План Б

– Давно пора. Я рад за тебя. Именно у таких, как ты, и надо брать интервью, – сказал Олег, делая пару глотков бодрящего кофе. – А не у этих самозванных «гуру». Сейчас развелось их как грибов после дождя. Пара курсов за плечами, зато советы раздают всем подряд и на каждом углу.

Олег считал, что Жанна не просто «болтает по телефону», а действительно помогает людям. Да, она ушла из психиатрической клиники, но он видел в этом не снижение до уровня обычного психолога, а возможность охватить гораздо больше страждущих. Наоборот, он восхищался ее смелостью и умением адаптироваться. По мнению Олега, клинический опыт супруги в сочетании с чуткостью делал ее телефонные консультации более ценными. Он был уверен, что эта работа, хоть она и казалась со стороны простой, на самом деле требовала понимания человеческой души и высокого профессионализма.

– Вообще-то интервью не обо мне, а о работе нашего центра.

– Как все прошло? – спросила Людмила Ивановна, осторожно положив руку на руку дочери, словно таким образом могла передать ей свою поддержку. – Ты смогла преодолеть страх перед камерой?

– Я очень старалась, мама. Не все прошло идеально и гладко, но вроде бы я справилась.

– Молодец! – с улыбкой отозвалась Людмила Ивановна, при этом глаза ее горели гордостью.

– Дорогая, уверен, ты была неотразима, – отхлебнув еще кофе, сказал Олег. – Только смотри не зазвездись, – подмигнул он, – а то еще перестанешь готовить мои любимые котлеты.

– Будут тебе котлеты, – улыбнулась Жанна.

– А по телевизору покажут? – поинтересовалась Людмила Ивановна.

– Должны. Но я пока не знаю когда.

Жанне была важна поддержка и похвала. Она никогда не делилась с близкими своими переживаниями, не распространялась о трагедиях и проблемах клиентов, с которыми те звонили на телефон доверия. Даже о вчерашнем тяжелом звонке, который оставил в ее душе горечь и тревогу, Жанна не собиралась рассказывать. Это было не в ее правилах. Рабочие моменты она оставляла на работе.

– Милый, как продвигаются дела с твоим «жирным» заказчиком?

Так Олег называл наиболее прибыльные контракты.

– Все хорошо. На кону заключение договора с ним, – с ноткой гордости произнес Олег. – Завтра у нас запланировано совещание по этому поводу. Надеюсь, начальник не подведет, и долгожданный проект окажется в моих руках.

– А если вдруг нет, то у тебя всегда есть план Б, – подмигнув, произнесла Жанна любимую фразу мужа.

– План Б должен быть всегда, дорогая. Но я уверен, что проект будет моим.

– Надеюсь, объект находится в черте города, – Жанна с грустью вздохнула. – Я так устала от твоих командировок. Мы почти не проводим время вместе. Кстати, ты не забыл, через два месяца у нас годовщина свадьбы?

– Конечно, помню. Десять лет. Знаковое событие.

– Розовый юбилей, – вмешалась Людмила Ивановна. – Вы уже думали, как отметите?

– Нет, но я точно не хочу гостей и застолий, – решительно ответила Жанна. – Я бы предпочла провести выходные вдали от суеты. Только ты и я, – она с надеждой взглянула на Олега. – Милый, как тебе идея снять на два денечка загородный домик или номер в шикарном парк-отеле со спа?

– Неплохо. Посмотрю что-нибудь. Время еще терпит.

– Устрой мне сюрприз, – расплываясь в улыбке, сказала Жанна.

Олег, вдоволь насытившись вкусными оладушками, отодвинул тарелку в сторону. Расслабленный и довольный, он откинулся на спинку стула и произнес:

– Что касается застолий, то на предстоящих выходных мой брат с женой собираются прийти на ужин.

– Хорошо, – ответила Жанна, стараясь выдавить из себя хоть какое-то подобие улыбки. Эта новость вовсе не принесла ей радости. Как всегда, в ней будут бороться тепло гостеприимства и сдержанный пессимизм. Деверя она всегда была рада видеть у себя дома, однако сноху теплотой не одаривала. Ее присутствие напрягало, и отношения между женщинами были натянутые. Такая неприязнь была взаимной, и на то были свои причины. Жанна задумалась, чем она будет угощать гостей, какие продукты необходимо прикупить. Стол, приготовленный с нежностью и заботой, должен был отодвинуть на задний план все недомолвки и обиды.

Закончив рисовать, Ярослав протянул шедевр родителям, ожидая одобрения.

– Что тут у нас? Машинка? Красиво! – воскликнул Олег, изображая изумление. – А почему все линии обведены черным фломастером? Что на этот счет думает наш замечательный психолог? Это нормально?

Жанна перевела взгляд на яркий рисунок сына. Стоял дом, тянулась дорога, красовалась машинка, а по краям росли деревья. Она увидела не просто картинку, а отражение детского восприятия мира, наполненное светлыми мечтами и эмоциями, где яркие цвета переплетались друг с другом.

– Нормально, – ответила Жанна с улыбкой. – Дети выбирают черный цвет, потому что он хорошо контрастирует с белым фоном бумаги.

– Ярик, а почему у тебя колеса снова зеленого цвета? – с любопытством спросил Олег, поднимая взгляд на холодильник, который был увешан похожими рисунками. – Шины ведь черного цвета.

Ярик задумался, наморщив лоб, затем ответил:

– Я так захотел.

– Но разве не лучше сделать колеса все же черными? – предложил Олег. – Это придаст машинке более реалистичный вид. Вот солнце у тебя желтое, листья зеленые, а дорога серая, как асфальт.

– Я могу выбирать любой цвет. Вон у меня сколько фломастеров. Машинка должна быть красивой. Зеленый – мой любимый цвет.

Олег улыбнулся, осознав, что в словах сына заключен глубокий смысл. Жанна наклонилась, поцеловала Ярика и добавила:

– Конечно, мое солнышко, твои цвета уникальны, как и ты сам. И ты можешь выбирать любой. Так ты выбрал черный для контраста, а зеленый для себя.

– Да, – с гордостью кивнул Ярослав.

– Мама, как твое обследование в поликлинике? Результаты пришли?

– Все нормально. Ничего серьезного, жить буду, – отшутилась Людмила Ивановна. – Предлагают поправить здоровье в санатории.

– Неплохая идея, – заметил Олег.