Страница 35 из 108
Провал. Бесконечная темнота и полнейшее беспамятство. Ни снов, ни кошмаров, ни видений, ни голосов. Ничего. Ничего…
Яр летел в забытье легко, как летают чайки над морем. Летел долго, пока из мрака, наконец, не начали прорываться картины прошлого…
"Память важнее всего, Яромир, – сказал Марий, когда они встретились там, за гранью. – В какой-то момент не остаётся ничего, кроме воспоминаний. Только они и питают нас, духов".
Наверное, так и есть… Так и есть, без "наверное".
Яр помнил. Всё помнил.
Помнил, как они подрались у загона. В первый и последний раз. Потом случались учебные поединки и многочисленные тренировочные бои, но драки – никогда.
Помнил, как Полумесяц терпеливо учил его читать. В Гильдии учили всех, но Яромиру грамота никак не заходила: буквы путались, крошились и упрямо отказывались складываться в слова. Марий взялся за него всерьёз. "Неуч – хуже калеки", – повторял он. Яромир не сомневался, что князь цитирует одного из своих многочисленных наставников. Полумесяц заставил его прочесть "Сказания древних народов" и "Слово о Хладоземье", а также заучить на память длиннющий отрывок из "Песни Последних". Блеснув знаниями, Яромир поверг мастеров в шок. А потом взял и перечитал всё, что имелось в Гильдейской библиотеке. Не для экзамена. Для себя.
Яр помнил первое задание и то, как они чуть не стали ужином василиска. А потом их долго и жёстко муштровал Владивой Ловец – суровый следопыт с железной волей и стальным характером. Они провели в горах две зимы, ночуя в хлипких палатках, пещерах или под открытым небом и питаясь тем, что смогут раздобыть. Охотились, ловили рыбу. Порой голодали. Один раз траванулись волчьей ягодой и чуть не померли от поноса. Зато когда вернулись в Пустошь – ушли в загул почти на неделю: посетили все злачные места. В заведении "Игривая кисонька" Яр впервые познал женщину. Ну, по крайней мере, так задумывалось… Пьяный в доску, он совершенно не соображал, что делает. Утром, когда пришло время платить за услуги, Яромир не сумел вспомнить ни лица, ни имени своей избранницы, а Марий ржал, аки конь. Сам Полумесяц провёл ночь сразу с тремя красотками. И все четверо остались довольны.
Потом были задания. Много. Очень много. Поручения сыпались одно за другим, как из рога изобилия.
Изловить воровку. Убить насильника. Разгромить разбойничье гнездо. Помочь князю взять верх над соседом. Помочь соседу взять верх над князем. Расправиться с гидрой, василиском, волколаком, упырём, коварной тёщей и прочей нечистью. Выследить изменников. Схватить шпионов… и так далее, тому подобное.
Марий поднимался быстро. Меньше, чем за год, добрался до пятёрки. Мало кому это удавалось. Яромир старался не отставать: не хотелось разлучаться с единственным другом, а потому приходилось из кожи вон лезть, чтобы стать сильным, как Марий. Быстрым, как Марий. Ловким, как Марий… Про обаяние и красноречие речь не шла.
Яр тренировался стуки напролёт. Под дождём и снегом, в ураган, в жару и в холод. Без устали и сна. Рвение принесло желанные плоды – его заметили. В двадцать с небольшим он стал Четвёртым.
Потом, после доброй сотни заданий, случился бой на Закатной реке. Знаменитая схватка с полчищем песеголовцев. Тварей оказалось в семь с половиной раз больше, чем отправленных на их перехват наёмников.
Когда всё кончилось, Яр очнулся в гильдейском лазарете. Израненный, изломанный и… Второй. Второй после Мария, который лежал на соседней койке. Кроме них двоих никто не уцелел.
Да, память действительно важнее всего. Ведь именно она делает нас теми, кто мы есть. Однако Яромир отдал бы всё на свете, лишь бы забыть… навсегда-навсегда забыть, что он убил лучшего друга…