Страница 3 из 38
Его челюсть напряглась. На скулах заходили желваки. В такие моменты он выглядел не просто красивым, а опасно красивым. Как дорогой нож: блестит прекрасно, а режет насмерть.
— Алиса, — произнёс он тише. — Следи за тоном.
Я рассмеялась. По-настоящему. Слабо, зло, почти весело. Потому что когда муж изменяет тебе, а потом делает замечание про тон, это уже не семейная драма. Это стендап. Причём с плохим концом.
— А то что? — спросила я. — Уволишь? Лишишь премии? Переведёшь в другой отдел? Ах нет, прости, я же не секретарша. Я жена. Значит, мне полагается пакет побогаче: дом, няни, карточка, молчание и красивая поза у окна, пока ты трахаешь кого удобно.
Он схватил меня за локоть. Не больно. Но крепко. Слишком крепко для мужчины, который ещё полчаса назад выбирал минералку.
— Не смей.
— Что именно? Называть вещи своими именами?
— Устраивать истерики при детях.
— Истерики? — переспросила я. — Нет, дорогой. Истерика — это то, что будет, если я действительно начну.
Я вырвала руку и увидела, как в его глазах мелькнуло нечто новое. Не раздражение. Не злость. Что-то более острое. Почти растерянность. Будто он впервые понял, что я не интерьер. Не приложение к дому. Не идеальная хозяйка красивой жизни. А человек, который может встать, развернуться и уйти.
И именно эта мысль почему-то ударила меня сильнее всего.
Потому что я вдруг с ужасом поняла: я не знаю, смогу ли уйти.