Страница 78 из 80
— Ах, но он наследник. — Губы Аллендейла искривились в холодной улыбке торжества. — Прежняя церковь мистера Така в Сомерсете была уничтожена пожаром, и вместе с ней большая часть записей. Но мистер Так большую часть своей жизни был человеком порядка и здравого смысла и в трезвые часы счёл нужным хранить копии. Он хранил эти копии в сейфе, и большинство из них у него до сих пор. Он просмотрел их, пока я ждал, и наконец представил доказательства, которые теперь у меня на руках. — Граф поднял документ в руке. — Свидетельство о браке Дженни Ситон.
Воцарилась внезапная тишина, как будто вся гостиная коллективно затаила дыхание.
— Вы имеете в виду... они всё-таки поженились? — спросила Мэгги.
— Вы можете посмотреть сами. — Аллендейл передал ей документ.
Она взяла его, развернув бумагу перед собой. Её глаза расширились, а сердце пропустило удар.
Боже правый.
Это была правда. Вся правда.
— Вслух, пожалуйста, мисс Ханиуэлл, — сказал Аллендейл.
Её пальцы буквально дрожали на бумаге, когда она читала: «Дженни Ситон из прихода Коулбрук, графство Сомерсет, и Джеймс Эдвард Бересфорд из Уорт-Хауса, графство Хертфордшир, были обвенчаны в часовне Саутли, графство Сомерсет, седьмого дня июня 1789 года Уильямом Освальдом Таком». — Она подняла взгляд. — Здесь подписи и свидетели.
Миссис Бересфорд вскочила со стула.
— Дайте мне посмотреть. — Она выхватила свидетельство о браке из рук Мэгги, прежде чем та успела остановить её. — Чушь! Это подделка. — Она сунула бумагу своему сыну, который подошёл, чтобы встать рядом с ней. — Свидетели даже не подписали его.
— Это копия, написанная мистером Таком, — сказал Аллендейл. — Ничем не отличается от свидетельств о браке, хранимых бесчисленными женщинами в качестве доказательства их брака.
Мистер Бересфорд больше не делал вид ленивого развлечения. Его глаза были настороженными под опущенными веками.
— А кто эти свидетели? Вы встретили их?
— Мы встретимся с ними, — сказала миссис Бересфорд. — Можете быть уверены, милорд. Мы допросим их без промедления.
— Желаю вам удачи, мадам. — Аллендейл выхватил свидетельство о браке из пальцев мистера Бересфорда и, сложив бумагу пополам, передал её Сент-Клеру. — Свидетели похоронены на кладбище прежней церкви мистера Така. Они были знакомыми его прошлого — такими же мошенниками. Когда он вернулся к духовному сану, они сопровождали его в качестве слуг, но давно умерли.
Лицо миссис Бересфорд вытянулось. Она посмотрела на сына.
— Лайонел?
— И я полагаю, — сказал мистер Бересфорд, — что этот священник — этот мистер Так — поклялся бы во всём этом в суде?
— Если до этого дойдёт, — сказал Аллендейл. — Но предупреждаю вас, я не потерплю, чтобы имя Бересфордов тащили по судам. Мне, возможно, придётся ответить тем же — иском о клевете.
— Иск о клевете! — Миссис Бересфорд плюхнулась обратно в кресло с нервным смешком. — Вы же никогда бы не стали, правда? Просто сама мысль об этом.
— Это будет больше, чем мысль, мадам, если вы посмеете бросить мне вызов. — Брови Аллендейла нахмурились в угрожающем взгляде. — И если я узнаю, что вы двое распространяли сплетни о моём наследнике — посылали письма в те скандальные листки в Лондоне — иск о клевете будет наименьшей из ваших проблем.
Мистер Бересфорд побледнел.
Тем временем Фред под своими синяками становился краснее с каждой секундой.
— Это всё очень удобно. Слишком удобно. — И затем: — Тебе нечего сказать, Ситон?
Сент-Клер ещё не успел изучить документ в своих руках. Он взглянул на Фреда, но его ответ — когда он последовал — был адресован Аллендейлу.
— Я не могу найти слов.
— Понятно, — сказал Аллендейл.
Мэгги кивнула.
— Это многое, что нужно осмыслить. Действительно, вы, должно быть, совершенно потрясены.
Сент-Клер посмотрел на неё. В его глазах был озорной блеск.
— Совершенно верно, мисс Ханиуэлл.
— Если всё это правда, — сказал сэр Родерик, — почему эта кухарка позволяла всем думать, что она не замужем? Что её ребёнок — продукт греха? Она была не в своём уме, эта женщина?
— Она была молода и невежественна, — ответила Мэгги, немного защищаясь. Дженни не была идеальной. Далеко нет. Но она всё же была матерью Сент-Клера. — После свадьбы, когда она встретила мистера Така в таверне, пьяного сверх всякой пристойности, она, должно быть, подумала, что её одурачили.
— На этот счёт мы можем только догадываться. Но... — Лоб графа покрылся морщинами. — Я подозреваю, что это так, как вы говорите. У мисс Ситон были основания думать, что Так не священник, а всего лишь нечестивый сообщник моего сына. Она покинула Маркет-Барроу, беременная ребёнком моего сына, считая себя незамужней.
— Молодой Джим действительно любил свои маленькие шутки, — сказала тётя Харриет.
— Что это, тётя? — спросила Джейн.
— Пари в пари-книгах. Такого рода вещи. — Тётя Харриет улыбнулась. — Вы знаете, каковы модные молодые джентльмены.
— Это не шутка, мадам, — сказал сэр Родерик. — Это было священное событие. Брак. И жизнь этого человека искалечена из-за этой путаницы. — Он посмотрел на Сент-Клера. — Вас стоит пожалеть, сэр.
Фред раскрыл рот.
— Вы же не верите ничему из этого? Неужели, отец, вы не можете...
— Пожалеть, сказал я. — Губы сэра Родерика сжались в непреклонную линию. — Но это не оправдывает его другие преступления. — Он посмотрел на Сент-Клера. — Украсть у дочери своего благодетеля...
— Право же, сэр Родерик, — возразила Мэгги. — Я говорила вам бесчисленное количество раз...
— У меня нет желания переписывать историю, мисс Ханиуэлл, — сказал сэр Родерик. — У нас и так было достаточно пересмотров за один вечер. Признаюсь, я не люблю сюрпризы.
— Прискорбно, — сказал Аллендейл. — Ибо у меня есть ещё новости. — Снова достав из внутренних карманов своего пальто, он вынул ещё одну бумагу. — Пока я был в Экзетере, епископ был достаточно любезен, чтобы предоставить мне лицензию.
— Лицензию на что? — спросила Мэгги.
Аллендейл передал бумагу ей. Блеск в его глазах был очень похож на тот, что был в глазах Сент-Клера.
— Лицензию на брак для вас и моего внука.
До сих пор Сент-Клер был на удивление равнодушен к откровениям своего деда. Он знал, когда старый граф устраивает представление. Всё, от манеры его прибытия до драматического способа представления доказательств, отдавало театральностью. Но это...
Это было реально.