Это не Отбор!

ЧАСТЬ - I - 1 -

С чего все началось?

С Центра.

Это небольшой стерильный мирок, состоящий из полей, сочной зеленой травы, высоких гор, безоблачного неба, лишенного солнца. Предназначен для проживания богов. В обычное время. Когда же пробивает нужный час, Центр превращается в тренировочный полигон для будущих Избранных. Активируются порталы. Тянется жребий. Сто сорок семь девушек изымаются из закрытого мира (которым чаще всего оказывается «Земля») для свершения Предназначения. Им даруют магию. Обучают разным видам искусств, которые в дальнейшем помогут в миссиях. А когда девушки будут готовы, каждую из них отправляют в новый мир, нуждающийся в спасении.

В общем и целом, население Центра выходит такое: три забытых бога–тренера (константа), сто сорок семь будущих Избранных (переменные), и я, которая до тридцати лет не могла съехать от родителей, а теперь из стерильного мира (постоянная переменная). Классика моей жизни, так сказать.

– Она меня не слушает, Клод. – Ныла я, преследуя по пятам живую металлическую статую, совершающую обход территории. Статую, как не сложно догадаться, звали Клодом. Ходил он в монашеской робе с перевязью для меча на торсе, был жутким занудой и одним из забытых богов, что когда-то утратил свой мир. – Все что ей говорю – в одно ухо влетает из другого тут же вылетает.

– Невероятно раздражает, да? – проскрежетал железом Клод, занимающийся физической подготовкой будущих Избранных.

– Не то слово! – Воскликнула я, обрадовавшись, что меня перестали игнорировать и наконец заговорили. – Абсолютная некомпетентность. Вот что с такой делать?

– Тут требуется терпение.

– Вот, а я о чем? Никакого у нее терпения! Что-то не получается – сразу бросает. И вместо того, чтобы заниматься полезными вещами – страдает бесполезной фигней. Еще и дерзит! Мол, это я ее не вдохновляю, мотивирую плохо. Прям ударить ее хочется.

Для наглядности сжала кулак и стукнула им по ладошке.

Статуя не обратила внимания на жест, только внезапно сменила маршрут. Вместо тропинки, ведущей к гроту, свернула в сторону холма. Мне пришлось приподнять подол платья, сшитого из чего-то похожего на мешковину, и припустить ходу, чтобы не отстать.

– У нее никакого уважения к авторитету. – Продолжала я. – Ноль.

– Понимаю. – Клод продолжал подниматься вверх по склону неотвратимой металлической силой. Я семенила следом, продолжая на ходу перечислять:

– Несносная, необучаемая, пустоголовая. Она не тренируется. Говорит, что не в ресурсе. Что я, видите ли, своим негативом опустошаю ее резервы. То есть она учиться не хочет, а виновата я!

– Мне знакомо.

– А я даже не врубаюсь, о каких ресурсах речь! Ее кормят, спать дают. Какие еще нужны ресурсы? Нефти в Центре нет. Здесь динозавры не умирали. Вот чего ей не хватает, а?

– Хотел бы я это знать, – монотонной усталостью протянул бог.

Мы поднялись на горку и оказались на поляне неподалеку от входа в пещеру с магией. Здесь уже стояли накрытые фуршетные столы. Избранные как раз заканчивали пробежку.

Клод остановился. Воткнул огромный двуручный меч в землю и замер подобно… статуи, если сравнение здесь уместно. В общем, от памятника не отличишь. Могло даже показаться, что он погрузился в медитацию и оставил тело, чтобы погрузиться в сон, но я достаточно долго его знаю, чтобы понять – он прекрасно меня слышит, а эта поза только для создания эффекта.

Запах поджаренных тостов приятным ароматом разносился по полю, так и маня скорее намазать себя маслом и вареньем. В животе заурчало, но я мужественно проигнорировала плотское желание. Меня раздирали эмоции.

Я подтащила стул, немного повозилась, ища устойчивую травянистую поверхность и, продолжая кипеть от гнева, продолжила:

– Она очень невнимательна к сценарию! Он будто ее вообще не интересует. А кто из–за этого пострадает? Явно не она. Ее не тронут. Древняя кровь, Предназначение, прекрасное юное тело, еще и десяток поклонников. В катастрофе буду я. С такой союзницей, меня или на костре сожгут или в тюрьму бросят.

Клод хмыкнул.

Я поспешила исправиться:

– Ну, то есть, на космическом корабле вряд ли будут искать солому и поленья. Фазером каким–нибудь испепелят. Но суть не в этом! Она просто кошмар, Клод. И хуже всего, что она этого не понимает! Вот тебе когда–нибудь попадались такие Избранные?

– Бывало, – ответил Клод, устремив взгляд далеко на горизонт.

– Правда? – мгновенно повеселела я. Выходит, выданная мне подопечная не какое–то исключение, а рядовой случай. – Они постоянно попадаются?

– В моей практике была всего одна.

– Кто же? Я ее знала?

Клод не ответил. Я заподозрила неладное.

– Эй, – нахохлилась. – Что за намеки? Я само смирение и покорность.

Клод издал противный фыркающий звук, что в условиях конституции его тела обозначало саркастический смешок.

Я ощетинилась еще больше:

– А вот некоторые считают меня милой, очаровательной и прелестно–волнующей.

– Некоторый, – поправил Клод. – В единственном числе. Он один так считает.

«Среди огромного бесчисленного количества разнообразных миров, – повисло в воздухе продолжение его фразы.»

Я скорчила статуи рожицу:

– Может стоило чаще меня хвалить, тогда и характер был бы помягче. Я между прочим за советом пришла.

– Ты его получила.

– Когда?

Металлические веки опустились, закрывая пустые глазницы.

– Ты помнишь каждое слово Врага, но не помнишь слов учителя.

– Какого учителя? По математике? Так это когда было? Клод. Кло–о–од. Я пошутила. Да, кстати, о шутках. У нее еще шутки тупые. Клод, ты слушаешь?

Я откинулась на спинку стула, буравя взглядом статую, которая всеми силами саботировала мои попытки разобраться в ситуации.

Дело в том, что уже несколько Избранных не добрались до своих миров, пропали по дороге. Хотелось бы мне все списать на действия Странников и злобную Империю – Золотую ось, но те вмешивались в Предназначение после прибытия Избранных, а не до. Здесь же девушки просто не успевали ступить на землю чужого мира.

Зеркала их не показывали. Атрос – истинный бог Центра, не мог ничего пояснить. Мол, порталы работают исправно. Клод тоже не понимал, в чем дело, но на всякий случай грешил на Врага. Поскольку богам затруднительно покидать Центр, за дело взялась я.