Погружение

ГЛАВА 27

У бассейна

МИТЧЕЛЛ

Я

не упал. Я присел на корточки, схватившись за край доски, когда первые капли дождя ударили меня по спине. Вайнона доплыла до середины бассейна, где дно поднималось и она могла дотронуться до него. Затем она повернулась и посмотрела на меня сквозь быстро растущую дымку из капель воды на поверхности.

Черт возьми, эта женщина. Я рассмеялся. Звук все еще звучал чуждо в моих ушах. Но хорошо.

Так чертовски хорошо.

На мгновение я позволил себе предаться предвкушению. Я присел на корточки, наблюдая, как она покачивается в воде, полностью скрывая свое великолепное тело.

“ Ты так и собираешься оставаться там, наверху? ” крикнула она сквозь шум дождя, который быстро усиливался. - Или ты собираешься спуститься сюда и выебать мне мозги?

Черт.

Я встал, пятясь к началу доски, как будто собирался спуститься и прогуляться пешком. Я видел, как она пытается просчитать мои движения.

Но Вайнона не знала, что я вырос в домике на берегу океана. Что мы с братьями устраивали соревнования по прыжкам в воду в конце причала. Что в старших классах я участвовала в соревнованиях по плаванию и могла без труда задерживать дыхание более чем на две минуты.

Она не знала, на что я способен.

Я преодолел доску в три быстрых шага, описав высокую дугу с ее конца. Я врезаюсь в воду почти без всплеска, сокращая расстояние между нами за считанные секунды.

Теперь она знала, что попала в беду. Ее ноги дергались, когда она плыла, ее смеющиеся крики были приглушены водой. Она была почти у края бассейна, когда я поймал ее, обхватив рукой ее лодыжку. Она дернулась и закричала, ее рука вцепилась мне в волосы, но это было бесполезно.

Она и сама была неплохой пловчихой — она доплыла до самого края бассейна.

Но теперь она была у меня.

И я собирался взять ее с собой.

Не выныривая на поверхность, я скользнул руками вверх по ее ногам, сжимая ее голую задницу. Затем я закинул ее колени себе на плечи и прижал ее к бортику бассейна. Теперь, когда она была прижата к месту, я широко раздвинул ее ноги, приблизив свой рот к ее киске.

Но я не дал ей свой язык. Пока нет. Вместо этого я выпустил единственный пузырь воздуха.

Она напряглась, ее руки глубоко зарылись в мои волосы.

Я выпустил еще один пузырь, потом еще. Каждый круглый шарик отскакивал от ее клитора, и с каждым ударом я чувствовал, как ее тело вздрагивало, а пальцы сжимались. На несколько секунд я задержал воздух, но вскоре выдохнул его с большей силой. Теперь они нежно теребили ее клитор, и, наконец, я смог услышать ее: стон удовольствия, едва слышный здесь, внизу.

Я дул, пока не кончился весь воздух, и снял ее ноги со своего плеча, всплывая в нескольких дюймах от ее лица.

-Митчелл, - выдохнула она.

Но потом мы оказались друг на друге, прижатые к краю бассейна, мой язык искал ее рот, подталкивал, нуждаясь от нее во всем. Дождь барабанил по поверхности воды. Ее руки нашли мой член, хватаясь за него, сжимая, посылая через меня волну удовольствия.

Я прервала поцелуй сдавленным “Нет”. Я поднял ее из бассейна, опустив на край с мягким шлепком, который заставил мой все еще твердый член дернуться.

“ Больше никаких игр, ” прохрипел я. - Мне нужно попробовать тебя на вкус.

Я устроил ее так, чтобы ее мокрая киска была именно там, куда я мог дотянуться своим голодным языком.

Мне надоело дразниться.

“ Ложись на спину, ” скомандовал я. Я даже не пытался проявить нежность. - Вот здесь я заставляю тебя кричать, Вайнона.

Возможно, с моей стороны было дерзко предполагать, что она закричит. Но я не думал, что ошибался, учитывая звуки, которые она издавала раньше. Те, которые заставили меня почти кончить без единого прикосновения. Я мог чувствовать, как она отвечала мне. По тому, как она втянула воздух, когда я провел языком по ее щели, по тому, как ее руки запутались в моих волосах, я понял, что могу заставить ее кончить быстро. Возможно, дерзко, но эта часть была легкой. Я мог читать ее удовольствие, как книгу. Я мог изучать его с радостью — я уже это сделал.

Но я бы не позволил этому случиться так просто. Не прикасаясь к ее клитору, я просунул два пальца в ее киску и оказал достаточное давление на бугорок плоти прямо внутри, чтобы она закатила глаза и застонала. “Митчелл, срань господня”.

Но я тоже не мог стоять и ждать. - Назад, - потребовал я.

Она подчинилась, моя хорошая девочка. Я прижал руку к ее животу, нежно потянув за нежную кожу, чтобы получить доступ к ее клитору. Я широко раздвинул ее пальцами, пока она ахала.

“ Я собираюсь очень хорошо позаботиться о тебе, Фейерверк. Затем я наклонилась к своему угощению.

Она вскрикнула при первом же прикосновении моего языка. Я остался там, изгибаясь и пощипывая губами ее клитор. Она была такой сладкой. Как мед. Пока она хныкала, я щелкал языком сначала медленно, потом быстрее, пока Вайнона не начала извиваться подо мной, ее бедра не задвигались. “Митчелл, да! Боже, прямо здесь!”

Я планировал подразнить ее. Немного поработать с ней, а затем отстраниться. Затем сделать это снова.

Но я совершил роковую ошибку. Я поднял глаза и встретился с ней взглядом. Взгляд, которым она одарила меня, почти уничтожил меня. Она была такой серьезной. Такая открытая и чистая в своем наслаждении. Она была смелой, отважной, мягкой и милой.

Я хотел ее во всех отношениях. Физически, но гораздо сильнее. Это пугало меня еще больше.

Я не мог позволить ей не прийти. Не сейчас.

Ее зрачки расширились, щеки порозовели в слабом свете бассейна.

Но даже когда я наклонился, я все еще был жаден. “ Расскажи мне, ” попросил я. - Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я трахнул тебя снова, Вайнона.

“ Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Митчелл. Колебаний не было.

Дождь ручейками стекал по ее груди. Я держал свои пальцы внутри нее, когда вынырнул из воды и провел языком вверх между ее грудями, затем дальше, беря в рот сосок. Я почувствовал, как ее киска сжалась вокруг моих пальцев.

“ Я хочу тебя, ” прошептала она. Я уловил это сквозь дождь, и на этот раз это было нечто большее. Она хотела меня.

Дело никогда не касалось аксессуаров для Вайноны. Это часть того, что поначалу так привлекло меня к ней. Но теперь, после того, что она сказала там, на кухне?

Ты нравишься мне такой, какая ты есть.