Страница 87 из 124
Вернувшись в свой кабинет, Гуров решил суммировать свои предположения о гибели Слепневой и предполагаемом убийце. Во-первых, преступник был прекрасно осведомлен о личной жизни своей жертвы, а значит, изучал ее и наверняка следил. Во-вторых, убийство он готовил тщательно, продумывая всевозможные мелочи, способные быстро выдать тот факт, что никакого самоубийства женщины не было. Возможно, прекрасно знал, что оспорить заключение дознавателя будет некому, поскольку родственников у Слепневой не было. В-третьих, неплохо разбирался в медицине и, возможно, работал или работает патологоанатомом либо когда-то был связан с полицией. Возможно, даже сейчас служит. Ну и последнее – убийца очень умен и осторожен. Следов не оставил. Хотя, судя по материалам, которые Гуров забрал у Сухиной, их особо никто и не искал. И главным вопросом для сыщика оставался сейчас один, зато самый важный: каков мотив у этого преступления?
Чтобы найти на него ответ, придется покопаться в прошлом женщины, а заодно и воспользоваться оплошностями убийцы, без которых он не мог обойтись. Например, найти того человека, который оставил синяк на лице Слепневой. Наверняка преступника он видел. А значит, может и опознать. Кроме того, углубленное знание медицины, особенно демонстрация этих познаний, в данном случае играло против преступника. Этот факт тоже давал возможность его найти, и Гуров собирался этим воспользоваться.
Придя к таким выводам, сыщик наконец-то взялся за изучение личного дела Ефимова, бывшего мужа погибшей Слепневой, и сразу же оторопел. На первой же странице оказалась информация о том, что мужчина скончался примерно за две недели до смерти своей бывшей жены, и в качестве причины смерти был указан несчастный случай. По результатам доследственной проверки выяснилось, что Николай страдал диабетом первого типа, а в день своей смерти выпил большую дозу алкоголя (в его крови оказалось 2,4 промилле). От такого количества выпитого мужчина потерял сознание и заснул, а во сне с ним случился диабетический приступ, в результате которого он впал в гипогликемическую кому и скончался. Несколько секунд Гуров удивленно смотрел на эти строки, а затем достал из материалов дела отчет о доследственной проверке.
Сыщик выяснил, что дознавателем был установлен «безоговорочный» факт – Ефимов в день своей смерти поссорился со своей подругой, некой Анной Пашилиной. Более того, у него на телефоне нашли голосовое сообщение от этой женщины, которая сообщала, что нашла другого и больше встречаться с Николаем не собирается. Якобы именно это послужило для Ефимова причиной напиться. Однако в том же отчете было два факта, которые дознаватель почему-то проигнорировал. Во-первых, Пашилина отрицала, что посылала сообщение своему любовнику, хотя и признала, что голос на аудиозаписи принадлежит ей. А во-вторых, она же настаивала, что Николай вообще не употреблял алкоголь. По крайней мере те два года, которые они встречались. А поскольку сама Анна признала, что после ссоры с Ефимовым выпивала, дознаватель пришел к выводу, что женщина просто забыла об отправленном сообщении. А из-за него непьющий Ефимов и напился в хлам, совершенно не рассчитав дозу, не почувствовал начало диабетического приступа и не смог сделать себе укол инсулина.
На тот факт, что голосовое сообщение о расставании отправлено Ефимову не с телефона Пашилиной, а с неизвестного IP-адреса, дознаватель тоже объяснение нашел: Анна отправила его со своего компьютера, где был установлен один из мессенджеров. А поскольку женщина пользовалась VPN-сервисом и этого не отрицала, то и IP-адрес оказался не ее компьютера. Вот и получилось, по мнению дознавателя, что двое любовников поссорились. Одна напилась и в беспамятстве отправила гневное сообщение о разрыве своему бойфренду, а он, услышав его, тоже решил напиться, и допился до смерти из-за своего диабета. Итог: причина смерти – несчастный случай! На этом вопрос о возбуждении уголовного дела был закрыт.
Так же торопливо, как и несколькими минутами ранее, Гуров отыскал в материалах дела отчет патологоанатома. На теле погибшего Ефимова было несколько незначительных повреждений, но ни одно из них не указывало на то, что в отношении мужчины применялось насилие. Как заключил эксперт, скорее всего, все они были получены в разное время в результате столкновений с различными предметами мебели. А вот следы уколов на теле на этот раз задокументировали. Впрочем, внимания на них не обратили, поскольку умерший был диабетиком и сам себе периодически колол инсулин. И последний из уколов был сделан за несколько часов до смерти. По предположению эксперта, еще до того, как Ефимов начал употреблять алкоголь.
Сомнений у сыщика не оставалось – он вышел на след серийного убийцы, преступления которого просто не замечали, поскольку замаскированы они оказались очень тщательно. Гуров предположил, что оба бывших супруга – Слепнева и Ефимов – стали жертвами одного и того же преступника, который устранил их по пока неизвестным сыщику причинам. И для доказательства этого осталось сделать самую малость – установить, есть ли в крови погибшего Ефимова миорелаксанты. А для этого потребуется эксгумация тела. Но сначала Гуров решил позвонить Горшкову.
— Самуил Алексеевич, ответь на один вопрос: человек под воздействием миорелаксантов сможет глотать? – поинтересовался сыщик.
— Конечно! Так же как и дышать, – ответил медик. – Обычно такие препараты работу мышц гортани не блокируют, если, конечно, миорелаксанты не специально в эту область вводили. А к чему этот вопрос? У нашей подопечной.. как ее?.. Слепневой, в желудке почти ничего не было. Ужинать она, видимо, только собиралась.
— Она только собиралась, а он уже успел выпить, – хмыкнул в ответ Гуров.
— Кто он? – оторопел эксперт.
— Бывший муж Екатерины, – ответил сыщик. – В общем, готовься, Самуил Алексеевич. Сегодня поедешь со мной на эксгумацию, а потом будешь экспертизу делать.
— Очень ты меня этим обрадовал, Лев Иванович, – проворчал в ответ Горшков. – А то у меня работы совсем мало, да и эксгумировать свежие трупы я просто обожаю.
— Не ворчи, – отрезал Гуров. – Если я не ошибаюсь, в Москве появился новый серийник.