Страница 45 из 75
– Кричи сколько хочешь. Кое-чего я тебе все равно не скажу. Кто такие «сверхи»?
– Сверхъестественные существа. Так, послушай меня, – сказала Луна. Теперь мы шли через парковку. Машины постоянно сворачивали к резиденции. Луна все время улыбалась и махала рукой, а я пыталась хотя бы выглядеть счастливой. Но мне уже не удавалось маскировать хромоту, а лицо ныло, как сука – так сказала бы Арлин.
Я неожиданно поняла, что ужасно скучаю по дому. Но я оттолкнула это чувство, чтобы сосредоточиться на Луне, которой определенно было что сказать.
– Передай вампирам, что мы присматриваем за этим местом…
– «Мы» – это кто?
– «Мы» – это перевертыши Далласа.
– Вы хорошо организованы? Здорово! Расскажу… другу.
Она закатила глаза, определенно не разделяя моего восторга.
– Послушай, девочка, передай вампирам, что, как только Братство узнает о нас, они начнут войну и против нас тоже. А мы не собираемся открываться людям. Мы не зря прячемся, в конце концов. Гребаные вампиры. Так что мы присматриваем за Братством.
– Если вы так хорошо за ними присматриваете, почему вы не связались с вампирами и не рассказали о том, что Фаррела держат в подвале? Или о Годфри?
– Эй, Годфри хочет покончить с собой, мы здесь ни при чем. Он пришел к Братству, не наоборот. Они чуть не обделались от радости, когда отошли от осознания, что сидят в одной комнате с отродьем.
– Что насчет Фаррела?
– Я не знала, кого держат в подвале, – признала Луна. – Я знала, что они кого-то пленили, но я пока не пробралась во внутренний круг и не смогла выяснить, кого именно. Я даже попыталась умаслить этого ублюдка, Гейба, но это не помогло.
– Тебя порадует новость о том, что Гейб умер.
– Ух! – впервые она улыбнулась искренне. – Отличная новость.
– Вот тебе еще новостей. Как только я доберусь до вампиров, они ринутся сюда, чтобы освободить Фаррела. Так что на твоем месте я бы не оставалась на бдение.
Она пожевала нижнюю губу. Мы были в дальнем конце парковки.
– На самом деле, – сказала я, – идеально было бы, если бы ты подвезла меня до отеля.
– Я здесь не для того, чтобы делать твою жизнь идеальной, – шикнула она, возвращаясь к образу крепкого орешка. – Я должна вернуться в церковь и вытащить кое-какие бумаги до того, как все покатится к черту. И подумай вот о чем: что вампиры будут делать с Годфри? Оставят его в живых? Он серийный убийца, давно не считающий своих жертв. Он не способен остановиться и знает об этом.
Значит, плюсом существования Братства было то, что… оно дает вампирам вроде Годфри возможность совершить публичное самоубийство?
– И чего они не продают билеты, – пробормотала я.
– Они пробовали, – серьезно сказала Луна. – Но вампиры, которые пытаются влиться в общество, не очень-то любят тех, кто мешает их планам. Годфри портит им репутацию.
– Я не могу решить все проблемы, Луна. Кстати, на самом деле меня зовут Сьюки. Сьюки Стакхаус. В любом случае я сделала, что смогла. Я выполнила работу, для которой меня наняли, и теперь мне нужно вернуться с докладом. Плевать, будет Годфри жить или умрет, хотя я ставлю на последнее.
– Лучше бы ты оказалась права.
Я не понимала, в чем моя вина. Я не просила Годфри передумать, я просто усомнилась в выбранном им месте. Но, может быть, Луна была права. Может быть, часть ответственности лежала на мне.
Я так от всего этого устала.
– До встречи, – сказала я. Я захромала к выезду с парковки, но не успела уйти далеко, прежде чем услышала, как в церкви поднимается шум. Уличные фонари загорелись – их свет почти ослепил меня.
– Может, мне и не стоит возвращаться в резиденцию. Это плохая идея, – сказала Луна, выглядывая в окно маленькой «Субару». Я забралась на пассажирское сиденье, и мы направились к ближайшему съезду на четырехполосное шоссе. Я машинально пристегнулась.
Но, как бы быстро мы ни двигались, другие были быстрее. Несколько семейных автомобилей расположились так, чтобы заблокировать выезды с парковки.
– Черт, – выдохнула Луна.
Мы остановились. Она взвешивала варианты.
– Они не выпустят меня, даже если ты сумеешь спрятаться. Вернуть тебя в церковь тоже не получится, парковка слишком хорошо просматривается.
Луна закусила губу.
– …ладно, на хрен эту работу. – Машина сдвинулась с места. Луна вела ее осторожно, стараясь не привлекать внимания. – Эти люди понятия не имеют, что такое вера.
Возле церкви Луна пересекла бордюр, отделяющий парковку от лужайки, и мы помчались по ней. Когда мы объехали огороженную детскую площадку, я обнаружила, что улыбаюсь во весь рот, почти не чувствуя боли.
– Ю-ху! – завопила я, когда мы сшибли «вертушку» системы автоматического полива.
Мы пронеслись перед церковью. Члены Братства – видимо, шокированные – не устремились в погоню сразу; им понадобилась пара минут, чтобы взять себя в руки. Да, верхушка Братства, уверенная в своих методах, наверное, получила сегодня отличную встряску.
Луна взглянула в зеркало заднего вида и сказала:
– Они разблокировали выезды и послали кого-то за нами.
Мы влились в поток машин, спешащих по скоростному шоссе мимо церкви. Со всех сторон понеслись гудки.
– Твою мать, – сказала Луна. Она снизила скорость до разрешенной, не отводя взгляд от зеркала. – Слишком темно, чтобы разобрать, где именно их фары.
Я задумалась, успел ли Барри предупредить Билла.
– У тебя есть мобильный? – спросила я.
– Остался в сумочке, как и права. А сумочку я оставила в своем кабинете. Я поняла, что ты сбежала, когда вернулась за ней и почуяла твой запах. Было ясно, что ты пострадала, так что я вышла наружу и прошлась по окрестностям. Вернулась после того как поняла, что не найду тебя так просто. Нам повезло, что ключи были у меня в кармане.
Благослови Господь перевертышей. Отсутствие телефона огорчало, но я ничего не могла поделать. Внезапно я задумалась, где осталась моя сумка. Возможно, в одном из кабинетов? По крайней мере, я вытащила из нее личные документы.
– Может, остановимся у телефона-автомата или у полицейского участка?
– Что, по-твоему, сделают полицейские, если мы обратимся к ним? – спросила Луна мягким голосом, каким учителя разговаривают с маленькими детьми.
– Поедут в церковь?
– И что случится после этого, милая?
– Они спросят Стива, почему он удерживал в плену человека?
– Так. И что скажет Стив?
– Я не знаю.