Грандиозная игра

Саванна встала. У нее под ногами лежал ворох срезанных прядей.

— Твоя очередь.

Жестокая девочка-зима.

— Правда. – Он вытянул белую карточку, но даже не стал читать вопрос в ней. – Почему ты попросила, чтобы я отрезал тебе волосы?

Не такой вопрос стоило задать. Что ему даст ответ в практическом смысле? И всё же..

Он жаждал его услышать.

— А почему бы и нет? – Саванна начала обходить стол, точно хотела отгородиться им от Рохана.

Он положил ладони на столешницу и подался вперед.

— Такой ответ не зачтется, Савви. Положи палец на фишку.

Саванна наклонилась вперед, но к датчикам не притронулась.

— Моему отцу нравились мои длинные волосы, – сказала она. Голос оставался бесцветным, но Рохан заметил, как напряглись ее плечи. – А сейчас его вкусы уже не имеют ровным счетом никакого значения.

— Серьезно? – Рохан и сам не понимал, почему любой разговор с Саванной Грэйсон вечно превращается в какую-то дуэль, почему ему так хочется парировать каждое ее движение. – Ты ведь играешь в эту игру ради своего отца. Как ни крути, а значение он имеет.

Рохан потянулся к ней, взял за руку, перевернул ее и положил на ладонь фишку. Саванна стиснула зубы, выдержала секундную паузу и положила большой палец на черный кругляшок.

— Скажи честно, почему ты попросила отрезать тебе волосы, Савви. Или объясни, что ты имела в виду, когда сказала, что играешь ради своего отца.

Повисла тишина. Рохану стало совершенно очевидно: Саванна Грэйсон с удовольствием испепелила бы его взглядом, если бы могла.

— Я попросила отрезать мне волосы, чтобы ты больше не вызывал у меня таких чувств.

Рохан ждал, пока фишка загорится, но этого не случилось.

— Это чистая правда. Фишка должна зажечься, – сказала Саванна.

— Может, она ждет ответа на второй вопрос – про отца.

А теперь уже на смену испепеляющему взгляду пришел ледяной.

— Тебе нужно объяснение, а, Рохан? Видишь ли, победитель «Грандиозной игры» получает не только деньги.

Тут фишка зажглась.

Саванна достала следующую.

— Правда. Кто она – ваша с Джеймсоном общая знакомая, которая так любит французский?

— Зовут Зелла, – начал Рохан, положив палец на датчик, – она герцогиня и по какой-то причине считает, что вправе меня чего-то лишать.

Это не просто честный ответ, а правда всей жизни Рохана. «Милость» принадлежала ему, они были единым целым. Без нее он никто, так, пятилетний мальчишка, который тонет в черной воде. Это самое важное, что есть на свете.

Он дождался, пока фишка загорится, потом вытянул следующую: «желание». Взял карту. На столе остался только один предмет, так что рисунок был предсказуемым: стеклянная роза.

Интересно, а что тогда в остальных картах? Рохан отмахнулся от этого вопроса и сомкнул пальцы вокруг розы. И вдруг протянул ее Саванне.

— Разбей.

— Пардон?

Он наклонился, положил цветок на стол, прямо перед Саванной.

— Я вижу тебя. Твое истинное «я». Твою злость, Саванна. – Он понизил голос, и тот стал резче. – Ты пламя, а не лед. – Он кивнул на цветок. – Ну же, разбей его!

— Я не злюсь.

Повезло ей, что на фишке, которую Рохан вложил ей в ладонь, не было слова «правда».

— Боишься, что сорвет тормоза? – спросил Рохан. – Не готова признать, сколько в тебе злости, ведь тогда посыпятся вопросы, откуда она? – вкрадчиво предположил Рохан.

Он расспрашивал об этом не только потому, что хотел узнать ответы и нуждался в них, а и потому, что всё взаимосвязано: причина ее появления на играх, злость, ее отец.

А что еще, кроме денег, получает победитель «Грандиозной игры»?

— Думаю, тебе вряд ли доводилось слышать от незнакомцев: «А ну, улыбнись!» – проговорила Саванна, спокойно взяв розу. Немного помолчала. – Наверное, я злюсь, потому что таким женщинам, как я, злиться не положено.

Рохан открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не успел – Саванна со всей силы швырнула стеклянную розу об пол.

Та разлетелась на крошечные кусочки.

— Ну вот и умница, Савви, – тихо сказал Рохан и про себя добавил: – Я вижу тебя.