задумывались. Они злословили и запускали лживые слухи, как уже убедилась Анна на балу у Лестов. Донеслось до неё несколько неприятных ремарок. Способа бороться со сплетнями она не знала, да и сомневалась, что получится – учитывая обстоятельства, она точно кому‑то отдавит мозоли. Следовательно, определенный негативный фон будет существовать всегда. В то же время, подпитывать порочащие её слухи она не хотела, поэтому обязанности хозяйки поместья собиралась исполнять тщательно.

Поход запланировали на десятое октября, а до тех пор будущие участники занимались своими делами. У Ницей водились грибы и всё, оным сопутствующее, включая дегустацию настоек старшим поколением, с последующими глюками. Бленкерты, словно одержимые, мотались в лес и в ближайшую деревню, где имелся кабак с девками. Младшего там однажды побили конкуренты на женскую ласку, но он отлежался, чтобы продолжить в том же духе. У самурая нет цели, есть только путь, и с избранного пути Эрвин Бленкерт не сошёл. Сэр Джон тренировал племянника и крутил роман с цветущей Мэри, та пребывала в розовых мечтах, непонятно на что, рассчитывая. Её хозяйка подумывала, где искать хорошую повитуху. Не только из‑за служанки – юная Марта, жена Ганса, ходила беременная. Словом, все были чем‑то заняты.

Что до леди Стормсонг, то она временами не знала, за что хвататься. Помимо учебы, она, как и любая знатная дама, находилась в центре огромного количества социальных связей, что подразумевало частые визиты и переписку. И если от поездок в гости ещё можно было отвертеться под предлогом необходимости следить за поместьем, то избежать написания писем было невозможно. Ей срочно требовался секретарь. Появление Фрэнка частично сняло нагрузку, но она всё ещё оставалась высокой.

Тем не менее, быт понемногу налаживался.

От родни регулярно поступали весточки. Торнтоны окончательно обосновались в Аутрагеле, свели знакомства с тамошней аристократией и постепенно вливались в её ряды. Они сообщали, что на родине произошло полное размежевание между сторонниками короля и Конвента, причем последние между собой тоже собачились активно. Произошло несколько крупных стычек, стороны готовились к решительному сражению. Описание событий Анна просматривала исключительно, чтобы убедиться, что они развиваются согласно её прогнозам, заинтересовать её могли бы только новости о Хали, желательно трагические. Увы, про ублюдка Торнтоны ничего не писали.

Мелкие происшествия и казусы случались регулярно. Иногда курьёзные, иногда пугающие. Например, Матиас Ниц пострадал от голема‑охранника. Того самого, изготовленного леди сразу после приезда в Воробьиный Луг ради проверки идей, практической пользы он не приносил. Большую часть времени голем стоял в сарае, откуда его сэр Джон периодически извлекал, чтобы поиграться. Мальчишки‑Ницы заметили игрушку, залезли в сарай, каким‑то чудом умудрились активировать управляющий контур и выстрелили единственным снарядом из арбалета в хвосте. Толстый болт пробил стену, попал Матиасу в руку. Повезло, что стена ослабила выстрел, мужчина отделался глубокой царапиной и легким приступом паранойи от подкинутого судьбой сюрприза. Детишек, конечно, выпороли, но менее активными они не стали.

Так и жили. Дружили, ссорились, мирились. Обычные люди, обычная жизнь. Только с чудью под боком.