Страница 78 из 85
Арапокат, конечно, всех дворянских эмблем не помнил, хотя и должен был, но их же расплодилось их как мышей, но эти гербы отлично знал. Сторские и Натайнлайн! Не то, что кого-нибудь выпороть, весь десяток на кол посадить могут!
- Ваши Светлости, - заблеял десятник, судорожно пытаясь придумать, как выбраться из кофейни живым и не попасть под раздачу от начальства, - у меня приказ…
- Какой приказ? – прищурилась герцогесса. – Мешать нам отдыхать? Давайте его сюда!
- Устный, - стражник хотел бы под землю провалиться, но крепкий пол кофейни из новеньких кедровых досок не давал. – Про Вас не сказано ничего, просто кофейню закрыть…
- Кто приказал? – продолжила допрос герцогесса.
- Начальник стражи, - десятник уже фальцетом запищал, а толку…
- Он что, бессмертный? – нахмурилась княжна.
- Стервал? Почти, - хмыкнула Натайнлайн. - Тащите его сюда.
- И пусть документ прихватит, - добавила Сторская. – На закрытие «Дикого леса». Посмотрим, для кого наши печати на входе ничего не значат!
Отвернулась, поставила на стол опустевшую чашку и подвинула к себе креманку с мороженым.
От проклятой кофейни до здания стражи полчаса быстрым шагом. Арапокат добежал вдвое быстрее. С разгону чуть было не снёс едва успевшего увернуться дежурного и, гремя доспехами, ворвался в кабинет Стерватомала Равкали:
- Ваша милость… в кофейне… - дыхание срывалось. – Вас требуют…
- Что? – выпучил глаза начальник стражи. – Выйди и войди, как следует!
Но десятник уже не соображал от страха, усталости и перегрева. Он и в сознании-то держался только усилием воли:
- Сторские! И Натайнлайны! Требуют Вас. И документ на закрытие!
Фамилии подействовали. Равкали сорвался с места и помчался на выход. За ним двое стражников тащили еле переставляющего ноги десятника, привычно окатив бедолагу водой из ведра.
В кофейне всё оставалось по-прежнему. Только десяток Ватонура в одних поддоспешниках расселся за столиком в углу и с выражением блаженства на лице поедал мороженое.
Стерватомал открыл рот, чтобы наорать на подлецов, допустивших такое на дежурстве, но вовремя перевёл взгляд на вельможных барышень, на этот раз соизволивших подняться из-за стола.
- Вызывали? – шумно выдохнул начальник городской стражи.
Герцогесса Натайнлайн окинула мужчину хмурым взглядом и вопросила:
- Господин Равкали! Где документ?
- Какой документ? – выкатил глаза Стерватамал
- О закрытии кофейни «Дикий Лес», - княжна Сторская смотрела в упор, и Равкали успел удивиться, как у юной девушки может быть такой тяжёлый взгляд – как булыжником по темечку. – Мне интересно, почему закрывают единственное место, где мы с герцогессой можем отдохнуть. Там это должно быть написано.
- Так это… - пробормотал страж. – Распоряжение лично градоначальника. Устное.
Нет, с его должностью, он мог бы поспорить с герцогессой. И даже с княжной. Пригрозить судом, который учтёт не только разницу сословий, но и должность Равкали. А могло бы и без суда разрешиться. Через глав родов. Если бы девчонки буянили, били морды, танцевали голышом на площади… Ну хоть как-то нарушали закон. Но сейчас всё было наоборот. Не имел он права закрывать забегаловку без предписания. Никто не имел! Но когда в Кондовке смотрели на права местных? Кто же знал, что в этом клоповнике обнаружатся высшие аристократы. И не только княжна с герцогессой, опытный взгляд начальника стражи выхватил дворянские перстни на пальцах ещё нескольких студентов. Впрочем, чтобы утопить Равкали княжны с герцогессой хватит. Даже поодиночке.
- Градоначальника сюда! - небрежно бросила герцогесса.
- Не пойдёт же он, - Стерватамал готов был повалиться на колени.
Девчонки переглянулись:
- Вот как? – протянула Натайнлайн. – Барон Оракский совсем берега потерял. Тогда мы к нему сходим. Все вместе. И вы с нами за компанию. Спросим, как так выходит, что в Кордно городской глава живёт по понятиям, а не по законам.
[1] Все собаки делятся на две породы. Алабай и еда для алабая.