Методика выживания

Глава 18

и

Неприятное происшествие в спортивном зале на целых две недели прервало «черную полосу» в жизни «Сэры-11» и ее обитателей. Теоретические и практические занятия, тренировки пилотов и боевого состава, повседневные плановые работы шли своим обыденным чередом.

Наконец прибыли долгожданные МЕХи для подразделения «ведьм». Как только новенькие боевые машины появились на свет из транспортировочных контейнеров, стала понятна причина задержки поставки.

МРТ даже внешне отличались от предыдущих модификаций. В целом их облик оставался идентичным, но был более обтекаемым, сглаженным. И технические характеристики заметно улучшены. В частности, скорость в режиме «поход». Усилено и броневое прикрытие. Усовершенствована система обнаружения противника. И главное – стало проще управление робота.

Раньше основные функции управления и ведения огня задействовались клавишами на приборной консоли. Теперь же их вывели раздельно под обе руки словно джойстики игровой приставки. Гораздо удобнее прежнего варианта.

Вот, собственно, и все. Более ничего яркого, исключительного, требующего заострения на себе отдельного внимания в текущей жизни не происходило. Помимо, пожалуй, одного небольшого инцидента, связанного с новой дракой рейнджеров в баре. И причиной дурацкой разборки вновь стало плесневелое явление – ссора влюбленной парочки случилась из-за поведения одного из партнеров. Как в низкопробной дешевенькой мылодраме, честное слово. После своевременного вмешательства комендантского патруля драчунов увели на гауптвахту.

За привычным столиком в углу первого зала бара сидела компания «ведьм» во главе с офицерами. Стало зарождением новой традиции, после плодотворного рабочего дня командир «Черных Ведьм» частенько проводил свободное время в узком кругу исключительных подчиненных. И нахождение «в свободном полете» непредсказуемых и безбашенных «ведьм», доселе пугавших всех окружающих, больше никого особенно не напрягало. Люди начали привыкать к обществу засекреченных дамочек. О чем и говорил когда-то Родимов.

В данный момент довольно шумная семейка интенсивно обсуждала увиденное.

– Я бы такого парня давно бросила, – произнесла Мойра, сочувственно глядя на оставшуюся в одиночестве девушку за соседним столом.

Девушка услышала солидарные слова соседки и благодарно кивнула в ответ, даже силилась улыбнуться.

– Печально, – усмехнулся Родимов. – Я бы, наоборот. После подобного фокуса, после таких выразительных объяснений, я бы с этой девушкой на одном поле по нужде не присел.

У Мойры, а вместе с ней и у Сигрун, от заявления командора повытягивались удивленные лица.

– Почему, сэр? – изумилась норвежка. – Мне кажется, всякая ревность имеет предел. Нельзя же так! Вы же все видели. Ревность на пустом месте.

– И правда, сэр! – подхватила американка. – Что случилось ужасного? Она что, изменила своему парню? Подумаешь, коллега взял за руку. Что такого? Он же выразил благодарность за помощь и все. Ну да, подержал руку пару секунд. И что?

По всему видно, такой же точки зрения придерживалась и та, из-за кого произошли неприятности. Она молчала, но слушала очень внимательно.

– Когда-то я думала так же, – с улыбкой высказалась Кимберли. – Была молодая и глупая, как вы сейчас. С возрастом поумнела, поэтому поделюсь с вами мудростью совершенно бесплатно: мне очень не хочется, чтобы мой мужчина, человек, которого я люблю, «дружески» обнимал, чмокал при встрече или как-то еще прикасался к другой женщине.

Стас тоже с хитрицой улыбнулся, дослушав реплику капитана. Секунду поколебался, не окажет ли Уотсон медвежьей услуги. Уловил фрагменты мыслей приятельницы и решился.

– Только не нужно делать скоропалительные выводы, – сказал он. – Вы сейчас думаете не в том ключе и молчите лишь из чувства вежливости и такта по отношению к Кэми. Но она далеко не дурочка. Прекрасно понимает ход вашего рассуждения. Я это только что прочитал в ее голове. И я с вами не соглашусь. У нее не последний шанс. Не врите себе. Если вы к пятидесяти годам будете выглядеть так же свежо и подтянуто, то вам позавидуют три четверти женщин планеты.

Другая сказала бы: ничего себе, заступился! Ткнул и в возраст, и в раненую душу. Другая – может быть, а Кимберли Уотсон благодарно взглянула на командора. Отвесила ему заслуженный легкий поклон.

Собеседницы виновато переглядывались так, словно бы беззвучно извинялись перед старшим товарищем.

– Тогда простите, сэр… нам что, паранджи надеть? Сидеть взаперти и ни с кем не контактировать? Я росла с тремя братьями, вы это знаете. И работала я в порту, в основном среди мужиков. Со мной тоже частенько здоровались за руку. Иногда чмокали. Женатые мужчины тоже. Мой парень знал это. И он меня к коллегам не ревновал.

– Стоп! – прервал Станислав горячую тираду норвежки. – Давай без крайностей. Я задаю вам вопросы. Вы отвечаете. Отвечаете честно, так, как вы думаете. А потом мы вместе сделаем выводы. Но сначала я вам кое-что покажу.

Родимов взял руку Кимберли. Тепло посмотрел ей в глаза и произнес несколько благодарственных слов. Придумал парочку подходящих случаю реплик, так, чисто для наглядности демонстрации. В завершение чмокнул пилота в ближнюю щеку.

Девушка за соседним столом вместе с притихшими «ведьмами» пристально наблюдала за инсценировкой старшего офицера.

Станислав, после кратенькой паузы, снова взял руку пилота, но уже совершенно иначе. Вроде бы без излишеств, как и в первый раз. Так же, да не так. Произнося «благодарственную» речь, Станислав придержал руку Кимберли, еще и «невзначай» провел по ее пальцам своим большим. Интонацию в речи командор тоже сознательно изменил. То есть Станислав наглядно продемонстрировал девушкам именно то, что и послужило причиной драки рейнджеров.

– Внимательно посмотрели? – спросил он. – А теперь сделаем выводы.

– Не стоило ваших усилий, сэр, – неожиданно вмешалась Сара.

Еврейка приподнялась. Разлила по высоким бокалам марочное вино. Пригубила без всякого тоста свой кубок и продолжила мысль.

– У любой женщины, как и у мужчины, есть личная приватная зона. Пространство, где существуют только ее эго и тело. Проникновение в это пространство – уже прелюбодеяние. Туда позволительно проникать только мужу или близкому родственнику, – Сара осеклась. Виновато взглянула на Леру и продолжила говорить. – Последнему до известных пределов, разумеется.

Еврейка сделала еще один маленький глоток. Истинно наслаждалась букетом дорогого напитка.